– Показывай, что вы еще купили. Мне нужно работать.

Благо, остальные две блузки были вполне приличными, и я, указав на одну из них, решительно сказала:

– На линейку пойдешь в этой.

Блузочка действительно была хорошая: белоснежного цвета с рукавами-фонариками и бантом у зауженной горловины.

– Хорошо, а топик можно оставить? – наигранно потупила глаза Юлька.

– Только не для школы, – все же сдалась я.

– Спасибо, – счастливо заверещала она и бросилась меня обнимать.

Когда Юлька оторвалась от меня, я бросила взгляд на Перпетую Арнольдовну, но она поняла меня без слов.

– Это мой подарок за хорошее поведение.

Спорить я не стала. Уже хорошо изучила эту женщину. Проще купить что-нибудь ей взамен или порадовать каким-нибудь необычным способом. Потом спрошу у детей, что может понравиться старушке. Все же вкусы у нее специфические. Вряд ли я смогу обойтись банальным тортиком. Хотя, если в его состав будет добавлена пыльца экзотической бабочки, то, возможно, Перпетуя Арнольдовна и придет в восторг.

Поэтому я коротко кивнула и достала планшет, когда они убежали на второй этаж, что-то весело обсуждая. Максим до сих пор не перезвонил, а телефон все так же сообщал, что абонент занят. Поэтому я решила погрузиться в работу, чтобы в голову не лезли ненужные мысли.

Работа неожиданно затянула: вместо привычных научных текстов мне для перевода достался роман с криминальным сюжетом. Я настолько увлеклась, что не заметила, как в доме установилась тишина, и невольно прикрыла глаза, когда уже было далеко за полночь.

Проснулась от того, что тело затекло из-за непривычной позы. Я как с вечера села на диван, забравшись на него с ногами, так и заснула в таком положении. Спина ныла и проклинала свою бестолковую хозяйку. А шея болела так, словно на ней всю ночь лежал неподъемный груз. Кое-как потянувшись, я сползла с дивана и, постанывая, проковыляла на кухню. Обалдевши, обвела взглядом помещение и заморгала. По кухне словно смерч прошелся. Гора немытой посуды в жирных подтеках, заляпанная тестом плита, недоеденный завтрак и бессчетное количество крошек и мусора на всех поверхностях. На обеденном столе белел лист бумаги. Текст записки привел в замешательство: «Сашка, не бесись. Приедем и все уберем. Опаздываем с Перпетуей Арнольдовной на болото». Что, простите? Что они там забыли? Совсем из ума выжили? Какое болото? А если они там погрязнут?

Меня охватила паника. Я схватила мобильник и набрала номер Перпетуи Арнольдовны. «Абонент вне зоны доступа», – оповестил сотовый. Трясущимися пальцами нашла номер Тимки, затем Юльки: «Абонент вне зоны доступа».

Заметавшись по грязной кухне, я вцепилась себе в волосы, силясь понять, кому еще позвонить. Когда моя нервная система достигла своего предела, ожил мобильный телефон: звонила Ксюша. Я срывающимся голосом просипела в трубку:

– Ксюша, дети, они…

– Да, они просили, чтобы я тебе позвонила и убедила не ругать их, – рассмеялась сестра.

– А ты чего такая веселая? – вскипела я. – Дети непонятно где, а ты радуешься.

– Что ты панику подняла? – фыркнула Ксюта. – Они ведь с Перпетуей Арнольдовной.

– Тем более, – рявкнула я. – Неужели ты это одобряешь?

– А почему нет? – удивилась она.

Я в замешательстве уставилась в окно. Может, я чего-то не понимаю? Как можно разрешить детям отправиться на болото и совершенно не переживать о том, что с ними может что-то случиться?

– Ксюша, ты понимаешь, что это опасно? – процедила я сквозь зубы, с трудом сдерживая злость.

– Чем? – опешила она.

– Например, тем, что они могут там погрязнуть и их затянет, – взвыла я.

– Отлично, – воскликнула Ксюта, чем еще больше вогнала меня в панику.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – на всякий случай осведомилась я.

– Да, а что? – не поняла она моего сарказма.

– Ты разрешила детям отправиться на болото, – членораздельно сказала я.

– Правильно. Пусть лучше там выплескивают свою неуемную энергию, чем разносят дом, – заявила сестрица.

