– Ариане, я еще раз сплаваю до другого берега, и обратно.
– Хорошо, – я махнула Дану рукой и вышла на сушу. Немного постояла, чтобы обсохнуть на прохладном ветерке, но замерзла и почувствовала, как по коже побежали мурашки. Я стала одеваться, время от времени бросая взгляд на Дана, который размеренно плыл под водой к берегу. Я привела себя в порядок, надела княжеские сапожки, обувь Кассандры мне не подошла по размеру, выпрямилась и… уткнулась носом в грудь морвулака, который появился передо мной словно бы из ниоткуда. Так и стояла, не мигая и не шевелясь, рассматривая густую темно-коричневую шерсть. Дан, заметив, что происходит на берегу, стремительно подлетел к нам и встал передо мной, стараясь закрыть меня собой. Морвулак, продолжая гипнотизировать меня пристальным взглядом, издал слабый шипящий звук и, не прилагая усилий, отодвинул Дана в сторону. Мой муж сердито хмыкнул, зашипел и, выпустив клыки, снова встал перед морвулаком. Но тот больше не предпринимал попыток сдвинуть Дана, чуть вытянув шею, он только хмурился и, как будто пытался мне что-то сказать. Его лицо, казалось, было искажено злобой, но глаза смотрели с каким-то странным непонятным выражением.
– Не волнуйся, шар в моей руке, – шепчу Дану, словно морвулак и вправду мог понять, о чем идет речь.
В какой-то момент мне даже показалось, что разум морвулака просветлел, и он смотрел на меня вполне осмысленным взглядом. Морвулак внезапно протянул ко мне руку и коснулся моей щеки. Дан предупреждающе зашипел, выпустил клыки и уже был готов наброситься на него, но я остановила его.
– Дан, спокойно, шар в моей руке. Мне ничто не помешает применить его по назначению. Ты посмотри на него, он не проявляет к нам агрессии, вдруг это папа твоей бабушки Кассандры? Мы убьем его, а что ты скажешь ей?
– О-о…р…р, – морвулак силится что-то сказать, а потом резким движением оголяет мое плечо, на котором был изображен знак избранных, точнее говоря, тейррийский знак. Он несколько секунд безмолвно смотрит на него, затем тычет пальцем в свое плечо и, издав сдавленный стон, стремительно бежит в сторону леса и исчезает в нем.
– Он что-то пытался нам сказать? Ты запомнил его?
– На его плече знак с двумя лучами, сейчас он скрыт под шерстью. Ариане, мы вернемся в прошлое и, возможно, нам удастся найти его, и даже побеседовать с ним. Ты сильно испугалась? – он обнимает меня и прижимает к себе.
– Только чуть-чуть, уж больно неожиданно он появился передо мной, – я сильнее прижимаюсь к Дану, и тут происходит нечто странное. Нами овладевает безумное, необузданное желание близости. Дрожа от нарастающего сексуального возбуждения, я начинаю скидывать с себя одежду. Дан помогает мне, и мы ведем себя, как ненормальные. Мне было решительно все равно, наблюдает ли за нами сбежавший морвулак или же вся стая приперлась посмотреть на нас и на то, чем мы тут занимаемся, я изгибалась, стонала и наслаждалась сексуальным безумием.
Дан жадно вылизал своим языком мою шею, спустился влажной дорожкой вниз и припал губами к моей податливой упругой груди. Провел языком по соску, обхватил его губами и стал потягивать, слегка прикусывая зубами, и сжимая рукой другую грудь. Я блаженно застонала, изгибаясь от чувственных, искусных ласк и его твердого возбужденного члена, упирающегося во внутреннюю часть моего бедра. Наигравшись с сосками, язычок Дана спустился к манящему источнику наслаждения. Нежно раздвинув мои ноги, Дан нашел пальцами бугорок, который живо откликнулся на прикосновение, а мои пальцы, зарывшиеся в его волосах, сильнее сжали его голову. Сладко посасывая клитор, он постепенно увеличивает темп, доставляя мне бешеное удовольствие. Мне становится очень жарко, каждая клеточка тела трепещет в предвкушении наслаждения. Продолжая вылизывать набухший клитор, Дан проникает в меня двумя пальцами, вызвав во мне очередной стон, и двигает ими то вверх, то вниз, то по кругу. Я начинаю дрожать, мое дыхание учащается, тело выгибается навстречу яркой волне экстаза.
