Я помогу вам лечь:
- Набери ванну, - приказала я, не слушая причитаний. — А после распорядись насчёт завтрака.
- Но.-вам нельзя! — едва ли не со слезами воскликнула девушка. - Господин Дейгаро сказал.
Я прищурила глаза.
- Мийру, - прохладно прервала я служанку. — Ты ведь служишь в моём доме, и я очень удивлена тем, что ты решила, что можешь диктовать мне, что я должна делать.
Девушка побледнела и закусила губку, но тут же воскликнула с отчаяньем.
- Госпожа Тэсс, я окончила специальные курсы и подтвердила высшую квалификацию для работы в доме линтины! Вы не должны подвергать своё здоровье опасности! По всем правилам вы сегодня должны лежать!
Ну уж нет.
- Мийру, - ровно сказала я. - Я никому и ничего не должна, кроме тех обязательств, которые прописаны в контракте. Если я говорю, что прекрасно себя чувствую - значит, так оно и есть.
Помоги мне набрать воду, или я справлюсь с этим сама!
Девушка склонилась в поклоне и выскользнула за дверь.
Ну на счёт прекрасного самочувствия я погорячилась, и почувствовала это практически сразу, когда Мийру вернулась и сказала, что ванна готова.
Девушка пристроилась возле меня, готовая поймать, если я вдруг решу хлопнуться в обморок.
Обычно незаметные охранники тоже крутились неподалёку, усердно делая вид, что любуются интерьером. Я рассердилась, но не подала вида, гордо прошествовав в ванную.
Должна же я была привести себя в порядок! Или Дейгаро снова решил запереть меня в комнате под присмотром служанки?
Всё оказалось вовсе не так страшно, как представлялось, судя по панике подчинённых.
Дорогу я вытерпела, не показав вида, как мне трудно, в ванну вошла без помощи Мийру. И лишь осторожно опустившись в пенную душистую воду, поняла, что силы кончились.
Ну ничего, отдохну, меня никто не торопит. Служанка, опасающаяся моего гнева, осторожно приблизилась к ванной с флаконом цветочного мыла для волос, и, подумав, я кивнула.
Руки у Мийру были умелые. Она быстро и ловко вымыла мне голову, и принялась купать.
Я едва не мурлыкала от удовольствия и видела, как девушка заметила это и тепло улыбнулась.
Горячая вода расслабила моё напряжённое тело, а Мийру как-то незаметно вымыла меня до пояса, но когда предложила помочь мне встать, я сказала.
- Спасибо, Мийру, дальше я сама. Придёшь через десять минут.
- Слушаюсь госпожа, - девушка взглянула на меня с некоторым сомнением, но послушно вышла из ванной, поняв, что её присутствие смущает меня.
Я быстро домылась, но встать из воды получилось далеко не сразу. Всё же я наконец поднялась и остановилась, хватаясь мокрой рукой за стенку. Ноги подрагивали от слабости и норовили подкоситься.
Вошедшая Мийру бросилась ко мне.
- Госпожа, вам плохо? Я же говорила!
- Просто немного устала, - я не стала возражать, когда Мийру смыла с меня остатки пены и ловко завернула в мягкий мохнатый халат.
- Что же делать? Мне вас не довести, - расстроенно сказала служанка. — Позвольте я попрошу
Байтаро отнести вас в вашу спальню?
Я заколебалась. Байтаро был одним из моих охранников и мне вовсе не хотелось, чтобы он видел меня в халате, но, похоже, самой мне не дойти.
- Хорошо, позови его, - согласилась я.
Смутившись, когда здоровенный мужчина осторожно поднял меня на руки, я постаралась прогнать из головы мысль, что было бы гораздо естественней, если бы на его есте был Дейгаро.
Байтаро аккуратно опустил меня на кровать, к счастью, уже заправленную, и, извинившись, вышел. Я почувствовала, как краснею при мысли, что даже не подумала, что охранник мог увидеть нашу разворошённую постель, но рассердилась не на себя, а на Дейгаро.
Разве не он должен был позаботиться обо мне этим утром? Ведь только по его милости я так себя чувствовала! Вспомнив, что ночью мне очень даже нравилось то, что он со мной вытворял, я снова смутилась. Ну и что! Теперь он мой линт, и все эти невероятные вещи наверняка прописаны в контракте. Я ведь так и не удосужилась прочитать внимательно эту ужасающую меня часть.
