–Садись и рассказывай, – велела серьёзно.
–Что именно?
–Как докатился до жизни такой. К Агнешке бегаешь? Или кто там? – я повела головой в сторону реки.
Янек опустился на траву рядом, вытянул ноги.
–Говорю же, освежиться решил, жарко, – упрямо повторил он.
–Меня хоть не обманывай, а, – просьба прозвучала неубедительно. – Думаешь, я не поняла, что это не рыба плещется?
Теперь уже Янек избегал на меня смотреть.
–Ей… скучно, – еле слышно сказал он. – Я ей про деревенских рассказываю… про родителей…
Я лишь покачала головой.
–Янек, а если она тебя решит на дно утащить? Ты же понимаешь, что это не прежняя Агнешка, у неё уже другие мысли. Утопит и даже не поймёт, что сделала что-то не то.
–И пусть, – приятель вскинул на меня лихорадочно блестевшие глаза. – Кому я тут нужен?
Я медленно выдохнула, пытаясь не сорваться. Вот же дурак!
–Например, мастеру Анджею, – аккуратно произнесла, следя за реакцией. Янек только упрямо дёрнул плечом. – Мне нужен.
–Не нужен, – с усилием выдавил из себя Янек. – Я приходил в тот день, когда ты второй раз на болото ходила. Видел твоего…гостя.
–И что? – я постаралась не выдать своего волнения. Надо же, а я ни сном, ни духом, что Янек и Дэн виделись.
Парень замолчал, старательно разглядывая ствол липы.
–Янек, это не моя тайна, чтобы я тебе рассказывала. Это раз. И два – ты всё равно остаёшься моим другом.
–Другом! – слово повисло в воздухе, словно та чёрная паутина с болота.
–Другом, – спокойно подтвердила я. – Прости, но на иное не рассчитывай. Я не готова рисковать нашей дружбой в угоду мнимой романтики. Любовника можно везде найти, а вот хорошие друзья на дороге и на первом сеновале не валяются.
Он едва заметно улыбнулся, и я украдкой перевела дух. Мужчины! Как же с ними сложно!
–А теперь что касается Агнешки, – жёстко продолжила я. – Янек, пойми, она стала другой. Её никто не звал идти на болото и пытаться приворожить с помощью своей крови древнего духа. Это её выбор, и то, что теперь она жалуется тебе… не верь. Она может чувствовать боль, досаду, горечь… голод, но все её чувства притупились. Очень скоро она и вовсе забудет, что такое любить или дружить, ты и все остальные люди станут для неё лишь комками тёплой плоти, с которыми так весело играть. И никто не даст гарантий, что она не сломает свои игрушки. Для неё теперь это так же просто, как для тебя – дышать. Помни об этом, пожалуйста, хорошо?
–Откуда ты об этом знаешь? – Янеку явно не нравились мои слова.
–Я же ведьма, мне положено знать, – невесело усмехнулась я.
Янек с усилием провёл по лицу ладонями, словно просыпаясь. Посмотрел наконец на меня открыто, без сонливой тоски. Вгляделся в моё лицо, отмечая изменения.
–Арли, что у тебя случилось?
–Ты о чём? – я нахмурилась, сбитая с толку резкой переменой.
–Ты вправляешь мне мозги, а сама смурная, будто кто-то умер.
–Никто не умер, что за сравнения, – обиделась я. Какой внимательный! – Но я рада, что ты уже начинаешь смотреть по сторонам.
–Арли! – возмущённо начал приятель, но я уже легко встала и протянула руку ему.
–Кстати о сторонах. Ты не в курсе, что за усадьба здесь была?
Янек огляделся, словно сейчас только заметил цветущие деревья.
–Говорили, что здесь то ли дворянин жил, то ли вовсе баронет. Один, кажется. Девки рассказывали красивую историю несчастной любви, но, сама понимаешь, не вслушивался. Тем более это было очень давно. Кто его знает, правда или сказка.
–А от дома почему ничего не осталось?
–Не знаю. Говорят, пожар.
–Но фундамент-то должен был сохраниться! – не унималась я.
–Почему ты так заинтересовалась? – Янек дошёл со мной до яблонь, пнул мелкий камешек.
–Любопытно, – призналась я и кратко рассказала то, что услышала от Стефана.
Янек другими глазами посмотрел на цветущий сад, сделал пару шагов в сторону от ближайшего дерева.
