Судя по рассказам Нессы, тот дракон воспринял это еще хуже. От обиженной Эммы все женское общежитие знало, как он бушевал, не желая никого видеть. Естественно, включая и «заботливую невесту», которая тут же бросилась его успокаивать, увидев шанс наладить отношения. Судя по всему, не слишком у нее получалось. Я не могла представить, чтобы он стал срываться на ком-то специально, но его злость, казалось, ощущала даже через этаж и множество стен между нашими спальнями. Интересно, что именно взбесило его больше всего? Ну, кроме моего существования, конечно.
Мне было жаль Эмму. Немного. Просто я хорошо представляла, что легко могу оказаться в ее шкуре, если родители вернутся с договором о браке. Кто их знает, чем они там собрались торговаться.
Ну, в то, что меня выдадут за Лавьера, я точно не верила. Слишком высоко для таких, как мы. Сомневаюсь, что Империя может заинтересоваться нашими землями настолько, чтобы сделать меня супругой наследника престола. Но за кого-нибудь точно могут. И что мне тогда делать, чтобы жизнь с этим «кем-нибудь» не превратилась в кошмар?
Беспокоило меня и другое. Мы находились в уязвимом положении: отец просить и кланяться не умел, так что быстро переговоры не завершатся. Если совсем не повезет, то родители даже не вернутся до начала практики. Это могло стать проблемой, ведь мне нельзя покидать замок до их прибытия. Что ж, надо признать, Злюка вознамерилась разрешить ситуацию радикально и оставить меня здесь до следующей осени. Я надеялась, что этого хватит, чтобы искупить вину за испорченную книгу. Хотя кого я обманываю…
В общем, если в первую ночь я еще страдала угрызениями совести, то во вторую начала выть из окна. Мрак с ней, с практикой, а вдруг это мои последние дни на факультете, а то и в Академии? Скучновато проводить их взаперти.
Строго говоря, выл за меня Клубок, распушившись и высунувшись наружу. Стараясь отработать свою провинность, делал он это очень проникновенно. Несса, давно привыкшая к отвратительному голосу моего кота, заткнула уши ватой, а потом принялась искать фильтрующее заклинание, хотя у нас с ней явно не хватало опыта и знаний, чтобы использовать такие на себе.
— До чего угодно доведешь, — похвалила я Клубка во время небольшой паузы.
Явно возгордившись собой, он повернулся к окну, чтобы продолжить серенаду, но тут дверь комнаты без стука распахнулась. На пороге показалась Злюка собственной персоной. Уж кто-кто, а она точно знала, чье порождение тут надрывается.
Я вжала голову в плечи, Несса сбежала в уборную, Клубок многозначительно икнул.
— Ты! — ткнула в меня пальцем Злюка. — Заткни это!
У меня внутри все оборвалось. Явись она сюда как преподаватель, разговаривала бы официально. Но как мамина лучшая подруга она мне нравилась куда меньше.
— На практику хочу, — сэкономила я пару сотен слов объяснений и перешла сразу к шантажу.
— Будет тебе практика, — пообещала она. — От меня лично. По индивидуальному плану.
Мне сразу расхотелось, но отступать было поздно.
— С драконом? — брякнула я, рискуя испортить уникальную возможность избавиться от Лавьера.
А что мне оставалось? Отчего-то в ту секунду это казалось правильным. Не могла же я бросить его тут. Он мне безо всякой связи ночью шею свернет, если я получу в этом году право на свободное перемещение, а он — нет. Смертность у нас до сих пор высокая, порождения то и дело кого-то умудряются сожрать. А там потом угадай, они постарались или не они.
Вот я и решила, что талантов Клубка к пению должно хватить, чтобы «выкупить» нас обоих.
— С драконом, с драконом! — пообещала она. — Дружок твой спит и видит вашу следующую встречу. Благодарен, что ты его втянула.
Я поморщилась. А чего, собственно, сразу я?
Впрочем, можно было и не спрашивать. Злюка слишком хорошо меня знала еще до Академии. Слава зачинщика не обошла меня стороной. Увы, сейчас я даже не могла с этим поспорить.
— Можно хотя бы… — жалобно начала я.