- Госпожа, не вставайте, - деловито остановила меня Мийру, заглянув в спальню. – Я принесу обед в спальню.
Она придвинула к кровати крохотный столик, за которым мы с линтом вряд ли поместились бы вдвоём. Разве что я буду сидеть у него на коленях. Ожидаемо покраснев от этих невозможных мыслей, я постаралась спросить небрежно:
- Разве господин Дейгаро не будет обедать?
Мийру обернулась от дверей
- Господин уехал утром, - сообщила она.
Вот как! То, что Дейгаро так легко оставил меня одну, даже не предупредив, что уезжает, больно кольнуло сердце.
Что ж, дела мужчин всегда были важнее глупых переживаний женщин. Я чуть скривилась, усаживаясь на постели и решительно выкинула из головы терзающие меня мысли. Вот ещё! Я не собираюсь плакать и выглядывать в окно, ожидая, когда линт вернётся. «Контракт, Тэсс, - горько сказала я себе. — Это просто контракт». Ещё недавно я и сама успокаивала себя тем, что три раза в месяц в его постели - не так уж много. Но сегодняшняя ночь что-то изменила во мне. Мне вдруг показалось, что я увидела в глазах Дейгаро, что нужна ему. Он смотрел на меня с таким восхищением, как будто я была не нищей линтиной, а.. по-настоящему любимой женщиной.
Я с удовольствием пообедала, высоко оценив искусство повара. Эрклиры с горячей пряной начинкой были бесподобны, как и коктейль из морепродуктов, и запечённые камоты.
Или я просто проголодалась, потому что вечером еле дотронулась до пищи, взволнованная предстоящей ночью с линтом?
Наконец, я отодвинула столик, признавшись Мийре, что не смогу больше проглотить ни кусочка.
- Прилягте, госпожа, - заботливо сказала девушка. - Я унесу посуду и помогу вам переодеться.
Я поморщилась, но не стала возражать. Мне и правда нужно было немного восстановить силы.
Даже при своём невеликом опыте я понимала, что причина моей слабости вовсе не в бурной ночи. В тот злополучный первый раз наш контакт длился не больше пары минут, а я чувствовала себя еле живой.
Не зря линтин так холили и берегли. Отдавая линтам магию, эти девушки оставались на опасном краю между жизнью и смертью. Сегодня Дейгаро щедро влил в меня свою магию, чтобы она прошла полный круг по нашим слившимся воедино телам, и вновь вернулась к нему, обновлённой и ещё более сильной. И пусть он не совсем осушил источник, оставив каплю магии, чтобы я могла жить, мой организм бил тревогу, воспринимая потерю силы как магическое истощение.
Я вздохнула, вытягиваясь на кровати. Сейчас щедрость линтов не казалась чрезмерной.
Чем ещё могли платить маги за четверть жизни, проведённой девушками в кровати? А ведь
Дейгаро говорил, что многие линтины испытывают после обмена силой не только слабость, но и боль. Я невольно передёрнулась, вспомнив собственные ощущения после первой близости.
Никаких денег не хватит, чтобы успокоить линтину, которая живёт в вечном ожидании муки.
Мне ещё повезло. Конечно, я тоже чувствовала себя не блестяще, но впечатления от нашей первой ночи перекрывали и некоторую болезненность, и слабость.
Дав Мийру переодеть себя в удобный домашний костюм из просторных брюк и приятной к телу рубашки, я удобно устроилась на кровати и попросила служанку подать мне шкатулку. Уж если мне суждено целый день восстанавливать силы, то надо провести это дело с толком. Я и так совсем забросила луры.
Рисование на лурах было нашей родовой магией. Той магией, о которой не принято знать посторонним, потому что ещё каких-то сто лет назад магов, способных выправить нити судьбы, сжигали на кострах.
Сказав Мийру, что она мне больше не нужна, я, волнуясь от предвкушения, достала первый лур.
Взяла заострённую палочку, немного напоминающую карандаш, и коснулась ближайшего уголка.
Вязь невидимого рисунка вспыхнула, проявляясь. Слава богам, оставшейся у меня капли магии было достаточно, чтобы разбудить рисунок.