«Да ни один дом не стоит здоровья и жизни детей», – пронеслось у меня в голове.

– К тому же это интересный вид спорта. Я бы в своем детстве все отдала, чтобы поваляться от души в луже, – рассмеялась Ксюша.

– Чего? – обалдела я от такого заявления. – Ты о чем?

– А ты? – уточнила она.

Я подошла к столу и еще раз вчиталась в содержимое записки.

– Дети оставили записку, что отправились на болото, – промямлила я, окончательно запутавшись.

На том конце провода раздался оглушительный взрыв смеха.

– Ксюша! – взвыла я.

– Ох, Сашка, правильно иногда говорит Юлька, что ты деревня, – заявила сестрица. – Дети вместе с Перпетуей Арнольдовной отправились на болотный футбол.

– Чего? – вытянулось мое лицо в недоумении.

– Это такой вид спорта, – снисходительно пояснила Ксюша.

– Я знаю, что футбол – это вид спорта, – буркнула я. – При чем тут болото?

– Вместо обычного зеленого поля игроки бегают по огромной луже грязи.

– Зачем? – округлила я глаза.

– Наверное, так веселее, – хохотнула Ксюта.

– Действительно, – вздохнула я.

На душе стало спокойнее. К счастью, все, что я успела себе вообразить, оказалось неправдой. Пусть уж лучше занимаются такой ерундой, как болотный футбол, чем действительно лезут в настоящее болото. Во всем нужно искать плюсы, пусть и такие странные.

– Я чего звоню, – прервала мой поток мыслей Ксюша. – Вчера вернулась поздно, ты уже спала, и я не стала тебя будить. В общем, у нас заболел один из режиссеров, и я вместо него еду в Питер.

– Когда? – сочувственно спросила я.

– Уже. Выехали час назад.

– Надолго? – уточнила у нее.

– Вернусь примерно через две недели. Как успеем отснять материал для нового проекта, – воодушевленно произнесла Ксюта.

Все-таки она фанатично обожает свою работу. Я еще не встречала человека, который настолько любит свое дело. Ксюша способна жить на съемочной площадке. Единственное, что ее останавливает, наличие дочери. Пусть она и нечасто бывает дома, но свободное время Ксюта полностью посвящает семье.

– Удачи, – пожелала я ей и отключилась.

С одной проблемой разобрались, теперь на повестке дня вторая. Макс так и не перезвонил, и я понятия не имею, ночевал ли он дома. Судя по образцовому порядку в кабинете, который временно служит ему спальней, он или не приходил домой, или тщательно все убрал, что совсем на него не похоже. Как истинный представитель мужского пола, он не обращает внимания на такую мелочь, как беспорядок и мастерски умеет его наводить. Сколько раз я упрекала его в горе нестиранного белья, которое кучкуется по всем углам комнаты, а количество грязных кружек после него скапливается с геометрической прогрессией. Иногда у меня возникает ощущение, что пока Макс не перетянет их все к себе в комнату, то даже не заметит их количество на один квадратный метр. Еще раз осмотрев комнату, я набрала номер Максима. Абонент временно не доступен. Да что ж это такое? Набрала номер Ивана. Абонент временно недоступен. Их там дикобразы съели? Третья попытка увенчалась успехом, только совсем не тем, который я ожидала.

– Привет, – откликнулся Стас.

– Макс на работе? – с места в карьер спросила я.

– Нет, – озадаченно ответил приятель.

– А Иван? – нахмурилась я.

– Нет.

– Где их носит? – возмутилась я.

– Их сегодня еще не было, – заявил Стас.

– А вчера? – уточнила я.

– Понятия не имею.

– Стасик, будь другом. Узнай у своих коллег, когда Максим последний раз был на работе, – встревоженно попросила я.

– Хорошо, – согласился он и отключился.

Потекли минуты ожидания. Убрав погром на кухне, я от нечего делать и чтобы хоть как-то занять трясущиеся руки, схватила пуходерку и поймала удачно попавшегося в руки Мауса. Кот явно не ожидал от меня такой подставы, но смиренно улегся на коленях и принялся стоически терпеть экзекуцию. Маус словно понял, что хозяйке требуется чем-то занять себя, чтобы переключиться, и вздохнул весьма по-человечески.