Литмир - Электронная Библиотека

– Найдите того, кто это делает… И остановите его. Здесь не Палестина времён Иисуса Христа. Мы живём в другое время. Воскрешения нам ни к чему.

Главврач умоляюще посмотрел ему в глаза.

Артём отвёл взгляд и аккуратно снял руку со своего плеча .

– Хорошо,– сухо согласился он.– Мне нужен список сотрудников, устроившихся на работу в течение последнего месяца. Из них особое внимание обратите на девушек с длинными светлыми волосами.

– Это я вам и так скажу,– облегчённо вздохнул главврач.– За последний месяц, не считая грузчика на кухню, совершенно лысого, к нам устроились всего два человека. Две девушки. Две Светланы- бельевщица и санитарка.

Жизнь в больнице потихоньку входила в прежнее русло. После того, как воскрешение Соловьёва не состоялось, все решили, что имела место какая-то нелепая ошибка, и успокоились. Артём заметил это, едва выйдя от главврача. Никто уже не суетился, не требовал немедленно выписать домой; никто не шушукался по углам и не провожал недоверчивыми взглядами врачей. Больные деловито сновали от кабинета к кабинету, гремели вёдрами санитарки, спешили по своим делам врачи.

– Постойте!

На лестнице Артёма нагнал Попов.

– Я, честно говоря, весьма скептически отношусь к вашей версии, но, если то, что вы сказали, правда…

Он оглянулся и продолжил полушёпотом.

– Там, в подвале, в покойницкой, находится очень подходящая для воскрешения кандидатура. Маленькая девочка- единственная внучка. Мы её бабушку час валерьянкой отпаивали.

– Что же вы сразу не сказали!

Перепрыгивая через ступени, Артём бросился в подвал.

– Помните- мы живём в другое время!– крикнул главврач ему вслед.

На ступеньках больницы, безучастно глядя перед собой, застыла Катина бабушка. Она стояла на самом проходе, так что людям приходилось огибать её; время от времени тяжёлая стеклянная дверь, распахиваясь задевала её по руке,– пожилая женщина ничего не замечала.

В правой руке она держала наспех собранную сумку, левой- прижимала к груди потешного, разноцветного клоуна.

Наконец, женщина сообразила, что мешает движению, медленно спустилась вниз и понуро побрела прочь.

Катя, укрытая не первой свежести простынёй, лежала на каталке.

– Труповозка приехала!– крикнул кто-то в дальнем конце коридора.

Дверь в покойницкую бесшумно открылась и тут же захлопнулась. Вошедший почему-то не стал включать свет, а сразу уверенно прошёл к девочке. Простыня медленно сползла на пол.

Запыхавшись, Артём остановился посреди коридора и огляделся. В подвале как всегда не было ни единой души. Артём поймал себя на мысли, что начинает ненавидеть эти тускло горящие лампы, обшарпанные стены и извивающиеся по потолку полуржавые трубы. У него вдруг возникло горячее желание бросить всё и убежать наверх- к солнцу, свежему воздуху и живым людям. Но он сдержался- где-то в глубине души появилось предчувствие, что на этот раз всё получится и загадка будет разгадана.

Ключ почему-то не поворачивался.

Артём достал пистолет и осторожно толкнул дверь. Как он и ожидал, та послушно распахнулась.

Его взгляд упёрся в лежавшую на полу простыню.

У каталки же, спиной к нему, стояла девушка- невысокая, худощавая, с длинными светлыми волосами.

Артём моргнул. Девушка не исчезла.

– И что теперь?– громко сказал он, пытаясь нашарить выключатель.– «Талифа- куми»?

– «Талифа-куми!»– словно эхо, повторила девушка.

Артём вздрогнул: ему почудилось, что девочка на каталке шевельнулась.

– А теперь развернись лицом ко мне!– скомандовал Артём.

И на всякий случай предупредил:

– У меня пистолет.

Не оборачиваясь, девушка вытянула руку в сторону и развернула её ладонью к Артёму.

– Я стре-

Что-то раскатисто громыхнуло, и убогую комнатушку залил яркий голубой свет.

