Соколами назывались группы прошедших специальную подготовку солдат. Все они были сиротами, еще в подростковом возрасте отобранными из приютов и семь лет обучавшимися под руководством лучших рыцарей.
Соколы владели глефами, мечами, луком и многим другим оружием, прекрасно умели скрываться и выполняли самые сложные и опасные задания. Относились к ним почти как к дворянам. А если они собирали много заслуг, то могли получить не только имение в герцогстве и большую пенсию по окончанию службы, но и титул. Зачастую их посвящали в рыцари и приглашали на праздники как почетных гостей. Быть Соколом в Арконе значило почти то же, что состоять в гвардии короля Ризы.
Раньше в казарме жило почти три сотни молодых мужчин, полных сил, энергии и надежд на будущее. Теперь осталось втрое меньше. Большинство погибло на стене, стоя в первых рядах защитников города, а двадцать человек вместе с графом пали жертвами волчьих зубов и когтей.
– Сюда поселили часть моих ребят, – сказал капитан Грин. – Вашу группу здесь не потревожат. Остальным я передам, где вас искать. Не опоздайте на ужин в шесть.
– Хорошо, – кивнул Хан и отсалютовал. – До вечера, капитан.
– До вечера, лейтенант.
Юриан улыбнулся и ушел.
Оказавшись вдали от посторонних глаз, Найт наконец снял повязку и прищурился:
– Здесь только четыре спальных места.
– Аури останется с братом. – Хан плюхнулся на кровать у окна и принялся снимать броню. – Заметил кое-что?
– Ты про поведение арконцев?
Найт снял с плеча Кисточку и отпустил ее побегать по комнате. Вскоре ласка уже охотилась на мышь за комодом.
– Я про того, кто все это затеял, – пояснил Хан.
– Герцог?
– Возможно. Но должен быть кое-кто еще.
Задумавшись, Найт тоже сел на кровать напротив и скинул продырявленное пальто прямо на пол.
– У него ведь есть мать!
– Точно, – кивнул Хан. – Дочь старика.
– Она должна больше всех ненавидеть шаманов. Это сделала она?
– Я почти уверен. Арконцы боятся ее.
– Неужели она такая... – Найт замялся, стараясь подобрать правильное слово.
– Страшная? Ну, каких-то десять лет назад ее считали первой красавицей Аркона. Ее мать была старшей сестрой нынешнего короля Ризы. Она влиятельна и богата. Все арконские дворяне у нее под каблуком.
– Откуда ты столько знаешь?
Хан загадочно улыбнулся:
– У меня хорошие связи.
– Как Изабелла?
– Верно. Она, кстати, племянница этой стервы. А точнее, ее покойного мужа.
Найт попытался нарисовать в голове семейное древо арконских правителей.
– Все дворяне имеют столько родственных связей?
– Не все. Есть и те, кто вступает в брак с обычными людьми. И есть изгои, с которыми никто не хочет иметь дело. Кто-то богат и уважаем, а у кого-то нет даже права называться своей фамилией. – Хан развел руками и иронично усмехнулся. – Общество аристократов – та еще змеиная яма.
Найт опустил взгляд, размышляя над его словами.
– Все как у Покровителей, – пробормотал юноша.
Хан скинул ботинки и завалился на кровать, подложив руки под голову.
– Значит, божества не очень-то отличаются от нас, жалких смертных. Такие же эгоисты и трусы. Если хотят, воюют с демонами. Если им лень, оставляют нас на произвол судьбы.
– Вы не жалкие, – возразил Найт. – Не все так думают.
– Например?
– Лейсан.
– Правда? И почему же она не здесь? Могла бы хоть поливать горящие дома дождиком.
– Все сложнее, чем кажется.
Найт уставился на свою правую ладонь, а Хан хмыкнул и повернулся к нему спиной.
– Все очень просто. Людям нужно полагаться на самих себя, а не на чудеса и Покровителей. Может, арконцы тоже скоро это поймут, потому что их Каррин не придет.
Вскоре дыхание Хана замедлилось. Он легко уснул после всего, что произошло, словно это было для него обычным делом.
Сняв верхнюю одежду, Найт перебрал вещи, оставшиеся после бывших хозяев комнаты. Его сумка, наверное, все еще лежит в конюшнях. Позже надо будет забрать ее, а пока Найт нашел чистую серую рубашку и черные брюки.
