Со стороны смотрится мощно: колоссальных размеров вулкан; стекающие из его жерла бурные потоки лавы, напоминающие рисунок кровеносных сосудов; у подножия, обтекаемая с обеих сторон лавовыми потоками, располагается рукотворная конструкция огромного зала, свод которого поддерживали многочисленные каменные колонны; оканчивался зал огромный тёмным зёвом, ведущим вглубь вулкана. Отсюда плохо видно, но кажется, зёв стилизован под широко распахнутую клыкастую пасть.

Если это только фасад, даже не представляю, насколько замок огромен внутри.

– “Если лава не кончается и извержение не прерывается, почему поселения ещё не потонули в огне?”

– “Лава не утекает далеко от Вулкана. Я лично бывал здесь лишь один раз и всех деталей не знаю, но там реализован магический зацикленный процесс: лава изливается из жерла, стекает вниз по желобам, достигает земли, впитывается в неё, преобразуется каким-то образом и снова изливается из жерла. Вулкан начал так странно себя вести после катаклизма во времена Второй Всеобщей Войны Магов. В те неспокойные времена повсюду появлялись различные природные и магические аномалии.”

Ясно, что ничего не ясно.

Пока я любовался Вулканом, Вилиан уже успела солидно удалиться.

Пора и мне поработать ногами.

К поселению шёл по тропинке, пролегающей через большое засеянное поле. Какой-то злак. Не пшеница, не рожь и не овёс. Остальные по внешнему виду не различаю. Кругом пусто. Ни одного Разумного. Неудивительно: уже поздний вечер. В такое время работы в поле никто не ведёт.

Зато в самом поселении ещё не все разошлись по домам. Уже отсюда вижу, как народ бродит кто-куда.

Хм-м, Вилиан не будет пару часов. Может, хоть сегодня я наконец найду себе друга на вечер? Первый кандидат сам ко мне идёт. Крепкий мужик, пятидесяти лет на вид. В доспехе, при оружии.

Стражник.

– Кто такой? Что здесь делаешь?

– Я Влад. Иду в поселение.

Стражник слегка опешил. Я вроде и ответил, а вроде и нет.

– Я спрашиваю…

– А ты кто такой?

– Что? – окончательно опешил стражник.

– Может, ты разбойник и убийца. Зачем мне тебе отвечать?

– Хм-м, – опустил стражник голову, задумавшись. – Ты прав. Я – Нукрот. Страж нашего поселения. Если хочешь попасть внутрь, придётся показать Статус.

– Показать? Часто можно просто со слов Разумного данные внести.

– У нас нельзя. Если не желаешь показывать Статус мне, можешь показать его воеводе или старосте.

– А можно обоим?

– Зачем обоим? – удивился стражник.

– Для подстраховки. Позовёшь их?

– Если они заняты, тебе придётся ждать здесь. Не заходи в поселение. За тобой мои напарники присмотрят.

– Без проблем.

Стражник развернулся и двинулся в обратном направлении. Проходя мимо двух своих коллег, расположившихся у кромки поля и с интересом меня разглядывавших, он что-то коротко сказал им, после чего направился вглубь поселения.

Я же принялся ждать.

А стражники стоят. С места не сдвинулись. Может, самому к ним подойти? Хочется поговорить.

Нет. Буду ждать здесь, как обещал.

И всё-таки почему вокруг поселения нет ни стены, ни частокола? Без них местная защита дырявая как решето.

Пока я размышлял над вопросами устройства местной системы безопасности, к стражникам, что меня «охраняли», подошла миниатюрная девочка. Светлое платьице почти до земли. Чёрные волосы, собранные в одну длинную косу до пояса. Отсюда не видно всех деталей, но одна бросается в глаза: при общении её руки вечно упёрты в бока, а подбородок вздёрнут вверх.

Умилительная.

Что-то им говорит. Указывает рукой на меня. Стражники что-то ей отвечают. После чего девочка разворачивается и чеканным шагом направляется ко мне. Эй, стражники! Вы не собираетесь её остановить? А вдруг я плохой дядя?

Чем ближе она подходила… Это не девочка. Девушка. Точно больше двадцати лет. Но это и не лоли. По всем параметрам (там только один параметр – размер) она лоли. Но не лоли. Она именно девочка. Я даже не знаю, как понял, что она взрослая. Смотришь – девчонка, опять смотришь – маленькая девушка, ещё раз смотришь – снова девчонка.

