Замёрзнув на крыльце, Женька с нескрываемым удовольствием переместился в тёплый дом готовиться ко сну. Тем более, что Бьёрн уже сладко сопел в своей любимой лежанке. Уже проваливаясь в сон, молодой человек философствовал о возможном существовании Голубиной книги, пытался вспомнить все упоминания о ней, которые ему встречались.
– Ладно, завтра будет новый день, на свежую голову во всём разберусь, – пробубнил он и заснул.
За ночь Женька просыпался несколько раз. Для него это было привычно. Каюра назойливо мучил один и тот же сон: пронизывающий ужасом мрак окутывал его, одиноко стоящего на краю чёрной бездны. Открывал глаза молодой человек каждый раз в холодном поту от сделанного шага во тьму. Женьке никак не удавалось понять природу своих ночных кошмаров.
За день до исчезновения Саши.
Василиса проснулась раньше будильника от хлопка входной двери. «Бабушка со смены вернулась, – промелькнуло ещё в сонном сознании, – значит будет вкусный завтрак». От это мысли девочка улыбнулась и залезла с головой под одеяло поспать ещё пятнадцать минут до будильника. Завтрак и правда не заставил себя долго ждать. Когда Вася зашла на кухню, на столе красовались свежеиспечённые сырники и кружка ароматного какао.
– Доброе утро, красотка, – улыбнулась бабушка. – Завтракай быстрее, а то опоздаешь в школу.
– Да, да. Мне тебе, кстати, нужно много рассказать. Я вчера была в библиотеке… Ой! Совсем не успеваю, вечером расскажу, – дожёвывая сырник, Василиса схватила рюкзак и выбежала из дома.
День сегодня планировался насыщенный: шесть уроков, а после ещё и в библиотеку нужно заскочить рассказать Владимиру Григорьевичу про Женю и договориться на завтра о встрече, так как номера телефона Хранителя у неё не было.
Домашнее задание Василиса сделать не успела, потому что вчера после школы у неё были дела поважнее. По пути в школу она строила предположения, на каком из уроков её могут вызвать отвечать и что нужно бы успеть почитать на перемене. Последним уроком была литература. Этот предмет, как раз вела её классный руководитель Людмила Прокофьевна. На радость Василисе она начала со слов:
– Здравствуйте, ребята, рада вас видеть. Сегодня у нас очень интересная тема, с ней по плану мы должны уложиться в один урок, поэтому проверки домашнего задания сегодня не будет, а то боюсь не успеем.
Дети воодушевлённо выдохнули, особенно оживилась Вася, которая пыталась спрятаться за, сидящими впереди, одноклассниками.
– Так, но попрошу не расслабляться, – продолжила учительница, подняв вверх указательный палец, – завтра будет опрос по двум темам.
– Ну, это фигня, легкотня! До завтра то я всё выучу, – прошептала девочка.
– Итак. Сегодня мы поговорим о культуре и верованиях древних славян. Вы уже хорошо ориентируетесь в древнегреческой мифологии, но известно ли вам что-нибудь о мифах славян?
В классе повисла непривычная тишина. Вася читала пару книжек по этой теме, по совету Владимира Григорьевича. Она нерешительно подняла руку. Но Людмила Прокофьевна уже продолжила:
– Если и известно, то очень мало! Поэтому, надеюсь, тема нашего урока будет для вас очень интересной, запишите в тетради: «Славянская мифология».
Василиса догадалась, что это был риторический вопрос, то есть не требующий ответа, опустила руку и достала тетрадь.
– В отличие от античной мифологии, хорошо известной по художественной литературе и произведениям искусства, я сейчас говорю про живопись, тексты славянских мифов не дошли до нашего времени, поскольку в ту далёкую пору, когда создавались мифы, славяне ещё не знали письменности.
Тут Вася задумалась:
– Интересьненько получается, письменности славяне не знали, а Голубиную книгу написали, как такое может быть?! – Размышляла всё также шёпотом. – Ну даже, если она им с небес упала, как говориться в легенде, они же её как-то прочитали… Или книга не такая уж и древняя, как утверждает Хранитель, и упала она к ним чуть попозже, или всё-таки, наши предки владели письмом гораздо раньше, чем считает Людмила Прокофьевна. Что-то тут не стыкуется…
– Василиса! Хватит отвлекаться. О чём ты там мечтаешь? О мальчиках думаешь?! Мы работаем сейчас с тетрадью и записываем славянских богов. Будь добра присоединись к классу. Значит так! На чем я прервалась?! Ага… Пе-рун, пишется через «е», Ве-лес, Сва-рог.
