И пособлял тайком.

Он слал дары, любя сирот

И ободряя вдов;

Кого в баранку голод гнет,

Врагом был их врагов.

Ни пальцем он не трогал дам,

И, не жалея сил,

Он помогал всем тем, кто сам

Подмоги попросил.

Однажды ехал, говорят,

Аббат Сент-Мэри злой,

С ним в двести человек отряд

С богатою казной.

И Робин, подстерегши их

В лесу в ночной часок,

Двенадцать тысяч золотых

В добычу уволок.

Аббата к дубу привязал

(Надежен крепкий ствол)

И, усмехнувшись, приказал,

Чтоб мессу им прочел.

Затем на лошади верхом

Пустил его домой,

Но к заду конскому лицом

И к голове спиной.

И дал людей в поводыри,

Чтоб путь найти назад.

Кипел от злости до зари

Униженный аббат.

Так был наказал алчный поп,

А виноват он в том,

Что земли Робина загреб

Предательским путем.

И вот аббат, не ев, не спав,

Лелея в сердце месть,

Помчался к королю стремглав,

Чтоб жалобу принесть.

И говорил, что дерзкий тать

Разбойничать горазд,

И коль живьем его не взять,

Он продыху не даст.

На это возразил король,

Что мерзкий Робин Гуд

Не даст покою им, доколь

Злодея не убьют.

Но прежде, чем король успел

Послать за ним людей,

Наделал Робин новых дел,

И дерзче, и буйней.

В те дни как раз случился срок

Чтоб дань платить с земли,

И с севера гонцы налог

В столицу повезли.

А Робин Гуд и Крошка Джон

С ватагой удальцов,

Презрев порядок и закон,

Ограбили гонцов.

Немало короля потряс

Сей дерзостный налет,

И вот на всю страну указ

Он грозный издает:

«Того, кто Гуда привезет

Хоть мертвым, хоть живым,

От королевских мы щедрот

За службу наградим».

Немало йоменов, такой

Наградой соблазнясь,

Пошли на Робина войной,

Чтоб выполнить заказ.

Но там, где Робин Гуда дом,

Густого леса сень,

Их ждал приветливый прием

И жареный олень.

И так их Робин восхищал

Искусством звонких стрел,

Что йомен слухи распущал

Повсюду, как умел:

Мол, жаль, что этот бывший граф,

Столь честен и незлобен,

Лишенный всех земель и прав,

Скрываться должен Робин.

Меж тем, на Робина озлясь,

Король в его оплот

Отряды слал за разом раз,

Но отбивался тот.

И, дружелюбен и учтив,

Он находил порой

Ответный в их сердцах порыв —

И уводил с собой.

Так жили грабежом они

На страх округе всей,

Ведь крепче не было в те дни

И нынче нет парней.

Однако, и аббат пока

Не забывал вражду,

Мечтая взять бунтовщика

И всю его орду.

Пятьсот бойцов он снарядил

На Робина напасть,

Но тот часть в бегство обратил,

Другую выбил часть.

Стрелкам привычен долгий лук

И стрел тугой колчан,

И лес зелёный был им друг,

Надёжный дом и стан.

Аббатских дюжину людей

В плен Робин захватил —

Из тех, кто бился похрабрей —

И пир им закатил.

И эль, и пение баллад,