Он запыхтел.
Большинство из них не сдерживают данных клятв и бросают своих партнеров. Просто ужасно. Немыслимо.
Женщина замерла на месте, и ее запах приобрел крупицу страха. Страх считывался в воздухе. Его настроение испортилось. Ему очень нравился ее естественный запах с тех пор, как он очистил ее тело от грязи. Но теперь, когда он смешался со страхом? Отвратительное ощущение. Из горла почти вырвался рык. Она явно заметила и поняла, что что-то или кто-то находится здесь, в пещере, и что это вовсе не человек.
Он уловил звук удара камня о камень за секунду до того, как женщина встала. Воодушевление выжгло все отвращение. Его маленький человечек поднял камень. Предположительно, чтобы использовать в качестве оружия. Ему нравился такой поворот событий.
Как она отреагирует на его драконью форму?
Он сдвинулся всего на дюйм, но этого оказалось достаточно, чтобы женщина повернулась и посмотрела прямо на него.
Выражение ее лица, когда она поняла, кто именно за ней наблюдает, было бесценным.
Правильно, голубка. Пора тебе встретиться с драконом.
Глава одиннадцатая
Робин
Это какая-то жестокая шутка.
Пережить все, чем жизнь в нее бросалась, только ради того, чтобы попасть в лапы дракона? Робин утвердилась в своей уверенности, что в прошлой жизни она, должно быть, являлась ужасным человеком. Убийцей, совершившим геноцид, или основателем рода Мержери. Возможно, она была супругой дьявола.
Неужели она не заслужила долбаного перерыва? Робин не сделала ничего, чтобы заслужить подобной участи. Она знала, что нет. Это несправедливо.
В любом случае вот что происходило прямо сейчас.
– Просто съешь меня, и покончим с этим, – сказала она надломленным и хриплым от долгого молчания голосом. Горло пересохло. И все же, несмотря на это, ее слова прозвучали громко, эхом отразившись от стен гигантской пещеры, куда ее принес дракон, и создавалось впечатление, что она продолжала кричать:
– Съешь меня, съешь меня.
Она поморщилась. Оставалось надеяться, что всё произойдет быстро.
Робин собралась с духом и посмотрела прямо на зверя.
Дракон ничего не делал. Не шевелился, не моргал, казалось, даже не дышал. Она моргнула, глядя на существо, сжимая пальцами камень. Чего он ждет? Она предложила ему себя съесть.
Если бы он хотел твоей смерти, ты бы уже была мертва.
Эта мысль показалась ей забавной. Драконы – умные животные, но не настолько. Возможно, у него есть хозяин? Это объяснило бы плащ.
– У тебя есть хозяин? – спросила она.
Дракон зарычал, и она вздрогнула. Судя по всему, ему что-то не понравилось. Дело в тоне ее голоса или самом вопросе?
Он не может тебя понять, идиотка.
Она вздохнула и решила пока помолчать.
Теперь, привыкнув к темноте пещеры, Робин посмотрела сквозь тусклый свет костра, чтобы получить представление о внешнем виде дракона. Пламя отражалось от его чешуи, наполняя ее трепетом, несмотря на ситуацию. Чешуя дракона была ошеломляющей: смешение всевозможных оттенков зеленого. Изумрудный. Цвет сочной травы. Виридиан. Глубокий, чувственный оттенок зеленых сосен, стоящих посреди леса, такой темный, что казался почти черным. Где-то чешуя переливалась золотом. Даже при плохом освещении дракон был великолепен.
А его размер…
Этот дракон не какая-то бродячая ящерица с гор. Его тело выглядело мощным, покрытым мышцами. Возможно, ей и не доводилось видеть зверей крупнее. И тогда Робин поняла, почему пещера такая большая. Ее похитителю необходимо много места еще и для своего спутника-дракона.
– Ого, – прошептала она, не в силах сдержаться.
Пробежав взглядом по зверю, она почти перестала дышать. Пыхтение дракона чем-то напоминало мурлыканье. Свет костра упал на его пасть. Под его неземными ядовито-зелеными глазами девушка разглядела целый набор устрашающих, свирепых, острых, как иглы, зубов.
