— Случилось непоправимое, — сглотнул прыщавый. — Случилось то, что не могло произойти! Никто и не подозревал, что это случится, но…
Тут он выхватил из-под пиджака журнал манхвы, вскинул его над головой и с оглушительным хлопком треснул им по столу.
— Восемьдесят шестая серия «Щупальца насильники»! — заорал он.
Парень из средней школы моментально вскочил и огромными глазами уставился на журнал. Близняшки захлопали в ладоши, и даже Лим оторвалась от рисования и удивленно уставилась на журнал.
Сам же президент клуба, покраснев и тяжело дыша, с хрипотцой произнес:
— Это… это оно и… и я еще не распечатал упаковку…
Тут наконец до Гису дошла мысль оглядеться. На стенах откровенно эротические рисунки. Девушка рисовала женскую промежность, в которую заползло щупальце. Парень читал какую-то манхву, где на одной странице крупным планом было изображено женское лицо с высунутым языком.
— Это что за маньхуа… — прошептал он и огляделся. — Президент, мне бы… дела у меня…
— Присутствовать должны все, — оглянулся тот и уставился на Гису взглядом с признаками безумства. — Исключение только творцам…
— А я и есть творец, — сделал шаг назад Гису. — Да-да! Я знаете, как творю⁈
Ким оглядел класс, затем снова уставился на Гису и спросил:
— Ты начал рисовать?
— Я… Ну, как бы… Нет, — перебирая варианты в голове, произнёс Гису. — Я пишу… Да-да! Мне буквы ближе.
— Ты должен дать нам почитать! — хором отозвались близняшки, отчего Гису впал в ступор.
— Мне нужен сценарий! — подала голос художница.
— Ну, оно ещё не готово, да и дел очень много, но как только я закончу… — начал было Гису.
— Завтра! — оборвал его президент клуба, подойдя почти вплотную. — Ты явишь нам свое творение завтра, в чате. Пусть не законченное, но оно должно явиться миру! Нам нужен еще один творец!
— Завтра, так завтра, — сделал шаг спиной к двери Гису. — Подправлю малость и пришлю! Обязательно, только у меня сейчас дела, да и вообще…
Тут он не глядя нащупал рукой ручку и, попрощавшись, выскользнул за дверь. Прикрыв за собой двери, он быстро прошёл по коридору и свернул к шкафчикам с обувью.
— Твою мать! — выругался он на русском. — Что я ещё не знаю об этом теле⁈
На секунду остановившись, он посмотрел на свои руки и тихо произнёс:
— Надо бы руки помыть после этой ручки…
* * *
Юми подалась вперёд, вытянула губки и втянула коктейль через трубочку, после чего взглянула на Чана, а затем на Пака.
— Ита-а-а-а-ак, — протянула она. — Человека я нашла, и он готов выполнить работу.
— Я надеюсь, это не воздыхатель? — уточнил Пак. — Любовь и ревность — штуки ненадёжные. А порой и опасные.
— Нет. У исполнителя исключительно деловой интерес, — с лёгкой улыбкой ответила Юми.
Пак с Чаном переглянулись.
— Допустим. — Произнес Пак. — Что у тебя со слежкой?
Чан вздохнул и достал небольшой блокнот.
— В общем, кружок наших извращенцев он по факту не посещает…
— Извращенцев? — приподняла одну бровь Юми.
— Клуб любителей манхвы, — пояснил Пак. — Там… специфические интересы.
— После школы он садится на велосипед и едет в сторону центра. Там он заходит в офисный центр, который раньше назывался Хегай, и выходит только вечером. Если в общих чертах, то там расположен офис фирмы, которая осталась ему по наследству. После этого едет на велосипеде домой. Оставляет велосипед и топает не к ближайшему магазину, а прётся за несколько кварталов, где расположены небольшие лавки. С продуктами возвращается домой. Все.
— Что на счет местности? Темные улицы? Закоулки? — уточнил Пак.
— Там этого как грязи, — тяжело вздохнул Чан и задумчиво уставился в чашку с чёрным кофе.
— Что же, тогда предлагаю обозначить место у этих лавок. Думаю, назначать конкретное место и проулок не имеет смысла. Всё будет зависеть от обстоятельств.
