– Ээ, ну да, – паренек сглотнул и начал отступать. Марк, не отдавая отчета своим действиям, немедленно двинулся следом. – Один всего, но его довольно часто используют в терапии всяких шиз, типа как у меня…
– И ты знаешь, где он? – Марк продолжал надвигаться на Сакуру. Они уже спустились с холма и через несколько секунд паренек, отступая, уперся спиной в шершавый древесный ствол. Его глаза расширились от внезапно накатившего страха, хакер не понимал, как нужно реагировать.
– Ну да, да! В моем Блоке, двумя этажа выше, – сбивчиво залепетал он. – То есть в нашем с вами Блоке, мы в одном!
– Откуда ты знаешь? – Марк, наконец, остановился и глупо заморгал, пытаясь понять, что им двигало мгновением раньше. Он будто на короткое время потерял контроль над своим телом и не мог вспомнить, о чем думал в эти секунды.
– Ну, – парень замялся, но одного взгляда Марка хватило, чтобы он тут же продолжил. – Я ведь парсер по специальности! Закончил Академию с отличием на три года раньше тех, с кем поступал, – он хмуро улыбнулся исподлобья. – Вы ведь знаете, парсер – это профи по внедрению и поиску…
– Я знаю, кто такие парсеры, – перебил его Марк, подумав о том, что паренек, похоже, псих лишь с одной стороны. А с другой – гений. Иначе ему никогда не удалось бы взломать банковскую систему Побережья.
– Короче, я время от времени внедряюсь в местную сеть, – Сакура повел рукой, очевидно имея ввиду Клинику Мебиуса. – Ну вы меня поймите, мне ж надо чем-то себя занять! Тесты Ника, конечно, интересные, но я их всегда быстро прохожу, надоедает. А так я еще порой палаты открываю, камеры глушу, вот умора – наблюдать, как Смотрители пытаются понять, в чем дело! Но знаете, я так дистанционно больше одной за раз не могу, тут оборудование нужно…
– Какого?.. – Марк вдруг понял, что вполне вероятно перед ним обычный шизантый, принимающий себя за кого-то другого, а вовсе не виртуозный хакер, однажды поехавший на своем увлечении взламывать все и вся.
– Это невозможно, – констатировал он, потому что в целом неплохо представлял себе функционал, доступный универсальному импланту.
– Возможно, если модифицировать имплант дата-расширителями модели не ниже 4.13 и криптографической призмой Смита, – на миг из глаз Сакуры пропал всякий страх и Марк снова сменил свою точку зрения. – А вот отследить эти модификации действительно не получится. Собственно, поэтому они еще при мне!
С минуту они тупо смотрели друг на друга. Марк собирался с мыслями, а Сакура просто не понимал, чего от него хотят. Но гению-психопату было до жути интересно, поэтому он решил пока не пускаться наутек.
– Так ты можешь уйти, – не спросил, сказал Марк. – Тогда почему остаешься здесь?
– Ну, не все так просто, – Сакура скривился и вновь начал жевать губами. – Я могу попасть только в локальную Сеть Блока D. Остальные независимы, у каждого Блока – своя локалка. Гениально же, а! Ведь если они физически не соединены, то взломав один, я не получаю доступа к другим. Поэтому я даже не знаю, как они устроены внутри и где выход. Да и… – он глубоко вздохнул и опустил глаза. В его взгляде Марк прочитал боль, глубокую, подавленную. – Да и если б я все же сумел как-то выбраться… зачем? У меня там нет никого. А тут… тут я вроде как нужен. Хотя бы даже для экспериментов Ника!
Старый Марк обязательно пожалел бы паренька, но очнувшийся в Клинике Мебиуса был уже не в полной мере тем непревзойденным нейро-дизайнером из Нетлинка с выдающимися перспективами и простым добрым характером. Этот человек, внезапно вспомнивший о том, что уже год как потерял всю семью и будущее, о котором мечтал с детства, думал лишь как использовать Сакуру в своих целях.
Было в этом что-то жестокое, неправильное. И Марк даже ощущал стыд, но какая-то глубинная часть его сознания нашептывала, что он все делает правильно. Он не хотел, чтобы эта глубинная часть вообще существовала, но не мог ее прогнать, не мог просто отказаться от нее. Твою мать, похоже, он и правда сбрендил! Вот только…
Точно! Теперь он вспомнил, о чем подумал в тот миг, когда Сакура заговорил о синхронизации.
