В коридоре не оказалось ни души, как впрочем, и во всем крыле замка. Вся чернь так же желала хотя бы одном глазком посмотреть на свадебную церемонию и, побросав свою работу, толпилась в западной башне дворца, откуда хорошо просматривалась часовня, где должно было происходить наше с Тэтчердом венчание. Никем не замеченная, я спокойно преодолела огромный холл и уже собиралась было прошмыгнуть на задний двор, как вдруг оказалась пойманной за шиворот старой грузной кухаркой.
– И куда это ты, милочка, так улепетываешь? – грозно вопросила она, с подозрением меня оглядывая.
– Я… э-э-э… дык на свадьбу хотела поглядеть, – попытавшись добавить голосу грубости, ответила ей. – Уж больно интересно, как господа женихаются.
– А это уж не твоего ума дело! – отрезала старуха и развернулась к столу. – А ну, поди сюда!
Я тихо подошла и встала поближе к камину. Так, чтобы тень от горящего очага скрывала мое лицо.
– С этой свадьбой все как с ума посходили, – продолжала ворчать старушенция. – Билль носится туда-сюда, аки дурной, вздохнуть никому спокойно не дает!
Резко развернувшись, она сунула мне под нос котелок супа и буханку хлеба.
– На вот, – скомандовала кухарка. – Поможешь мне сносить в подвал стрелецкой башни, у меня там внук сегодня на смене дежурит. Голодный небось с самого утра!
И, схватив чайник с кипятком, пошла к выходу.
– Ну-ка, поживее, а то пожалуюсь на тебя Биллю, – погрозила она у порога.
Мне ничего другого не оставалось, как покорно следовать за ней. Прямо в руки гвардейцам.
Уже на подходе к башне, мы услышали, как громко зазвонили колокола венчальной часовни. Оповещая о том, что с минуты на минуту должна начаться свадебная церемония. Я заметно занервничала. Еще чуть-чуть и меня хватятся. Необходимо срочно что-то предпринять.
Глава 2. Платья, дружба и медные трубы
Несколько месяцев назад
Шнырь вертелся возле трюмо как волчок, не давая мне приблизиться хотя бы на полметра, чтобы тоже иметь возможность взглянуть на свое отражение.
– Наконец-то, воздастся мне за все страдания, пережитые рядом с тобой, – он укоризненно зыркнул в мою сторону и грозно потряс лапками. – Обращаешься со мной хуже чем с дворовой девкой! Будто бы у тебя еще мильён таких фамильяров! А я, между прочим, один единственный в своем роде! Исключительно замечательный, талантливый, непревзойденный…
– Врун, – перебила я и закончила недосказанную фразу.
– Ну вот! О чем я только что и говорил, – покачал головой чертяка. – Не ценишь. Но я даже не стану реагировать на твое откровенное хамство. Сегодня ничто не сможет испортить мне настроение. Награда, наконец, найдет своего героя!
С этими словами чертяка смачно плюнул прямо на зеркало и принялся рукавом начищать до блеска, чтобы отразиться в нем, так сказать, во всем своем чертячьем великолепии. Еще бы, ведь сегодня такой ответственный день!
Неделю назад ко мне в покои явился сам Билльмонт и передал королевское распоряжение о представлении всех сотрудников детективного агентства «Шнырь и КК» к государственной награде – Ордену Королевской Ветви третьей степени. За проявленные отвагу и мужество в битве в Гоблинском лесу, а также оказании неоценимой помощи в раскрытии дела о пропаже герцога Кроуна1.
По такому торжественному случаю я тоже вместе с чертякой прихорошилась как могла. Точнее попыталась, потому что оной и шагу не давал никому ступить в направлении будуара. Пришлось, вместе с личной камеристкой, которую любезно выделил мне в пользование незабвенный Билльмонт по личному распоряжению королевы Сунны, спасаться бегством. С охапками платьев в руках, мы плавно переместились из моих покоев в покои моей компаньонки Намирэлии, расположенные дальше по коридору.
Будучи неофициальной невестой моего лучшего друга и совладельца нашего детективного агентства, барона Кристофа Карье, Нами также собиралась присутствовать на награждении.
