От злости я топнула ногой и лишь затем сообразила, что не надо было. Совсем не надо!
Лавьер сглотнул, явно наблюдая за моей грудью, и даже не подумал отвернуться. А я наконец, с опозданием в целую вечность, прикрылась рукой.
Видимо, это подействовало и на него. Он сунул книгу мне в свободную руку, стянул с себя рубашку и завернул меня в нее.
«Стихии и Мрак…, — только и успела подумать я, глядя на его оголенный торс, — За что мне это?»
Внушал. Раньше хоть вид можно было делать, что через рубашку ничего не видно. Все-таки физическая подготовка у парней была на уровне… А этот-то когда успевал?
Странно, но я вдруг поняла, что вообще не знаю, чем занимается Генри в свободное время. Казалось бы, в замке так или иначе встречаешь всех. Да и адепты предпочитали проводить время вместе, в гостиных, на полигоне, да хоть на том же болоте с «кусачками». Кто-то подрабатывал в научном крыле или в добровольной охране, как Тайлер. А что делал Лавьер?
Я поплотнее завернулась в его рубашку, благо длины хватало, чтобы закрыть ягодицы. Почти платье, Мрак бы его побрал.
— Потрясающе! — оценила я, пока глаза Генри вновь приобретали нормальный цвет.
Он вопросительно выгнул бровь.
— Осталось, чтобы так нас тут и нашли, — пояснила я. — Мало что разгромили лабораторию, так еще и у всех сразу возникнет идея, чем мы при этом занимались.
— Стоило бы оправдать ожидания, — вдруг согласился он. — Чтобы потом не страдать из-за того, чего даже не было.
— Не в этой жизни.
— Увы, вынужден согласиться. Потому что охрана уже практически за дверью. Не успеем.
Я попятилась к дальней стене. К Мраку этих драконов с их острым слухом.
Глава 28
Охрана, в отличие от нас двоих, не слишком-то спешила забираться в лабораторию, где происходило неизвестно что. Зато им не нужно было полагаться только на замок, ожидая, пока очистится воздух. В их распоряжение были и маги, и артефакты, и опыт. Происшествия в исследовательском крыле — обычное дело, хоть со временем их и стало меньше. Но в нормальных случаях они происходят днем, а охрану заранее предупреждают, что опыт может пойти не так, как задумано. К тому же явно никто не был готов увидеть здесь пару полуголых адептов.
В общем, ничего хорошего меня в жизни больше не ждало. Накажут уже сейчас, а родители, когда вернутся, только добавят. И можно было сколько угодно размышлять о том, что я уже взрослая, ситуацию лучше это не делало. Наоборот, теперь меня вполне могли судить по законам поселений, а не отчитывать, как провинившуюся «принцесску». Когда же я успела вырасти и почему не научилась думать?
Я поплотнее завернулась в рубашку, так и стоя в углу. Ребята, ликвидировавшие последствия нашего неудачного эксперимента, почти не смотрели в мою сторону. Вопросов тоже не задавали, и это нравилось мне все меньше. Я не решалась уйти, хоть и не понимала, чего именно жду. Генри оставался рядом, но не покидало ощущение, что только ради меня.
Из коридора послышался очень знакомый голос.
— Пять минут позора, и мы свободны, — невесело констатировал Генри.
Я поежилась:
— Спасибо. Только боюсь, с ней пятью минутами не обойдется.
— Ночью — вполне. Просто она продолжит завтра и перед всеми адептами.
— Показательная порка, — вздохнула я.
Подвинулась ближе к нему, чтобы прислониться боком, а сама надеялась, что он не станет это комментировать. Мне хотелось почувствовать хоть какую-то поддержку. Взять Лавьера за руку я не могла, тогда распахнулись бы полы рубашки, поэтому ограничилась ощущением его тепла через ткань. Надевать рубашку правильно мне тоже не хотелось, сейчас по ощущениям она больше походила на накинутое покрывало. Имитация объятий. Да и какая разница, чужие выводы о моем внешнем виде это все равно не изменит. Я покосилась на платье, которое кто-то кинул на стол. Сейчас оно больше походило на грязную тряпку, на него явно пару раз наступили.