– Это какая-то ошибка!– громко сказала сама себе Катина бабушка и, резко свернув, поспешила назад, к больнице.

От неловкого движения ручка оборвалась и содержимое сумки высыпалось на свежевыпавший снег. Опустившись на колени, бабушка принялась собирать детские халатики, колготки, носочки, игрушки. Взяв в руки клоуна, она не смогла сдержать слёз.

– Это какая-то ошибка!

Бабушка всхлипнула и вдруг испуганно охнула: прямо перед ней кто-то стоял.

С недоумением она разглядывала стоптанные кроссовки, джинсы, белый халат. Слёзы застилали ей глаза,– бабушка с трудом сообразила, что перед ней стоит женщина с закутанным в одеяло ребёнком на руках.

Она поднялась с колен, пригляделась и попятилась.

Женщиной оказалась Света, а ребёнком- её собственная внучка.

– Это была ошибка!– сказала Света и протянула девочку бабушке.

Та всхлипнула и осторожно взяла Катю на руки. Всё ещё не веря своему счастью, женщина судорожно ощупала внучку, провела трясущейся рукой по мягким волосам и, звонко расцеловав, крепко прижала к груди.

Девочка выглядела совершенно здоровой; желтушный цвет кожи бесследно исчез, а на щеках заиграл румянец.

Света подняла клоуна и протянула его малышке.

Девочка счастливо улыбнулась.

Шатаясь и держась обеими руками за голову, Артём вышел из подвала через торцевой выход.

У труповозки курили Куликов и Ветлицкий.

– Курите?– усмехнулся Артём.– А труп-то ваш- тю-тю!

– Как это «тю-тю»?– не поняли санитары.

– Домой ушёл!

Осторожно ступая по глубокому снегу, Артём обогнул здание и скрылся из виду. Санитары переглянулись; Куликов покрутил указательным пальцем у виска.

Света стояла на том же месте, глядя вслед спешащей к остановке женщине с девочкой на руках.

– Так это была ты?!– выдохнул Артём, благоговейно разглядывая стоявшую к нему спиной хрупкую фигуру в белом халате и длинные светлые волосы.

– Что я?– спокойно спросила Света.– Я просто шла по коридору, и мне навстречу выбежала девочка. Я завернула её в одеяло и отнесла бабушке. Вот и всё.

– Угу!– буркнул всё ещё слабо соображавший Артём.– А ты никого там не видела больше? Лану, например.

– Никого, не считая маленького чёрного котёнка.

Артём откашлялся.

– Э… Я вот тут подумал…

Странное происшествие в подвале неожиданно придало Артёму несвойственную ему смелость.

– Знаешь… Я… один живу… Мать год назад умерла от рака, отца я вообще не знал… Может… Скучно одному… Давай куда-нибудь… Ну там, поужинать. Или в кино сходим.

– Не сегодня.

Он понимал, что его заплетающийся язык производит на даму не слишком приятное впечатление, но не мог удержаться.

– Ты дашь мне свой телефон?

Артём даже удивился, как легко он произнёс когда-то необыкновенно трудную для него фразу.

– У меня нет телефона.

– Как это так- нет?!

– А вот так- нет.

– И электронной почты?

– И электронной почты.

– И странички…

– И странички! Я сама тебя найду.

Артём вздохнул.

– Я буду ждать.

Он внимательно посмотрел на неё.

When I couldn’t fly
Oh, you gave me wings.
You parted my lips
When I couldn’t breathe.
Thank you for loving me!
For loving me…

Девушка стояла к нему спиной, и потому он не мог видеть, как её лицо на несколько секунд стало золотистым, а глаза изогнулись. Совсем как на плакате.

Мой дорогой Лео! Часть1-я

Театр размещался в захудалом Доме культуры периода развитого социализма. Перед двухэтажным особняком с колонами в псевдостаринном стиле мёрз на промозглом февральском ветру гипсовый мальчик-горнист, облепленный свежевыпавшим снегом; его горн указывал куда-то вверх, в направлении гигантских облупившихся букв под покатой крышей.

12
{"b":"909380","o":1}