Чёрт побери! Картина, явившаяся моему взору, была, мягко говоря, апокалиптической. Мое обнаженное тело метрах в тридцати от гостиницы «Пэрис». Точнее, бывшей гостиницы. Теперь на месте отеля груда битого кирпича и кое-где полыхающие обломки деревянных конструкций.
Впрочем, анализировать ситуацию у меня не было сил. Первым делом тугой струей через рот освободил желудок от остаток остатков пищи и жидкой кислятины. После чего благополучно умер…
Как оказалось, смерть моя продлилась недолго. Воскреснув, осознал себя лежащим на довольно жестком сиденье куда-то едущей кареты. Осмотрелся. Мое тело заботливо завернуто в кусок ткани, что-то мягкое тонкое наподобие простыни. Состояние ниже среднего, но умирать уже не особо тянет. Попытался оказать сам себе первую медицинскую помощь, однако по какой-то непонятной причине сделать этого не смог. Хотел ощупать себя, но и тут меня также ожидало полное фиаско. Мои руки оказались скованными за спиной стальными наручниками. Интересная ситуёвина. Короче, обстоятельства не радуют.
Не успел толком обдумать ситуацию в которой оказался, в поле моего зрения нарисовалась круглая усатая весьма довольная физиономия. В следующий момент ухмыляющаяся физия заговорила, неожиданно, на чистом русском языке:
— О! Господин, Воронцов, словами не передать, как я рад видеть Ваше Высокопревосходительство! Как говорится, Магомет сам пришел к горе. Ха-ха-ха! — Отсмеявшись мужчина продолжил: — Разрешите представиться…
Имени его я так и не услышал, поскольку моё сознание в очередной раз отправилось хоть и в беспросветное, но такое уютное и желанное небытие.
Глава 16
Глава 16
И вот сижу опять в тюрьме,
Не светит солнце больше мне,
На нарах, бля,
На нарах, бля,
На нарах.
А на свободе фраера
Гуляют с ночи до утра
И шмары, бля,
И шмары, бля,
И шмары…
Дина Верни (Верникова)
Мистер Джон Коллинз сорокадвухлетний капитан от инфантерии в отставке проснулся от назойливого скулежа Чарли, своего фокстерьера. Не то, чтобы мужчина был уж очень сильным любителем собак, однако, немного оклемавшись после перенесенного год назад инфаркта миокарда, завел милого щеночка. Теперь вольно или невольно, невзирая на погодные условия, приходится вставать ни свет ни заря и топать в Гай-Парк, где шаловливый Чарли привык резвиться по утрам в компании таких же как он домашних питомцев. Выглянув в окошко, капитан с удовлетворением отметил отсутствие облачности и осадков. К тому же, старые раны, полученные в Южной Африке, Индии и Афганистане сегодня не ныли, сердце билось ровно, не вызывая дискомфорта, и голова работала, как надо.
Через полчаса человек и пес покинули стены арендованной квартиры на Ланкастер Гейт. Оказавшись на свежем воздухе, Джон извлек из наградного серебряного портсигара папиросу, прикурил от бензиновой зажигалки и жадно затянулся ароматным дымом. После острого сердечного приступа врачи настоятельно рекомендовали ему бросить эту вредную привычку, также употребление виски. Но куда уж там, убежденный холостяк не привык себе ни в чем отказывать, тем более табакокурение и умеренное винопитие он не считал чем-то вредным. По его мнению, вред человеку наносят дурные эмоции, коих он старался в последнее время тщательнейшим образом избегать. После того, как человек закурил, наша парочка неспешно направилась к официальному месту выгула лающих домашних питомцев, где Чарли ожидает приличное собачье общество, и все, что он там оставит приберут за пару пенсов специальные служащие с совками и метлами.