Профессор Золье остановилась у двери, скрестила руки на груди и уставилась на нас очень злым взглядом. Если бы женщины могли рождаться драконами, я бы поставила что угодно, доказывая — она одна из них. Увы, Злюка была «всего лишь» главным заместителем моей матери. Проще говоря, в отсутствие последней она руководила исследовательским крылом, совмещая эту работу с преподаванием. Логично, что, когда в лабораториях возникла проблема, первым делом разбудили ее.
Злюка стояла, ожидая покаяния. Я жалобно посмотрела на Лавьера, внушая ему, что мужчина тут он, так что вроде как должен взять вину на себя. Жаль, что мои внушения на него не действовали.
— К практике готовились, — лаконично сообщил он без приветствий или извинений.
Я мысленно покачала головой. Очень горестно покачала. Может, происхождение и давало Лавьеру некоторые привилегии, только со Злюкой пытаться использовать их бесполезно. Наоборот, достанется еще и за это. Чтобы не зазнавались. В отличие от меня, Генри попадался под горячую руку гораздо реже и опыта у него было меньше.
Я сильно сомневалась, что нам удастся обмануть Злюку. Она по виду и запаху могла определить, что мы занимались явно не составами из учебника. Не говоря уже о побитой посуде и испорченных ингредиентах. И книге…
Показалось, что я услышала, как Злюка скрипнула зубами.
— Молчи, — тихо попросила я. И тут же пожалела: вдруг Генри сделает все наоборот? Для себя я уже решила, что лучше объясняться с хозяевами замка. По крайней мере, будет время продумать формулировки покаяния.
— Объяснений не будет? — процедила Злюка. На слух она явно не жаловалась.
— Нет, — ответил за меня Лавьер. Послушался или просто пришел к тому же выводу, что позориться несколько раз противнее, чем один?
— В таком случае мне только и остается, что отправить вас под арест.
— В темницу? — нервно хихикнула я.
Темница-то в замке была, только использовали мы ее как склад. В прятки там играть в детстве казалось жуть как интересно. В остальном она была пережитком прошлого. Кто таким еще пользуется? У нас и преступников-то не было. А если и появлялись, то такие, что живьем обычно не сдавались. Кого поймать удавалось — быстро выпроваживали обратно в Чистые Земли. Впрочем, наша маленькая армия медленно, но росла, и с годами охранять собственные границы становилось проще.
— Нет, по своим комнатам! — рявкнула Злюка. — И не покидать их до дальнейших распоряжений.
— Похоже, позорить перед всеми нас не будут, — прошептала я.
Лавьер принялся толкать меня в спину, намекая, что пора бы уже выполнять приказ.
— Не будут, — процедил Генри. — Отстранение от учебы, угроза практике, потеря права на свободное перемещение в этом году, — перечислил он, глядя на профессора Золье.
Она кивнула. Привычно, будто он только что верно ответил на ее вопрос на занятии. А у меня дрожь прошла по спине, задержавшись где-то на затылке. Показалось, даже волосы зашевелились.
Я с трудом сдержалась, чтобы не отшатнуться от него, а потом побежала к двери, обходя Злюку. Не знаю, кого из них в тот момент стоило бояться больше.
— Мы это еще обсудим, — пообещал он мне в спину. Рано я решила, что Лавьер может быть милым и приятным. Работа-то была моя, и ответственность тоже… моя. А я умудрилась почти лишить его практики… Или не почти? Может, мне еще повезет?
Я не остановилась, так и бежала, пока не добралась до своей комнаты. На глаза наворачивались слезы, но я тут же вытирала. Нет, нечего кому-то на них смотреть. Не дождутся!
Из приоткрытых дверей торчали заинтересованные девчонки: весть, что в замке происходит нечто странное, дошла и сюда. Мой вид вызывал любопытство. Ночью, в одной мужской рубашке. Главное, чтобы никто не начал размышлять, с кого я ее сняла…
Глава 29
Два дня я просидела в комнате, а Несса приносила мне еду и сплетни. Сначала мне и выходить-то не хотелось, так казалось безопаснее, но потом начало надоедать. Возможно, в другой ситуации я бы восприняла это как отличную возможность лениться и высыпаться, но сейчас отстранение от учебы было худшим, что Злюка только могла придумать. Моя практика оказалась под угрозой. Две недели до нее были полны жизненно важной информации, и без должной подготовки меня просто никуда не пустят, будь у меня хоть сто раз свой дракон и хорошие оценки.