Вася снова отложила ручку и устремила взгляд в потолок. В маленькой рыжей голове пронёсся поток мыслей: «Ну вот опять! Если славяне не умели писать, откуда тогда сейчас все точно знают, через какую букву писать их имена?!»
– Людмила Прокофьевна, – не сдержавшись, обратилась Вася к учительнице, – если тогда ещё не было письменности, откуда вы точно знаете, что «Перун» пишется через «е»?
– Нет, вы только посмотрите на неё! Василиса, ты решила мне сорвать урок? Тебе будет персональное домашнее задание!
– Ну вот, – раздосадовано пробубнила малышка, – и ответа не узнала и на дополнительную домашку нарвалась. Надо было молчать!
Прозвенел звонок, Вася поспешно собрала вещи и одной из первых вылетела из класса. Менее чем через пол часа она уже бежала по ступенькам библиотеки. Владимира Григорьевича девочка встретила в дверях.
– Ой, как хорошо, что я вас застала, у меня для вас важная новость есть.
– Любушка, я очень рад тебя видеть. Мне нужно до магазина дойти, составишь компанию? —Улыбаясь сказал пожилой мужчина.
По пути в магазин Василиса поспешно рассказала о своём вчерашнем разговоре с Женей, и о просьбе каюра встретиться лично. Владимир Григорьевич, недолго поразмыслив, дал добро на встречу, а про себя подумал: «Опасно, конечно, посторонних людей посвящать в этот вопрос, но вариантов сейчас немного, возможно, парень правда толковый и сможет помочь, тем более Вася всё равно ему всё рассказала. В общем встречусь с ним, посмотрю, в случае необходимости скажу, что это всё моя выдумка для юных посетителей. Хотя одно то, что он поверил маленькой девочке и готов приехать на встречу, уже о многом говорит в его пользу. Может что-то и получится».
Встречу назначили на следующий день на пять часов вечера, а Василису Хранитель настоятельно попросил больше не распространяться о пропаже книги, объяснив, как важно держать это в тайне. Вернувшись из магазина, девочка не стала заходить в библиотеку, а попрощалась у входа. Несмотря на то, что у Васи было много вопросов к Владимиру Григорьевичу, малышка пошла домой делать свое грандиозное домашнее задание по литературе, состоящее из вчерашнего и персонального сегодняшнего. По пути домой она отправила Женьке сообщение с информацией о времени и месте встречи.
Смска прилетела к каюру во время очередной экскурсии, он быстро взглянул на телефон, удивлённо улыбнулся, не ожидая такой скорости решения вопроса от Васи и охотно подтвердил встречу.
В день исчезновения Саши.
В очередной раз Женька проснулся от ужасного сна. Сердце быстро колотилось, а перед глазами всё ещё стояла тёмная мгла, несмотря на давно разгоревшийся рассвет. Каюр несколько раз моргнул и задумчиво взглянул в окно, пытаясь рассеять последние тени кошмара.
Сегодня у Женьки был выходной, поэтому сразу после завтрака он решил прогуляться с Бьёрном по лесу, чтобы немного развеяться. Каюр считал, что ближе к природе душа отвлекается от суеты и открывается для новых идей и впечатлений. Особой магией для него обладал ноябрьский лес. Уединившись среди вековых деревьев, Женя слушал, как бьются их сердца и шуршат сухие листья под ногами. Каждая веточка имела свой собственный голос. Их треск создавал мелодию, которая переносила каюра в другое измерение, в мир ответов на любые загадки. Густая стена деревьев служила непроницаемой завесой от посторонних глаз. В самой чаще каюр чувствовал себя прилежным учеником, постигающим основы языка, которым владели наши предки, старался брать знания и слушал подсказки природы. Бьёрн с удовольствием сопровождал хозяина. Лохматый ничего не слушал, он просто весело бегал, таскал палки и ждал, когда выпадет снег, чтобы наконец уже встать в упряжку.