Проходя мимо отеля «Пэрис», мужчина поначалу не обратил внимания на слабый отблеск огня в одном из окон на втором этаже. Однако, не успел он пройти мимо, как из гостиницы повалили люди, чьигромкие вопли все-таки заставили его остановиться. Далее на глазах изумленного отставника бушующее пламя полностью охватило здание изнутри и снаружи. Выбравшиеся из огня, одетые в основном в исподнее постояльцы отеля, иже с ними служащие столпились на безопасном расстоянии и кто молча, кто с криками и воплями взирали на то, как в адском пламени сгорает здание вместе с их имуществом.
Не обращая внимания на недовольный скулеж собаки, Джон Коллинз, как всякий любопытный индивидуум, направился к горящей гостинице. Впрочем, Чарли выражал недовольство недолго, видя нежелание хозяина идти в нужном направлении, пристроился в самом центре цветущего газона и справил там большую собачью нужду, рассудив своими собачьими мозгами, что на место традиционного выгула они попадут еще нескоро.
Справедливости ради, стоит отметить, что лондонская пожарная служба отреагировала на сигнал вполне оперативно. Прибывшие к пылающей гостинице маги принялись орошать горящее здание водой из специального пожарного пруда. Как ни странно эти их потуги не приносили ощутимых результатов. Создавалось впечатление, что вместо воды они льют на огонь керосин или еще какую горючую жидкость. Несмотря ни на что, пожарные все-таки не прекращали попыток залить бушующее пламя.
В какой-то момент внутри горящего здания раздался оглушительный хлопок, после которого отель «Пэрис» начал на глазах у изумленных зрителей буквально складываться внутрь. Такое впечатление, что известковый раствор полностью потерял свою способность скреплять между собой кирпичи, и кладка начала сама по себе рассыпаться.
Еще один хлопок, и из одного из окон второго этажа буквально выбросило обнаженного мужчину. Пролетев по воздуху три десятка метров, тело упало на газон в метре от капитана Коллинза. Наметанный глаз опытного вояки успел заметить, мерцающий в предрассветной мгле силовой кокон, защищавший летуна от любых внешних воздействий. Впрочем, стоило человеку оказаться в безопасном месте, магическая защита тут же рассеялась, открывая доступ к недвижимому телу.
Лежащий на траве странный субъект оказался рослым мужчиной с рельефной мускулатурой. На глазах удивленного Джона Коллинза черты его лица «потекли» и, спустя минуту, это был совершенно другой индивидуум. Более того, физиономия распростертого на траве мужчины уж очень сильно напоминала кого-то капитану. Мистер Коллинз склонился над телом, приложил ладонь к шее, после чего мысленно констатировал:
«Живой! Даже ничуть не обгорел. Однако!».
Как бы в ответ на его мысли, человек глубоко вздохнул, открыл глаза, с трудом перекатившись на бок, основательно проблевался, после чего вновь впал в забытье.
Старый вояка на своем армейском веку повидал много всякого разного достойного удивления, поэтому отнесся к случившемуся вполне философски, тем более, лежащий на травке обнаженный господин, вне всяких сомнений, визард и не из самых последних, коль сумел выжить в бушующем пламени, более того, спастись.
Капитан напряг зрение и в неверном свете сгоравшего дотла отеля наконец хорошенько рассмотрел лицо лежавшего на траве мужчины. Более того, он признал, кем именно является этот загадочный чародей. Не даром капитан обладал практически фотографической зрительной памятью, к тому же, он регулярно после завтрака внимательно просматривал свежую прессу. Так вот, в любимой «THE LONDON TIMES» и других периодических изданиях он неоднократно встречал фотографии именно этого человека с разных ракурсов и при самых разных обстоятельствах. Нынче боярин Воронцов позиционируется как скрывающийся от российского правосудия государственный преступник. Интересно, откуда он здесь и почему до этого скрывал лицо под магической маской?
Джон Коллинз не стал ломать свой мозг над вопросами, ответы на которые он вряд ли когда получит. Оставив умозрительные заключения для будущих вечерних посиделок у камина, он подошел к командиру прибывшего полицейского подразделения и, как подобает всякому добропорядочному гражданину, вывалил на его голову всю информацию по лежащему на травке в полной отключке человеку.