Дракон внушал ужас. Даже в нынешнем состоянии каждый дюйм тела Робин содрогался от опасной близости этого монстра. Опасности, которую она не могла себе позволить. Время тратилось впустую. Если он все же планирует ее съесть, пусть больше не медлит. Она устала от этого подвешенного состояния, той неопределенности, в которой она застряла на несколько дней. Ей нужно было знать наверняка: выживет она и вернется к своей семье в родную деревню или умрет. Для всего остального она слишком устала.
– Ну же, – сказала она, пытаясь побудить дракона к действию. Камень в ее руке казался бесполезным против такого огромного зверя, но тем не менее пальцы сильнее сжали его. – Сделай что-нибудь. Раздави меня своими лапами. Перекуси меня своими челюстями. Сделай что-нибудь, иначе я выйду из пещеры прямо сейчас и ты никогда больше меня не увидишь. Я устала быть во власти окружающих. Я отказываюсь становиться твоей игрушкой! – выкрикнула она, и ее голос эхом разнесся по пещере.
Она резко втянула воздух и приготовилась к тому, как дракон отреагирует на ее возмутительные заявления, но все, что сделал зверь, – это подполз немного ближе. Его живот скользил по полу пещеры. Он позволил ей получше себя рассмотреть, остановившись всего в паре шагов от костра.
Немигающие изумрудные глаза с узкими зрачками, казалось, следили за каждым ее движением. Робин немного сдвинулась влево, затем вправо, и эти самые глаза перемещались вместе с ней. Это нервировало.
Они что-то напоминали, но, когда Робин попыталась ухватиться за воспоминание, приступ боли в плече и бред, вызванный лихорадкой, вынудили ее отступиться.
Хотя дракон подошел ближе, он все еще ничего не предпринимал. Когда ее терпение, а возможно, и здравомыслие подошли к концу, Робин потрясла камнем в направлении зверя. Он не сдвинулся с места.
– Во имя Дотэ! – крикнула она, чувствуя подступающую истерику, но совершенно об этом не беспокоясь. – Я впервые встречаю дракона, а он, оказывается, сделан из камня. Почему ты ничего не делаешь? Почему ты принес меня сюда? Где ты меня нашел? – Она ходила взад и вперед, паника подступала к горлу вместе с желчью. – Почему ты не дал мне просто умереть? Я уже приняла смерть. Мне пришел конец, так почему?..
Ей больше нечего было сказать. По крайней мере, дракону. Измученная испытаниями и травмами последних нескольких дней, она рухнула на место, где проснулась, и укуталась поплотнее в плащ, чтобы сохранить хоть какое-то достоинство.
Не то чтобы оно у нее осталось, учитывая наготу под искусно сшитой тканью. Кто вообще решил оставить столь изысканную одежду незнакомке? Плащ может принести хорошие деньги на черном рынке. Она скривилась. Возможно, хозяин плаща забрал ее лук и одежду в качестве платы. Или…
Взгляд в ужасе метнулся обратно к дракону. Она еще раз осмотрела пещеру. Что, если ее спаситель разбил лагерь в логове дракона, а зверь в ответ его просто съел?
– Ты его съел? – потребовала ответа девушка.
Дракон просто смотрел на нее.
Замечательно. Теперь она разговаривает с животным так, будто он мог ее понять.
С другой стороны, если дракон съел человека, спасшего Робин, он наверняка не проголодается так скоро? Но что она знает о драконах? Хеймсерия славилась своими чудовищами, но ей известно только то, что они сидят в своих покрытых льдом горах и отваживаются выйти оттуда только в случае крайне голодного года. Драконы практически считались вымыслом.
Она прислонилась головой к стене и сосредоточилась на успокоении сердцебиения, подумав, что если дракон собирается и дальше ничего не делать, то ей следует расслабиться. Нет никакого смысла в излишнем беспокойстве. Он либо оставит ее в покое, либо съест. Просто и ясно.
Едва заметное движение привлекло рассеянное внимание Робин, и она вздрогнула, когда дракон отступил во тьму. Чего это он?
– Эй! – позвала она. – Куда ты… – Она подавилась словами, увидев вышедшего из темноты мужчину.