— Спасибо, Пал Палыч, — сказал я, — вот от души спасибо!
Конечно Ваз 2101 это не совсем то, что мне нужно, но если кузов в хорошем состоянии, а в каком ещё ему быть если дед на неё почти не ездил, то и копейка сойдёт. Свапнуть двигатель, а с ним и всё остальное будет можно, а то что внешний вид машины будет не модным, так мне на это наплевать.
— Ладно Максим, я пойду. Ключи от машины и от гаража я уже тебе дал, — сказал Пал Палыч и я остался один на один со своей новой тачкой.
Дедок не соврал, на одометре виднелись цифра сто двадцать. Всего чуть больше сотни километров прошла эта машина за свою долгую жизнь. Надо будет расспросить соседа почему он на ней так и не поездил.
Заводить её сейчас нет смысла. Наверняка от долгого простоя всё что могло пришло в негодность. Двигатель вполне мог заклинить, прокладки и уплотнители всех сортов распались, масло высохло, проводка приказала долго жить и прочее, прочее прочее.
Тут по хорошему нужно её полностью разбирать, и сразу же не ремонтировать, а менять всё что нужно.
Абсолютно нет никакой нужды пытаться реанимировать родной двигатель если он уйдет под замену. С коробкой и всем остальным вплоть до приборной панели, руля и сидений такая же история.
Но сначала надо удостовериться, что кузов не гнилой. Да и вообще, интересно глянуть, что у машины внутри.
Серийные номера кузова и двигателя я нашёл практически сразу. И когда я их увидел, то желание что-то делать с этой машиной у меня сразу пропало.
Превращать в гоночного кадавра ВАЗ 2101 который сошёл с конвейера под общим седьмым номером — это просто преступление. Тем более, что состояние машины близко к идеальному. Ну, с учетом всех обстоятельств.
Тут не корчевать её нужно, а вдумчиво, очень аккуратно и тщательно перебирать, менять всё вышедшее из строя на максимально близкие к оригинальным аналоги, восстанавливая эту красоту.
Никаких новых приборных панелей, кресел, руля или дешевой китайской акустики с магнитолой. Всё только родное!
В таком виде, в виде привета из светлого советского прошлого, эта машина будет иметь свою настоящую цену.
И эта цена наверняка будет немаленькая. Как-никак, копейка из первой десятки, да ещё и в таком состоянии.
Вот только втихаря продать эту машину и на вырученные деньги купить более подходящую под мои задачи будет означать поступить очень и очень подло.
Пал Палыч наверняка же не знает истинной ценности этой «капсулы времени», для него она просто старая и ненужная машина, которую не жалко просто отдать соседу.
То что он вот так запросто отдал мне этот ВАЗ говорит только о том, что дед не вполне от мира сего. Воспользоваться этим у меня рука не поднимется.
Так что вместо решения проблемы Пал Палыч навесил на меня другую, кому продать эту машину чтобы отдать деньги старому соседу.
Закончив осмотр копейки я отправился на новую работу, в автосервис, в который устроил меня Андрей.
* * *
Он был намного приличнее чем гараж Олегыча и представлял собой отдельно стоящее здание на волоколамском шоссе с удобным заездом и выездом.
То, что это другой уровень было понятно сразу же. Встретила меня кадровичка, странное название для сотрудницы HR, но Маргариту Павловну, которая была здесь еще и за бухгалтера, называли именно так.
— Брагин, трудовая у тебя с собой, — спросила она, когда я представился, и мы зашли в её кабинет.
— Нет, это будет моя первая официальная работа, — ответил я.
— Понятно. Ты студент, верно?
— Да.
— Паспорт-то у тебя с собой?
— Конечно, вот он.
— Хорошо, посиди пока, — она собиралась еще что-то сказать, но в кабинет буквально ворвался плотный такой мужик возрастом слегка за тридцать.
— Марго, к нам сегодня один молодой человек должен прийти устраиваться, Брагин.
— Сергей Пертрович, так вот он ваш Брагин сидит, — сказала кадровичка.
Я тут же встал.
— Ага, — обрадовался мужик, — ты, значит, будешь Макс. А я Сергей Петрович Куприянов. Можно просто Сергей или Серега.
