На заблёванной сцене, в кабаке, по классу не выше дешёвого притона, выступал некий индивид. Внешне похожий, на представителей непризнанного таланта земного андеграунда, зачуханный, грязный, с голосом если по простому то «без изысков», совсем. Попадает в музыку «оркестра» того же пошива, уже хорошо. И его даже слушали, хоть и не все, кидая в «Певца» редкие империалы, а иногда и еду со своего стола. Это был «обычный» ранг.
Богато украшенная зала, где за накрытым столом расположилась компания молодых эльфов. Слышится смех и тосты поздравляющие какого-то Мариока с получением нового статуса. Теперь молодой эльф официально «Гражданин». Праздник идёт своим чередом, и в какой-то момент, одна из эльфиек просит виновника торжества им спеть. В руках у новоявленного гражданина появляется некий струнный инструмент, по звучанию похожий на земное банджо, певец делает добрый глоток из своего кубка и по комнате разливается песня, содержание которой заставляет проступить на щеках девушек отчётливый румянец. Пел парень вполне хорошо, надо будет запомнить эту песню, про похождение эльфийского вора волею случаю попавшего в гарем к Верховному вождю орков. Но это только «необычный» ранг.
Смена картинки и вот я уже являюсь зрителем представления устроенного бродячим цирком. В данный момент на сцене поёт девушка необычного для землянина вида, судя по некоторым внешним особенностям, предками её были, зверюшки ближе к амфибиям. Очень странная песня, и судя по всему на национальном языке, так как я не понял смысла от слова совсем, мягкие гортанные звуки прерывались щелчками, следом добавилось посвистывание, снова щелчки, посвистывания, щелчки, гортанный звуки. Очень странная песня, но слушателям понравилось. На удивление мне то же, было в исполнении «что-то» эмоциональное, понятное любому разумному. «Редкий ранг»
Большой концертный зал, заполненный под завязку существами похожими на оборотней в полнолуние, одетых в кожаные «косухи» с металлическими клёпками. Сцена, на которой стоят инструменты крайне необычного вида. Толпа в зале ревёт и через несколько мгновений появляются артисты — пятеро здоровенных волколюдов, они занимают места за инструментами, все звуки затихают буквально по щелчку пальца, меняется свет на кроваво красный и на сцену буквально падает сверху шестой участник группы, уверенно приземляясь на три конечности. Раздаётся протяжный вой и действо начинается. Чего только не встретишь на просторах Бесконечной Империи Вечности, конкретно сейчас я видел живую «экранизацию» фразы — публика в экстазе ломает мебель. Под условный «волчий тяжёлый металл» публика действительно превращала в обломки концертный зал, ломалось всё, мебель, отделка, окна, наливочная, и даже немного конечности, и пожалуй самое важное — в песнях этого зубастого коллектива не было агрессии от слова совсем. В общем — феерическое зрелище, на которое я не ногой. Жить хочется. Что в выступлении волколюда было «выдающегося»? Он реально мог «зажечь» толпу, причём даже меня охватил некий порыв к чему-то безудержному и весёлому. Порыв, яркий и сочный, подобное я встречал только на концертах у очень серьёзных музыкантов, попасть на которые было большой удачей.
Неожиданно я погрузился в непроглядную тьму. Кромешную и непроглядную. Однако я был не один. Буквально рядом слышались приглушённые голоса и какой-то шелест. Во тьме раздался протяжный гул гонга и всё стихло. Кромешная тьма взяла под руку абсолютную тишину. Я не слышал даже звуков дыхания. Несколько секунд по моему субъективному времени в пустоте разносится низкий, тягучий голос. Слов я опять не понимаю, однако перед моим мысленным взором встаёт горная твердь. Песнь лилась тягуче, словно магма, проходящая через земную кору, казалось признанный Мэтр, своим голосом передаёт весь процесс в первозданном виде. Завораживающее представление, я даже понимаю, почему нет освещения, для такого голоса оно просто не нужно, любой разумный увидит что-то своё под это исполнение. К моему невыразимому сожалению песнь заканчивается так же внезапно, как и возникла. Снова гробовая тишина, звук гонга и появление приглушённого света. Я нахожусь в кольцеобразном зале выполненном из камня, каменные стены, каменный потолок, каменные трибуны, предельно простые и древние на вид, меня окружают почтенные гномы, причём по их одеждам видно, что это как минимум главы довольно успешных родов. А в центре, на арене стоит всего лишь троица гномов в простых по сравнению с публикой одеждах. Тишина буквально на части рвётся от оваций. Гномы кричат, стучат ногами, бьют своим оружием о доспехи. А тем временем на сцену летят дары уважаемым исполнителям. Причём мешочки с монетами судя по виду дороже иных доспехов, и с монетами ли? Всё же гномы невероятно богатый народ. Послушать на халяву «Легендарных» исполнителей? Что ж, благодарю, вот только теперь многое для меня станет пресным.