–И что ты хочешь здесь найти?
–Не знаю. Что-то странное, – некстати вспомнилась чёрная паутина, но сколько я не оглядывалась, здесь не было ничего похожего. Кружево опутывало только яблони и сирени, не перекидываясь на остальные деревья или траву.
Янек задумался и прошёл чуть вперёд.
–А с чего ты решила, что усадьба была именно здесь? – внезапно спросил он.
–А где ещё? – я догнала его и пристроилась рядом.
–Ну, смотри, липовые аллеи уходят дальше. Возможно, что сад стоял в стороне от основного здания? – Янек огляделся и уверенным шагом направился правее яблонь. Пытаясь успеть за его стремительным шагом, я почти не смотрела под ноги, за что и поплатилась – споткнувшись о выступающий из-под земли корень потеряла равновесие и полетела вниз, инстинктивно выставив руки перед собой.
В глазах потемнело то ли от удара о землю, то ли…
Я приподнялась на руках, огляделась. Что произошло?
Я лежала на каменном полу. Морщась от боли в содранных руках, поднялась. Тусклый свет падал откуда-то сверху, позволяя оглядеться. Странное место. Большой зал, арочные своды опираются на массивные колонны. Потолок украшен лепниной с растительным орнаментом. Я подошла ближе к одной из стен, почти коснулась рукой фрески, но отдёрнула пальцы, словно обжегшись. Старая – краска потускнела, местами штукатурка обвалилась – но сюжет можно было распознать. На высоком холме у озера устремлялись к небу каменные столбы, а между ними виднелись маленькие человеческие фигурки. На следующей автор запечатлел две толпы – девушки в зелёных одеяниях справа, слева – люди в пёстрых одеждах, их предводитель ведёт под узды коня. На третьей изображён был сад, в котором танцевала девушка, а мужчина подглядывал за ней из-за деревьев. Далее несколько изображений стёрлись, смешались в одно тусклое пятно. Я обошла зал по кругу, пытаясь понять в потёках краски сюжеты. Удалось только на двух: на первой фреске девушки в зелёных одеждах сливались с деревьями, на второй в декорациях уже увиденного ранее сада (или очень похожего) люди с оружием и факелами.
–Это же дриады! – ахнула я, и сама испугалась голоса, эхом разлетевшегося по залу. Огляделась, но в этом каменном мешке я по-прежнему была одна. Это угнетало.
В центре зала стоял… алтарь? Хмурясь, я подошла ближе к прямоугольной каменной глыбе. Метр на два, с ровной, словно отполированной поверхностью в центре, по краям шёл сложный растительный орнамент, очень похожий по узору на потолочный. Я не сразу распознала знакомые символы, вписанные в переплетение веток, листьев и цветов. Круг с пересекающими его ломанными линиями – знак плодородия, похожая на лепесток неровная фигура – знак любви, спираль – знак жизни и квадрат с крестом – смерти.
Уже с другим видом обвела взглядом зал – неужели я в старом храме? Но… как я сюда попала? И где это – здесь?
–Ведьмам вход воспрещён, – раздался надменный голос сзади.
–Куда именно? – я развернулась, смерила говорившую взглядом. Высокая, выше меня на голову точно, с очень бледной, отливающей зеленью кожей, светлыми волосами, собранными в сложную причёску, из-под которой выглядывали два заострённых кончика ушей, в тёмно-коричневом платье старинного кроя – девица держалась королевой, которая увидела в тронном зале случайную замарашку. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто передо мной.
–Сюда, – дриада сощурила глаза, изучая меня.
–А выход?
–Что – выход? – дриада на секунду опешила от моей наглости.
–Выход тоже воспрещён? – с милой улыбкой поинтересовалась я. – Мне входить уже не надо, мне бы выйти.
Она открыла рот. Закрыла. Нахмурилась.
–А ты наглая, – покачала головой дочь природы. – И не боишься, безумная.
–А надо? – я с деланным безразличием оглянулась по сторонам. – Вроде милое место, почти музей. Только дверей не хватает.
–Они тебе и не понадобятся, – дриада лишь слегка повела запястьем, и алтарь словно толкнул меня под колени, заставляя потерять равновесие. Надо же, тёплый. Я опёрлась руками о камень, располагаясь удобнее и смотря снизу-вверх на дриаду.