– Короче, – Марк постарался подавить возбуждение в голосе, чтобы парсер снова не напугался. – Ты знаешь, где находится синхронизационный ложемент, можешь открывать двери палат и временно отключать камеры, я верно понял? Просто ответь – да или нет?
– Ну… да, да! – Сакура смутился, но вроде бы страх в его глазах поблескивал уже не так явно. Зато любопытство паренька стало очевидным.
– И ты можешь ночью открыть мою палату и провести меня к помещению с ложементом? – Марк решил идти в лоб.
– Эм… – парень поскреб давно немытую голову, потом куцую бородку, потом все вместе. – На самом деле, даже если нас засекут, о моих модификациях не узнают, нет у них таких спецов. Но изолятор на полгода нам обеспечен, а вот оттуда выбраться реально сложно…
– Да или нет, Сакура? – Марк надавил. – Ты можешь это сделать?
– Могу, могу! – паренек едва не запищал. Похоже – от восторга. – Вот это да, настоящее приключение!
– А в глобальную Сеть сможешь выйти? – Марк сощурил глаза. Он уже понял, что Сакура – эталонный ведомый, и чтобы им манипулировать – много ума не надо. – Нет, ну если это невозможно даже для тебя, тогда…
– Возможно! – выпалил парсер. Его голубые глаза вновь налились внутренним светом и он уже напрочь забыл про свой страх перед маньяком-серийником. – Я это сделаю! К чему нужно будет подключиться?
– К Офферингу, – медленно проговорил Марк.
Вот, что ему необходимо, чтобы раз и навсегда понять – безумен он или нет. Нужно просто вернуться в игру, вновь выбрать Бладхаунда и отыграть матч. Что он хочет доказать этим? Что найти? Не важно, он разберется на месте. Но ему это нужно – Марк чувствовал, как от одной мысли о возвращении в виртуальность у него начинает кровь закипать в венах.
А потом в голове прозвучал невнятный шепот, который тут же сменила череда образов – таких ярких, что Марк невольно вскрикнул, отступил, споткнулся о ветку и шумно рухнул на изумрудную траву. Он мотнул головой, приходя в себя. Образы, которые он видел всего мгновение, напоминали смазанные снимки, будто смотришь на окружающий мир через запотевшее стекло. Он не мог ничего толком разобрать, но чувствовал – там кровь, везде кровь.
И вновь этот шепот… Марк не расслышал слов, но по спине у него пробежал холод, а волосы на руках наэлектризовались. Похоже на игровые воспоминания, но ведь так не должно быть – они затираются после сеанса! И тем не менее, он был уверен, что эти картины его глазами видел кто-то другой, и шепот – он тоже обращался не к нему. Точнее, к нему, но будто… будто к другому Марку. Которого и звали иначе…
– Черт! Сука! – он с силой ударил себя ладонями по вискам, потом обхватил голову руками и стал раскачиваться из стороны в сторону.
– В последний раз, – твердил он себе под нос, продолжая раскачиваться. – В последний раз я должен попасть туда. Должен понять, что локации Темный луг нет, тенебрисов – нет, а игра – это лишь игра… Стоп? Тенебрисы? Это кто вообще?..
– С вами все в порядке? – Марк от неожиданности дернулся и поднял голову. Над ним склонился Олаф, лицо здоровяка выглядело озабоченным. Позади, как обычно, стоял медбот. Робот перемигивался зелеными и желтыми огоньками, а его подсвеченный синим контур стал ярче, среагировав на спускавшиеся сумерки.
– Уже… темнеет? – Марк удивленно посмотрел на небо. Вечерело. А ему казалось, что с обеда прошло не больше часа, ну может полтора.
– Вы не пришли на ужин, – пояснил Олаф, протягивая Марку руку. Тот принял ее и с кряхтеньем поднялся. – Я выждал положенные шестьдесят минут и пошел вас искать. Вы сидели тут и что-то бурчали себе под нос.
– Да, точно, – вздохнул Марк. – Простите, что не пришел на ужин и заставил волноваться. Я… – он замямлил, не понимая, что должен сказать. – Похоже, я немного потерялся во времени.
– Ничего, это последствия транквилизатора, – Олаф легонько похлопал его по плечу. – Все образуется, – он поджал губы и так по-доброму посмотрел на Марка, что тому захотелось заплакать. Хотя он знал, что не сможет. – А пока просто не доверяйте своим органам чувств. Мы ввели вам соответствующие препараты, но доза «Напамина» была слишком высокой. Чудо, что вы еще соображаете и визуальных галлюцинаций нет!