Как оказалось артисты, и певцы в частности, применяют свой талант в чрезвычайно разных областях. Правда, на сверх высоких уровнях мастерства, можно сказать даже на «мифических». Мизансцена — берег холодного моря, шесть хмырей в балахонах и с посохами, собрались вокруг девы в богатых доспехах привязанной к столбу. Картина вполне понятная и трактовок иных кроме «ритуальное жертвоприношение» тут быть не может. Вот тёмные воды начинают расступаться, и из них показывается огромная по сравнению с присутствующими голова. Появившееся существо было чем-то неуловимо похоже на дракона и змея одновременно. Зеленоватая чешуя, жёлтые глаза, светящиеся в наступающих сумерках, и подавляющая аура мощи. Вот, собственно, краткое и ёмкое описание надвигающейся проблемы. «Балахоны» затянули какой-то речитатив, на незнакомом языке и вокруг них на земле вспыхнула некая магическая конструкция создавшая защитный барьер. Девица на столбе уже даже перестала вырываться и просто смотрит в глаза неизбежности. Змей уже достиг суши, его нижняя часть скручивается в спирать, для лучшей устойчивости, а верхняя примеряется к предоставленной жертве. И где тут собственно певец? Морской зверь перемещается ближе к шестёрке, смотрит на них но не нападает. И вот, буквально в паре десятков метров от всех действующих лиц появляется «некто». Простая, но дорогая одежда, из оружия лишь кинжал в кожаных ножнах. По сравнению с собравшимися, новое действующее лицо выглядит как-то нелепо и не к месту. Вот только так можно подумать до момента пока он не открывает рот… Парень, с виду обычный человек, поёт «колыбельную» причём сила его голоса поражает, создаётся ощущение, что он буквально «накрывает» своим искусством всю область. «Балахоны» реагируют мгновенно, но всё на что им хватает сил это развернуться и вскинуть посохи. Шестёрка падает кулями на землю и от парочки начинает исходить вполне отчётливый храп. Магические линии без поддержке гаснут и морской зверь с удивлением смотрит на «новых» действующих лиц. Но делает он это как-то с ленцой. Тем временем безымянный певец продолжает своё выступление, и вот уже чудовище, способное легко совладать с сотней людей, мирно опускает голову на свои кольца и закрывает глаза. Из-за спины певца скользят три силуэта, двое направляются к шестёрке балахонов и морскому гаду, а один к столбу с привязанной девицей. Как закончилась эта история мне не показали, хотя итог вполне очевиден. Добыть спящих, будь то непонятные маги или чудо-юдо морское, при наличии подходящего оружия дело плёвое. Мда… Видимо в мифах Древней Греции, в частности про похождения Орфея видимо было не всё враньём. Один вопрос — сами придумали или кто подсказал?
Город объят огнём, каменные постройки трёх-четырёх этажей растеряв былое величие превращаются в руины. На улицах творится полный беспредел, убийства, мародёрство, банальный вандализм. Город умирает, причём не фигурально, а вполне себе физически. Неизвестная болезнь охватившая его жителей постепенно выкашивает целые кварталы. Бежать людям некуда, местный лорд запечатал город. Не войти, не выйти. Сложное решение, однако, по другому поступить он не мог. Лучшие лекари из тех, что можно было найти быстро, по большей части, уже гнили в горах трупов, а те кто был ещё жив тряслись от страха ожидая своей участи. Выход остался только один, но его цена была огромна. Обелиск. Заложив всё, что имел, казну, личные накопления, все имперские награды имеющиеся в наличии у него и оставшихся в живых подчинённых высокого ранга, на стол Великого Старшего отправилось бессчётное количество ценностей, и местный герцог смог призвать того кто сможет справиться с заразой охватившей его столицу. В обелиск он вошёл один, а вот вышел уже в сопровождении прекрасной девы в простых белых одеяниях. Она остановилась, осмотрела остатки личной гвардии владетеля сомкнувшие свои ряды в желании защитить господина и его гостью, осмотрела близлежащие руины некогда прекрасных зданий. И начала петь… Казалось звук её голоса постепенно наполнял собой окружающие пространство. Вот несколько воинов заражённых болезнью и держащиеся из последних сил буквально воспряли духом и крепко сжали своё оружие и щиты. Вот в редкой толпе собравшейся на площади перед обелиском Бесконечной Империи Вечности начали раздаваться удивлённые голоса. Люди внезапно почувствовали себя намного лучше, и только одна девушка плакала над небольшим свёртком в своих руках. Маленький ребёнок немного не дотянул до творящегося чуда, лицо мальчика уже стало бледным. Женщина в белых одеждах сделала всего один шаг с сторону матери и уже мёртвого дитя и казалось небольшая часть её песни прозвучала для них. Удар сердца и в песнь безымянного для меня исполнителя божественного ранга вплетается детский плачь. О чём пела эта женщина? О Жизни. О смерти. О том, что иногда случаются чудеса. Плакал владетель этих земель, плакали стражники стоявшие нерушимой стеной, плакали собравшиеся на площади люди. Но впервые за много недель все плакали от радости.