–Хватит! Нельзя так себя вести! – Решительно сказал мальчик.
– Можно! Можно… – кривляясь произнёс хулиган и состроил нелепую гримасу с высунутым языком, чем ещё больше удивил Сашу.
Наконец, детей собрали в группу, построили парами и организованно повели на экскурсию. Саше пара не досталось, и Ева сама взяла его за руку. Родители же на кофе-брейк к столикам, накрытым, чёрными выглаженными скатертями с лёгкими закусками. Угощения удивляли разнообразием и изысканностью: фрукты, мясная и сырная нарезки, мини круассаны со слабосолёной сёмгой, томлёная груша с кусочками Камамбера, воздушный мусс из клубники, даже крошечные тарталетки с чёрной икрой.
Мама Саши, успев со всеми познакомиться, стояла в компании других мамочек. Они, весело хихикая, воодушевлённо обсуждали Доктора с его спутницей. В итоге дамы сошлись на мнении, что лучше няни для ребёнка, чем Ева, не найти и за такими роботами будущее. Ведь после лекции женщины стали, по их мнению, разбираться в робототехнике, и каждая ощущала себя чуть-чуть экспертом.
– Очаровательные дамы, как ваше настроение? – Вежливо и несколько игриво поинтересовался Далос, подойдя к их столику и улыбнувшись.
Мамочки смутились и залились краской.
– Очень хорошо, всё нравится, закуски вкусные, лекция интересная. Спасибо вам огромное за такое чудесное мероприятие! Редко удаётся с детьми посетить нечто подобное, – громко продекламировала самая бойкая женщина, сделав шаг вперёд.
– Благодарю за столь лестный отзыв, будем стараться и впредь вас радовать, – ответил Доктор, учтиво наклонившись, и проследовал далее к другому столику.
Так за разговорами, женскими эмоциональными возгласами и заливистым смехом пролетели незаметно два часа. Ева вернулась с радостными и счастливыми детьми. Ребята побежали к своим родителям, восторженно делиться впечатлениями. Мама Саши продолжала стоять одна. Прошло еще четверть часа, малыша не было… Она набрала номер мальчика, но в трубке прозвучало безразличное: «Абонент временно недоступен». Женщина внимательно водила взглядом по головам ребят, пытаясь отыскать сына, но безуспешно.
Вскоре толпа медленно рассосалась, родители с детьми начали одеваться и потихоньку расходиться. Саша так и не вышел. Обеспокоенная мама хотела было обратиться к Доктору Далосу, но он исчез вместе со своей спутницей. Она попыталась что-то узнать у детей, которые были с мальчиком в группе, но никто не вспомнил о Саше. Встревоженная женщина побежала к стойке информации.
– Помогите, пожалуйста, у меня сын с экскурсии не вернулся.
– Ой, да не волнуйтесь вы так, – произнесла девушка на ресепшне, хлопая накладными ресницами и не прекращая говорить по телефону.
Судя по её безразличному виду, создавалось впечатление, что она с трудом понимает ситуацию.
– Вы меня слышите?! У меня сын пропал! – Срываясь на крик, выпалила женщина.
– У нас часто дети теряются, а потом находятся, – юная особа предприняла нелепую попытку успокоить Сашину маму, не переставая улыбаться, как её учили. – Всё будет хорошо, обратитесь в службу безопасности Сколково, они точно разберутся.
– Где она находится? Куда бежать?
– До конца холла в направлении выхода и напра… – не успела договорить сотрудница, как женщина уже убежала. – Дурдом какой-то, сначала сами за детьми не смотрят, а потом носятся как ошпаренные, – обижено пробубнила девушка, закатив глаза к потолку.
Начальник службы безопасности, седой мужчина лет пятидесяти с вдумчивым, внимательным взглядом, молча, не перебивая, выслушал женщину и без лишних эмоций дал указание провести осмотр коридоров и лаборатории. Поиски результата не дали. По камерам видеонаблюдения проследить тоже не удалось. Саша в основном коридоре нулевого этажа зашёл в зону, которую не захватывает ни одна камера, и уже из нее не вышел. В обзор других камер мальчик также больше не попадал.