Подошла. Упёрла руки в бока. Хотя какие у неё бока – у неё даже талии толком нет.

Совсем малышка.

– Ты чего здесь забыл? – голос тоже нераспознаваемый: детский, но взрослый.

Как у ребёнка, который подражает взрослому.

– Ищу место для ночлега. Возможно придётся остаться в вашем поселении на ночь. А может не придётся.

– Ты что, дурачок? – вопросительно вздёрнула брови малышка. – Может – да, может – нет. Определись уже.

– Это не от меня зависит. Я с девушкой пришёл. Она пошла к вашему Владыке.

– Ты… Вы знаете Владыку? – как-то резко осунулась девочка.

– Нет. Не знаю. Отдадим ему одну вещь и пойдём своей дорогой.

– Ясно, – снова расцвела малютка. – Сколько готов заплатить за ночлег?

– А сколько нужно? – усмехнулся я.

– Всё, что у тебя есть, и ещё немного, – требовательно протянула она ладошку.

– Держи, – положил я в неё золотую монету.

Девочка несколько секунд неотрывно на неё смотрела.

– Я не…

– Возьми.

– Спасибо, – быстренько спрятала она монету, после чего снова упёрла руки в бока. – Обычно путники останавливаются в доме старосты, но там сейчас занято. Гости из Лурдении заселились. Если тебя пропустят в поселение, найди меня. Я тебя… вас с девушкой размещу. Где-нибудь.

– Где-нибудь?

– Не жалуйся! Бери, что дают! – притопнула малютка ногой.

– С радостью, – чуть поклонился я.

– Тогда я пошла.

И впрямь уходит.

– А где мне тебя искать?

– Где? – развернулась она. Взгляд такой, будто на совсем безнадёжного идиота смотрит. – В поселении. Где же ещё?

Действительно. Туплю.

Я снова остался в гордом одиночестве. Но ненадолго: двадцать минут спустя у меня случились уже третьи переговоры на этом месте – с воеводой.

Мужчина. Невысокий. Коренастый. Про таких говорят «крепко сбитый». Внешне выглядит лет на сорок, но нестираемый отпечаток непростого жизненного опыта на лице визуально добавлял ему минимум ещё лет десять. Он подошёл ко мне один, без своих бойцов.

Терять время воевода не любил:

– Гонгли. Воевода. Статус, – активировал он заклинание просмотра.

– Да-да, смотри, я не против.

– Мало.

– Влад. Герой. Хватит.

Воевода посмотрел на меня своими хмурыми глазами. Да, такие глаза тоже существуют. Лишь кажется, что хмурым может быть только взгляд. Ведь если взгляд всегда хмурый – это значит, что хмурые сами глаза.

– Хватит, – согласился он.

Развернулся и пошёл обратно.

Краткость сестра таланта. Воевода должно быть гений.

Немного постояв в нерешительности, я направился к поселению вслед за воеводой. Воевода же, проходя мимо стражников, просто… кивнул.

Слово – серебро, молчание – золото. Воевода должно быть жутко богат.

Я тоже изначально планировал пройти мимо парней, просто кивнув им. Но… не быть мне богатым.

– Парни, помните ту девушку, что со мной говорила до воеводы? Маленькая такая? Не подскажите, где она живёт? Не беспокойтесь – она сама просила её найти.

Сколько лишних слов. Я не то что на гениальность, даже на талантливость не претендую.

– Там, – указал направление рукой один из стражников.

Очень конкретно. Ну хоть так. Направился в указанную сторону. Поселение небольшое – три тысячи жителей. Может три с половиной. За пару часов можно полностью обойти.

По словам малютки, гости обычно останавливаются у старосты. Получается, постоялого двора в поселении нет. А значит, придётся договариваться напрямую с кем-то из местных, если не получится отыскать малютку.

Довольно быстро я добрался до центра поселения. Огляделся. Всё, как везде. Только один дом явно побольше остальных. Тот самый дом старосты? Огорожен невысоким забором. И…

Какого!?..

Перед калиткой стоял… солдат. Не маг, не стражник. То, как он расставил ноги, как держит руки, как смотрит вокруг. Такое я всегда узнаю.