Злюка грозно посмотрела на меня. Ну да, ее и тоном не обманешь: знает, когда я раскаиваюсь, а когда — ни капельки.
— До библиотеки и столовой, — разрешила она, гневно зыркнув на Клубка, который, догадавшись, что мы достигли результата, тут же спрыгнул с подоконника. Считалось, что слов он не понимает, только чувствует эмоции и реагирует на взгляд, изменение голоса и поведения. Но я в который раз готова была поверить, что он прекрасно знал, о чем мы говорили. После произошедшего в лаборатории от него мне передавалось столько чувства вины, что пришлось мысленно оградиться. И вот результат! Ничуть ему это не мешало! Только сейчас дошло, что я и выть его попросила как человека — словами…
Клубок уселся на пол и принялся тереться о мою ногу. Идеальный кот, который никогда в жизни не стал бы заунывно выть из окна в комендантский час.
— Библиотека так библиотека, — вздохнула я.
— Дел у тебя много, начинай восстанавливать энциклопедию с основ. Заодно и освежишь знания о Законах Земель Мрака и Уставе поселенцев: статьи о порче особо важных данных, касающихся выживания всех.
Я покосилась на нее, перестав наблюдать за котом. А у нас и такое есть?
Глава 30
С Генри я не пересекалась. Если Злюка и разрешила ему выходить из общежития, то точно не в библиотеку.
Я просила Нессу выяснить, где он пропадает. Исключительно для того, чтобы не встретиться случайно! Но она не узнала ничего, кроме того, что видели его теперь редко. Даже по вечерам свет в комнате не горел.
Доказательств, что разгуливала я именно в рубашке Лавьера, конечно же, не нашлось, хотя по нашему наказанию это и так всем было очевидно. По приказу Эммы все девчонки, кроме Нессы, меня показательно игнорировали. Хуже мне от того не становилось: время я просиживала между длинными рядами книжных шкафов, пытаясь подготовиться к практике самостоятельно, а прочие адептки по своей воле в таком месте вообще не появлялись.
Произошедшее временно отбило у меня тягу к нарушению правил, поэтому даже к своему тайнику я больше не возвращалась. Подождет до завершения практики.
Зато я начала понимать, почему Лавьер был так сильно против установки ментальной связи. Когда работаешь с кем-то над интересной вещью, разделяешь переживания и радости, очень легко забыться, не думать о том, кто рядом с тобой.
Моим главным провалом в тот день оказалась не испорченная книга. Я забылась и рассказала Генри о своей работе. Поставила под угрозу всех поселенцев. Стоит ему передать сообщение в Империю, сказать, что кто-то пытается вывести порождений из Мрака… И ведь проверять не станут, что речь о курсовой работе, а не о попытке захватить Чистые Земли. Стоит только пустить слух…
То же касалось и его секретов.
Установка связи без согласия обеих сторон — тяжкое преступление. И этот закон появился не случайно. Нельзя лезть в чужое сознание просто так. Исключение — лишь ради спасения жизни.
А Генри и выбора-то не оставили, навязав меня. Соглашайся и пускай в свою голову, кого приказано, или откажись и потеряй нечто очень важное. И ведь нет никаких гарантий, что на следующий год станет лучше. Не будет меня — приставят другую, но обязательно «нужную». А потом найдут новый способ отказать в свободном перемещении.
Теперь все это показалось мне действительно мерзким. Шантаж, разве нет? Какие бы тайны Лавьер ни хранил, пусть они остаются таковыми.
Я долго раздумывала, не поговорить ли с ним. Найти и прояснить все между нами. Но так и не решилась. Что, если он еще не догадался, какое оружие я вложила ему в руки? Вдруг сама же и подам идею, как его использовать.
Официально Генри отправили сюда, чтобы научиться управлять своей сущностью и темной магией. Наследнику нельзя оставаться слабым, от него требуют идеальности во всем. А на деле он был самым страшным шпионом, потому что мало кто рискнет закрыть перед ним дверь. Он мог заметить и услышать больше любого другого, стоит только захотеть. В нем видели будущего объединителя. Того, кто сможет одинаково управлять и Чистыми Землями и поселениями во Мраке. Что уж говорить, многим темным это пришлось не по вкусу.