Заплаканная мама находилась в полуобморочном состоянии: бледное лицо напоминало белоснежный мрамор античных статуй, её руки тряслись, речь потеряла смысл и стала несвязная, тело обмякло, взгляд остановился в одной точке. Принесённые ей, успокоительные капли уже не помогали. Было принято единственно верное решение: незамедлительно вызывать полицию и скорую помощь.
Начальник службы безопасности был крайне озабочен происшествием.
– Это же международный скандал… Надо же было пацану пропасть на мероприятии этого Доктора Далоса… да ещё и в мою смену! Сейчас с полицией тут до ночи сидеть, опять домой вовремя не попаду, надо жену предупредить, чтобы ужин не грела. – с досадой в голосе тихо пробормотал он, зажмурился, тяжело вздохнул и потёр вески.
Глава 2. Доктор Далос.
Месяц до исчезновения Саши.
В большом просторном кабинете с панорамными окнами, занимая всю стену справа от письменного стола, красовался книжный шкаф. Книги на полках были расставлены по цвету. Для педантичного хозяина кабинета Доктора Далоса всегда была важнее визуальная составляющая, чем содержание. Книги здесь играли скорее роль украшения интерьера, чем источника информации. На столе привлекал внимание огромный голографический дисплей, который мог воспроизводить картинку в формате «сквозного стекла». Управлять этим чудом техники можно было жестами и голосом.
Свет был приглушен: горели только подсветка дисплея и ослепительные огни небоскрёбов, проникавшие сквозь огромные окна. Невероятный вид с извивающимися потоками городских огней, потрясал своей урбанистической красотой. Окружённый роскошью за столом сидел Доктор Далос, в привычной для него позе, закинув ногу на ногу и слегка покачивая начищенным до зеркального блеска ботинком. В руках он держал толстую папку с напечатанным текстом на английском языке и заинтересованно всматривался в него. На обложке было написано:
МЕЖДУНАРОДНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ДАЛОС ИНДАСТРИАЛ по разработке и внедрению души для робота серии 103. (Отдел по работе с душами)
Несмотря на то, что Доктор, как никто, купался в плодах научного прогресса и одной ногой стоял в будущем, получать важную для него информацию он предпочитал, как и раньше, из бумажных носителей. По его мнению, так данные воспринимались лучше, потому что было задействовано больше органов восприятия: глаза – видели буквы; кожа рук – осязала бумагу, её плотность и шершавость; нос – чувствовал запах печатной краски.
Далос внимательно дочитал последнюю строчку, резким нервным движением оторвал кусок последнего листа и задумчиво отложил папку в сторону. Его взгляд устремился через стеклянную стену в манящую даль.
С высоты сорок шестого этажа открывался туманный пейзаж современного индустриального города. Ему бесконечно нравилась эта панорама. Современные небоскрёбы стали для доктора символом могущества и глобального технологического прогресса, а мельтешащие точки людей внизу лишь подтверждали свою ничтожность и бесполезность в его глазах. Доктор смотрел на них, как человек смотрит на тараканов с высоты своего роста: их суета внизу вызывала отвращение и желание раздавить. Мог ли он, мальчик, выросший на юге США в глухой провинции Техаса, представить, что в его руках будет судьба всего человечества.
Далос хотел создать современный мир будущего, подчинённый ему и его интересам. По замыслу Доктора, в новом мире не будет места несовершенным людям. Их заменят идеальные создания – роботы, с неуязвимым здоровым телом, которое не подвержено болезням и возрастным изменениям, при этом выносливее человеческого в десятки сотен раз; с безупречным разумом созданным на базе искусственного интеллекта и … ДУШИ.
Вот с последней составляющей и были сложности. Без неё творение Доктора не сможет полноценно заменить человека. Наличие души даст возможность роботам-гуманоидам испытывать полный спектр чувств, на которые они сейчас не способны.
Далос потратил более десяти лет на поиски путей решения этой задачи. Ему потребовалось гораздо меньше времени, чтобы создать уникальный самообучаемый искусственный интеллект с использованием нейронных сетей. При этой технологии нейросети способны самостоятельно обрабатывать информацию и замечать закономерности в огромных объёмах данных. Это позволяет им находить решения и делать выводы, которые недоступны для человеческого интеллекта. Однако вопрос души для Далоса всё ещё оставался не решённым, что вызывало у него полный спектр отрицательных эмоций: злость, раздражение, негодование, досаду, гнев…