– Дан, я… сейчас…
– Посмотри на меня, любовь моя, – хриплым голосом просит Дан.
Послушно распахиваю глаза, и меня накрывает сильнейший оргазм, после которого я расслабляюсь, издавая блаженные, восторженные стоны. Дан сжимает мои ягодицы и его рот накрывает мой.
– Спасибо, любимый, – шепчу ему в губы.
– Ты мой сладкий рай, мое идеальное наслаждение, – он сильно сжимает меня в своих объятиях.
Я раздвигаю ноги, и он властно входит в меня, впиваясь жарким поцелуем в мои губы. Я чувствую его внутри себя, упругие стенки плотно обхватывают член, и я ощущаю, как он еще больше увеличивается внутри меня. Дан издает приглушенный стон и после нескольких энергичных толчков, меня вновь накрывает нарастающее возбуждение. Мои бедра двигаются ему навстречу, предоставляя глубокое проникновение в меня.
– Потерпи, сейчас, – глухо стонет Дан, сажает меня сверху, и я начинаю интенсивно насаживаться на его член. Активно двигаясь, точнее, отрываясь на его члене, я припадаю к его губам, втягиваю в себя его язык, и начинаю потягивать в такт своих движений. Дан часто дышит и издает глухой гортанный звук, изнемогая от наслаждения и желания.
– Любимая, – шепчет он, и снова нависает надо мной. Пылко целует губы, проникает языком глубоко в рот, и одновременно совершая быстрые фрикции, доставляет невероятное удовольствие нам обоим.
– Даан, – так же тихо шепчу я, обиженно глядя в потемневшие от страсти глаза. – Я уже почти на пике, но ты оставил меня без сладкого.
– Моя… хорошая девочка, – прерывисто шепчет он, догадавшись о моем желании, и снова впивается в мои губы. После чего я вновь оказываюсь сверху. Плотоядно облизав свои зацелованные губы, начинаю языком ласкать его шею. Под глухие стоны и рычание Дана, неторопливо спускаюсь к груди, обвожу языком вокруг соска, слегка прикусывая и посасываю его, после чего игриво продвигаюсь все ниже к манящему возбужденному органу. Он у него идеальный. Широкая головка чувственно и сладко массирует мышцы теплого влажного лона, которые в свою очередь достаточно крепко обхватывают член, что добавляет остроты ощущений моему Дану. С моих губ срывается томный стон от предвкушения прикоснуться к нему губами и почувствовать чистый, опьяняющий аромат с нотками мускатного ореха. Под низкие гортанные стоны любимого, провожу рукой по твердому, упругому члену и кончиком языка начинаю ласкать его. Медленно спускаюсь вниз и вновь поднимаюсь наверх, обхватываю головку губами и втягиваю в рот, дразня темпом и глубиной введения заглатывания.
– Не останавливайся, – просит он, и я взрываюсь от удовольствия, изящно и с наслаждением работая языком. Чувствую, как его мышцы напрягаются, и он вновь оказывается надо мной. Я раздвигаю ноги и твердый, набухший от мучительного наслаждения член, врывается в меня. Максимально проникая в глубину, он доводит меня до полного безумства, до мучительно-сладкого спазма. С наших губ срываются бессвязные звуки, наши тела изгибаются, и мы взрываемся от умопомрачительного удовольствия, содрогаясь в приятных судорогах.
– Моя девочка, – Дан нежно целует меня и крепко прижимает к себе.
– Что это было? – удивленно произношу я, когда мне наконец удается выровнять дыхание.
– Не знаю, но это было что-то нереальное и восхитительное, – довольно улыбнувшись, отвечает Дан, и снова целует меня в губы. – Впрочем, секс с тобой всегда что-то невероятное и сногсшибательное. Ты особенная, девочка моя. Твои упругие стенки настолько плотно обхватывают и сжимают мой член, что я готов взорваться от невероятного наслаждения. – Ты всегда будешь только моей, – добавляет он, и еще крепче прижимает меня к себе.
– А ты? Ты мне никогда не изменишь?
– Никогда, любимая. Ты такое вытворяешь с моим членом.
– Не-а, не с твоим. Он принадлежит только мне.
Дан хохочет и впивается поцелуем в мои губы.
– Ну, вот теперь можно отправляться домой.
Я только сейчас замечаю, что солнце село, и наступили сумерки. Дан протягивает мне пачку салфеток. После того, как мы приводим себя в порядок, я открываю портал и за доли секунды переношу нас к Кассандре.