Помыться можно было на первом этаже. Прошлепав босиком по мокрой холодной плитке, Найт оставил одежду на крючке и зашел в одну из тянувшихся в ряд кабинок без дверей. Под потолком помещался металлический бак, куда набиралась вода. В стене была полость, шедшая от самой печи и подогревавшая воду. Топили обычно по вечерам. А сейчас не только вода в баке, но даже воздух во всем здании был холодным.
Дрожа, Найт потянул за ручку, сдвигая заслонку. Из дырочек в дне бака полилась вода. Тихонко вскрикнув, когда ледяные капли потоком обрушились на него, Найт схватил кусок травяного мыла и принялся отмывать с себя кровь и грязь. Зубы отбивали дробь, а ноги будто примерзли к полу. Он с удовольствием дождался бы вечера, теплой воды и прогретой комнаты, но тогда здесь будет много людей.
Закончив намыливать голову, Найт настроился, стиснул зубы и вновь потянул за ручку. Вода хлынула потоком и исчезла в щелях в полу.
– Ух-ух!
Холод добрался через кожу к костям. Все тело ломило. Найт не использовал ауру для защиты от холода, опасаясь, что кто-то ее почувствует. Смахнув с волос воду, он завернулся в полотенце, прихваченное из комнаты, выдохнул облачко пара и замер.
Магические камни тускло освещали душевую, но вдруг и этот свет погас. Звуки капающей воды сменились на шум множества отдаленных голосов и шаги по скрипящему снегу. Потолок превратился в звездное небо.
– Что будет, если он не сможет разорвать контракт?
Найт обернулся на голос и увидел Аури. Она стояла у крепостной стены и смотрела на замок, возвышающийся над другими зданиями огромного города.
«Видение! Уже даже не сон!» – догадался Найт и огляделся. Он точно был в Арконе.
Хан и Нае, которых спрашивала Аури, молчали.
– Столько сил потрачено зря. Если бы Элисте согласилась, все могло быть иначе, да?
– Не думай об этом, – сказал Нае. – Это не твоя вина и не твоего народа.
– Надо было убить его, – низкий и грубый голос Хана был едва узнаваем. – Что? Ты ведь и сам хотел. Аркон сдался! – закричал Элияр. – Он стоял две тысячи лет и сдался из-за одного ничтожного предателя и тупого Покровителя! Мы должны были это предотвратить! Ты должен был!
Найт впервые увидел бурю эмоций в обычно спокойных, как водная гладь, глазах Нае:
– Тогда, может, и тебе не стоило отказывать Кирану?
– Ребята, не надо! – попыталась остановить их Аури. – Нам уже пора уходить!
– Может, Вариан был бы жив, – продолжал Нае. – Может, нам не понадобились бы идти к демонам. Может, кочевники согласились бы последовать за Посланником! Так чья это вина?!
Хан молчал.
– Ну, скажи мне! Чья это вина?
– Что я могу сделать теперь..? – В опущенном взгляде и ссутулившейся фигуре Хана не было ни капли высокомерия и упрямства, как будто слова друга что-то окончательно сломали в нем. – Вари уже не вернуть...
Возможно, это была лишь игра света, или по его щекам и правда катились слезы. Найт не смог разглядеть, потому что Хан закрыл лицо руками.
– Я устал... Хочу сбежать далеко отсюда или умереть в бою! Хотя бы отправлю в Бездну побольше демонов!
– Не говори так! – воскликнула Аури со слезами в голосе.
– Я не очистил, а лишь больше запятнал имя отца! И что мне делать дальше?
Сломленный. Именно этим словом можно было его описать. Разве человек, который спал, вальяжно развалившись на кровати, и нагло ухмылялся, словно ему неведомы ни страх, ни стыд, и этот сдавшийся и потерявший цель в жизни молодой мужчина с потускневшими, как у старика, глазами – один и тот же Хан Элияр?
Найт не мог в это поверить.
– Киран найдет способ разорвать контракт с Роаном, – сказал Нае. – Покровители сделают все возможное. И не забывай, что еще есть Изабелла, армия Шетера, Ризы и Джейриа. Если хочешь оправдать отца, ты должен жить и бороться дальше.
– А что Аркон?
– Я верну его. Клянусь!
Иннае положил сжатую в кулак руку на грудь, где билось сердце.