– О, Кира, вы с Агатой как раз вовремя, – поприветствовала компаньонка, едва разглядев нас за ворохом тряпья. – Поможете мне выбрать платье.
В прошлом скромная деревенская девушка, Нами сейчас усиленно обучалась всем необходимым при дворе наукам и, надо сказать весьма в этом преуспела. Живой ум и природная кротость сулили ей в будущем участь если не завидной невесты, то как минимум особы, достойной мужского внимания. А миловидная внешность и густая копна золотых кудрей полностью исключали судьбу желтофиоли2 на любом балу, даже королевском.
Разложив на кровати несколько своих платьев, она вопросительно уставилась на нас.
– Они все красивые, но… Как бы это сказать, – замялась я, не желая обидеть подругу. – Немного не…
И если мне совесть не позволяла назвать платья Намирэлии слишком простыми, то моя камеристка приступами скромности явно не страдала.
– Эти платья не подойдут, – категорично заявила Агата и мне тут же захотелось треснуть ее по голове чем-нибудь тяжелым. – На приеме они будут выглядеть по-деревенски.
После этих слов и без того бледная Нами совсем потухла.
– Вы тогда идите без меня, – тихо проговорила она и принялась аккуратно складывать свои наряды обратно в шкаф.
Я злобно зыркнула на свою камеристку, безразлично пожимающую плечами, и попыталась спасти ситуацию.
– Знаешь, ты можешь выбрать себе что-то из моих платьев, – великодушно предложила я. – У меня их, конечно, не так много, но может тебе что-то подойдет.
Видя, как загораются благодарностью девичьи глаза, я и сама испытала какой-то внутренний восторг, словно превратилась из ведьмы в чью-то добрую фею-крестную.
– Вот, можете примерить эти, – деловито распорядилась Агата, откладывая в сторону несколько платьев. – Думаю, они должны вам подойти по размеру. Боюсь, остальные будут для вас длинноваты, ведь мисс Кира повыше…
– Ничего, если понадобится, мы перешьем подол. Нами, выбирай, что нравится, – решительно возразила я.
После нескольких примерок, наш общий выбор остановился на классическом бледно-розовом платье из пудрового атласа, которое я ей тут же и подарила. Вдогонку к нему в шкаф Намирэлии перекочевали еще несколько хороших нарядов, которые можно было бы надеть на разные приемы во дворце. Сама же я, после недолгих раздумий, остановилась на элегантном шифоновом платье цвета сирени, красиво оттеняющем фиалковый цвет моих глаз.
– Тебе очень идет это платье, – восхитилась Нами, когда я продемонстрировала ей законченный туалет.
– Верно, – подтвердила вездесущая камеристка, хотя ее мнение никого особенно не интересовало, и тут же добавила. – Однако, если вы хотите жить во дворце, вам придется существенно расширить свой гардероб. У вас катастрофически мало нарядов, мисс Кира.
Только я открыла рот, чтобы уточнить с чего это она взяла, что я хочу здесь жить, как в дверь комнаты постучали.
– Можете войти! – повелительно крикнула Агата, пока мы с Нами хлопали глазами.
На пороге, при полном параде, показались Крис и Шнырь.
– Дамы, вы выглядите просто бесподобно, – сделал комплимент и глубоко поклонился Крис – джентльмен до мозга костей.
Я дружелюбно улыбнулась в ответ, а Намирэлия смущенно потупила взгляд.
– Да не обольщайтесь вы так, врет он все, – тут же отмахнулся от друга вездесущий чертяка. – Мы с ним все равно гораздо красивее вас. Особенно я!
Я решила отложить кровопускание фамильяра на потом, все же не пристало являться на королевское торжество в собственную честь в заляпанном кровью платье. Однако при этом выразительно посмотрела в чертячьи глаза, безмолвно обещая, что расплата за подобные речи его не минует. Почуяв, что ходит буквально по лезвию ножа, мой фамильяр благоразумно замолчал.
Покинув вчетвером покои Намирэлии, мы спустились в холл, к тронному залу. У дверей нас встретил сам церемониймейстер и повелительно скомандовал стоять на месте. Открыв двери, он пропустил вперед только Нами и, заявив, что мы должны войти только когда нас пригласит лакей, скрылся за дверью вслед за девушкой.