— Мне нужна улица, а ещё лучше адрес, — задумчиво произнесла Юми. — Адрес Хегай, чтобы мой человек мог начать вести его от дома.
— Слушайте, — подал голос Чан. — Вам не кажется… что это перебор?
Юми умолкла и удивлённо уставилась на крашеного парня. Пак тоже остановил на нём взгляд.
— Я про то, что человек учится, работает и… вероятнее всего ещё и сам готовит. А тут мы… — Чан тяжело вздохнул. — Как-то это всё… Мерзко что ли.
— Мерзко? — поджал губы Пак. — Ты ведь знаешь о противостоянии с ним только по результатам своих… шуток. У меня есть личный счёт к нему. Думаю, у Юми тоже.
Девушка спокойно кивнула.
— Есть вещи, которые простить нельзя… Даже если эту войну ты начал первый, — ледяным тоном произнесла она.
— Я понимаю, просто… это ведь мы начали. Так? Это мы расписывали ему парту, мазали клейкой дрянью… Разве нет?
— Это он почему-то решил, что может быть равным нам, — спокойно ответил Пак. — И это не какая-нибудь надпись на парте. Таких, как он, надо сразу ставить на место, иначе… Потом всё равно придётся, но уже затрачивая тучу ресурсов и нервов.
— Да понимаю я, просто…
— Никаких «просто», — оборвала его Юми. — Планы составлены. Исполнители найдены. Пришло время действовать!
* * *
В небольшой комнате с включенным светом сидел Гису.
Он расположился перед компьютером и хмуро смотрел на текст, который набрал самостоятельно. Он слегка наклонил голову и сморщился.
— И как эти извращения писать? — спросил он, ещё раз пробегая взглядом текст.
Небольшой рассказ начинался с описания улицы, небольшой истории о старшекласснике, а затем…
— Его поймали силиконовые террористки? — хмурясь, спросил он тишину комнаты. — Инопланетные самки нашли идеального донора для возрождения цивилизации?
Так и не придя ни к какой идее, он тяжело вздохнул и задумчиво уставился в окно. Вид из него открывался на соседский дом, который смотрел на него в ответ тьмой окон, в которой спали люди.
— А что если… — задумчиво спросил Гису и покосился на текст. Затем снова на дом, где жила Минсу, а затем снова на текст. — А чего я собственно теряю?
Парень поднялся со стула, прошелся по комнате и принялся рассуждать:
— Посещение клуба обязательно? Обязательно! Я сказал, что пишу? Я пишу! А то, что это написано по реальным событиям…
Тут Гису снова глянул на жилище Минсу.
— Это вообще говорить не обязательно! А для достоверности можно и псевдоним взять, — сам себя убедил парень. Пододвинув клавиатуру к окну, он подсел поближе к хорошему ракурсу и усмехнулся.
Потянувшись и размяв пальцы, он ещё раз скосил взгляд на дом Минсу и принялся очень быстро строчить текст, на ходу морщась, улыбаясь, хмурясь и даже периодически хохоча.
— Ещё немного… и ещё вот это… — приговаривал он, поймав азарт. При этом парень сам не заметил, как разошёлся уже на добрых два десятка страниц. — А потом вот…
Динь-дилинь! Динь-дилинь!
Гису удивленно замер и повернул голову в сторону телефона.
— У кого-то мало работы, чтобы звонить по ночам? — спросил он, протянув руку и взяв трубку. С удивлением обнаружив контакт Минсу, он повернул голову и обнаружил, что в соседском доме светится одно окно. В нём, откинув штору, стоит совершенно голая подружка соседка и держит у уха телефон.
Гису покосился в текст на мониторе, затем ещё раз на девушку и взял трубку.
Пару секунд длилась тишина, после которой послышался тихий, с легкой хрипотцой, но с нотками негодования голос девушки:
— Дрочишь⁈
Глава 11
Динь-дилинь!
Звук будильника показался мне странным, напоминающим звон колокольчиков на посохе бога-хомяка. Или же мне уже кошмары с ним снятся? Из-за чего сквозь сон мне причудился этот до шишечной боли знакомый звук.
Я потянулся, посмотрел в окно, подумав о том, что дел сегодня, как и обычно невероятно много, но с каждым днем их будет становиться лишь больше. Интересно, как скоро я смогу себе позволить просто выспаться?