Он подал мне руку которую я пожал.
— Марго, ты пока оформляй молодого человека, а я ему всё покажу.
— Хорошо Сергей Петрович.
Мы вышли из кабинета, спустились на первый этаж и, пройдя через небольшой коридор, вошли на территорию собственно автосервиса.
— Андрей сказал что ты молодое дарование которое он выцепил в гараже у этого бракодела Олегыча, так?
— В общих чертах.
— В общем так. У меня не так как у этого придурка. Мы работаем по белому и отвечаем за качество работ. Андрею я верю, но сначала сам хочу на тебя посмотреть. Так что Макс, ты уж прости, но сначала тебе придётся побыть старшим помощником младшего дворника, мальчиком на побегушках и самым младшим из моих мастеров, вернее даже подмастерьем. Помимо работы над новой машиной Андрея, вот и она кстати, — в это время мы подошли к машине укрытой чехлом, — ты будешь помогать и всем остальным мастерам, испытательный срок у тебя — месяц. Скажу сразу, тебе простительно чего-то не знать или не уметь. Это нормально, все мы когда-то начинали. Но если я от тебя услышу «не хочу или не буду», или, если кто-то пожалуется на тебя, что ты халтуришь, то ты сразу вылетищь отсюда. Понятно?
— Вполне.
— Хорошо, а раз так, то добро пожаловать в дружный коллектив моего автосервиса.
Машиной, которую купил Андрей и, которую нужно было подготовить к гонкам оказался четвертый Гольф, как по мне это был намного более приемлемый вариант.
Главным механиком переделки штатского немца в гоночный болид был Игорек, веселый парень лет на пять-семь меня старше, и с языком без костей. Мы с ним сразу нашли общий язык и он очень обрадовался тому что у него появился помощник.
Через пару дней, когда стало понятно, что я знаю с какой стороны держать отвертку радость Игорька выросла в несколько раз. Все остальные слесари работающие в автосервисе тоже быстро отдали мне должное. Я хорошо так разгрузил их. Вернее даже не так. Они с чистой совестью сбросили на меня большую часть своих обязанностей.
Я был не против. То, что на молодого с руками сразу же грузят много работы — это обычная история.
Платил Серега нормально, плюс клиенты частенько благодарили его слесарей за хорошую работу. А так как мужики тут были нормальными то и мне кое-что перепадало.
Так я проработал две недели.
* * *
— Мне сегодня надо уйти пораньше. Как закончишь, закроешься сам?
С таким вопросом обратился ко мне Игорёк примерно за полтора часа до конца рабочего дня. Все остальные по случаю пятницы уже ушли и даже Маргарита Павловна, которая вообще-то всегда уходила с работы последней, усвистала куда-то уже в обед.
— Нет проблем, — ответил я ему, не отрываясь от работы.
Мне ещё нужно было поменять резину и масло последнему на сегодня клиенту, так что я не возражал.
Управлюсь за полчаса, клиент как раз вернётся за автомобилем, а я уйду немного пораньше с работы. Профит.
— Лови ключ, — побренчал связкой Игорь.
Ну а мне пришлось на пару секунд всё-таки оторваться от работы, чтобы поймать летящий в меня снаряд.
Он ушёл, ну я приступил к делу с удвоенным рвением. Мне не терпелось снова вернуться в гараж Пал Палыча и заняться гораздо более интересными вещами. И хотя, это почти то же самое, чем я занимаюсь на работе, но не совсем. В любом случае, я бы предпочёл проводить там как можно больше времени, чтобы побыстрее привести его ВАЗ в порядок и уже заняться поиском покупателя. Тем более, что за эти две недели я и так уже неплохо продвинулся.
Что же касается работы, то, пускай, я и хорошо понимаю в том, что делаю, но целый день менять колёса и чинить всякие мелкие поломки для случайных людей — слишком мелко для меня. Всё, что мне нужно от этой работы — собрать немного денег, чтобы вложить их во что-то стоящее.
Так что особо я здесь не потел и не собирался. Достаточно того, что все доверенные мне задачи я выполнял на совесть, как если бы делал это для себя или для близких мне людей.