- Сказка?
- Может, и сказка. Нас-то с вами там не было. Шаманка Васильева объяснила обряд так: она создала для Барченко новую жизнь. Отрезала старую, где он погибал от сердечного недуга, и проколола острием ножа вход для новой судьбы.
- Что ж, - задумчиво кивнул Соловьев, - как легенда для рядовых сектантов это вполне сгодится. Но что ведет лидеров?
- В рамках «Клуба собирателей» все древние эзотерические экзерсисы вполне могли претерпеть логические изменения и быть доработанными, - сказал Белоконев. – Я займусь этой темой.
- Спасибо, - поблагодарил его Соловьев. – Буду вам премного обязан.
(Сноски. *К началу Второй мировой войны в странах Европы проживало около 400 тысяч русских эмигрантов, и все они по-разному отнеслись к немецкой агрессии в отношении СССР. Эмиграция раскололась на два лагеря: «пораженцев» (за Гитлера по принципу «против большевиков хоть с чертом») и «оборонцев», выступивших на стороне России. Первые превалировали. Поскольку немецкая пропаганда относила казаков не к славянам, а к готам, то осенью 1943 году была создана военная организация «Казачий стан», главенство в которой заняли белоэмигранты. Их основной боевой единицей стал 15-й казачий корпус СС
*2) Российский физик Борис Исаков и его коллеги в 2019-2020гг провели исследование, в ходе которого определили вес человеческой мысли в диапазоне от 10 до 40 грамм.
*3) Психиатр Геннадий Павлович Крохалев в 1977 году одним из первых рискнул заявить, что галлюцинации имеют физическую природу и их можно зафиксировать. Он опирался на разработки Николя Теслы, писавшего в 1893 году: «Уже не кажется невероятным предположение, что в ответ на образ, возникающий в мозгу вследствие работы мысли в сетчатке глаза, возникает ответное рефлекторное возбуждение, где оно превращается в картинку». Известно, что еще в 60-х годах психиатр Джулу Эйсенбаду из Колорадо исследовал чикагского рабочего Тэда Сэриоса, которому удавалось создавать мысленные фотографии, которые получались на пленке полароидной камеры. Сериоз смотрел через картонный цилиндр на линзу фотоаппарата, концентрировал свою мысль и ждал результата, иногда часами. Около восьмисот экспериментов с Тэдом провели американские ученые Дж.Пратт и Айен Стивенсон, которые сами заказывали Тэду «картинки»: здания, пейзажи, - и в девяноста процентах случаев он исполнял заказ с точностью. Крохалев повторил эксперименты американцев, усовершенствовав технику. В течение 22-х лет проводил опыты у себя в клинике, в ходе которых зафиксировал на фотопленке 177 образов-фантазий. Однако при демонстрации эксперимента в Москве на кафедре психотерапии Центрального института усовершенствования врачей (в присутствии заведующего проф. В.Е.Рожнова и группы ученых) и в НИИ психиатрии Министерства здравоохранения России эксперты не получили подтверждения «фиксации», после чего гипотезу Крохалева признали вздорной, а самого исследователя заклевали и едва не упекли в психушку. Не найдя признания на родине, ученый вышел со своим открытием на международную арену. Его приглашали выступать в университетах Европы, Америки и Азии, но из страны Крохалева не выпустили, пришлось довольствоваться обычными публикациями в иностранных научных журналах. Считается, что в 1998 году доктор Крохалев внезапно покончил с собой, однако родственники в это не верят, говорят о заказном убийстве. Архив ученого с огромным массивом данных по проведенным экспериментам и набросками будущих монографий, статей и книг после его смерти исчез. Коллеги Крохалева утверждали, что незадолго до смерти ученый отослал их в Москву, в один из исследовательских центров под эгидой российских спецслужб, где обещали подтвердить его гипотезу, что мысль материальна).
Глава 17. Охотники за тайнами... Дмитрий Москалев
Глава 7 (17). Охотники за тайнами мультиверсума
Дмитрий Москалев
17.1/7.1
Несколько лет тому назад
Все началось с проклятого кинжала Рериха, который Дмитрий приобрел на аукционе.
Кинжал этот прежде никогда на торги не выставлялся и каталожный эстимейт имел в десять тысяч долларов. Однако Дмитрий торговался за него столь азартно, что быстро довел цену до полумиллиона. Часть соперников быстро отвалилась, но один, самый упорный, остался. На Дмитрия же напала внезапная блажь, и хотя к наследию Рерихов он относился весьма прохладно, ему из принципа захотелось перебить выскочку. Вот чтоб просто неповадно было! Ради понтов он бы и миллиона, наверное, в пылу не пожалел, но аноним, поняв, что противник намерен идти до конца, отстал на сумме в семьсот тысяч зеленых.
Конечно, кинжал не стоил той цены, которую в итоге пришлось за него выложить, и удовлетворения от покупки Дмитрий не получил. Купил и купил. Потом перепродаст – годика через три-четыре. Авось и в выигрыше останется, а нет, так и черт с ним. Москалев быстро забыл про ритуальную тибетскую пурбу, потому что навалилась куча дерьмовых дел, которые срочно следовало решать. Покупка прибыла по адресу и какое-то время лежала нераспакованной, но потом он наткнулся на нее, вспомнил и решил поглядеть поближе.
Стоял скучный зимний вечер: за окном трещал мороз, в кабинете трещали дрова в камине, и царил приятный глазам полумрак. Все вместе настраивало на лиричный лад. Дмитрий, только что из душа и в небрежно завязанном махровом халате, наброшенном на голое тело, прошлепал босиком по гладким доскам пола к шкафу и, раскрыв дверцу встроенного бара, замер на минуту, оглядывая бутылки со спиртным. Выбрал коньяк, взял нужный стакан и отнес все это на письменный стол. Плеснув себе на два пальца янтарной жидкости, он уселся в просторное кресло наслаждаться.
Посылка стояла на краю бокового столика у окна и, что называется, мозолила глаза. Дразнилась. Семьсот тысяч, черт возьми!
Возвращаться в спальню, где на смятых простынях его ждала рыжая цыпочка, Дмитрию было неохота. Сегодняшняя цыпочка не отличалась ничем от всех прочих цыпочек, прошедших через его постель, он даже не запоминал их имена. Эту бабу тоже следовало спровадить, но было лень звать шофера, чтобы ее отвез. А вот распаковать наконец Рериховский артефакт было не лень.
Дмитрий допил коньяк и пошел к окну. Крышка с деревянного ящика была снята и просто лежала сверху. Он, разумеется, сразу проверил, что там ему прислали, а то еще, чего доброго, надуют, а потом концов не найдешь. Аукционный дом пусть и дорожил репутацией, но ведь существуют еще и мелкие клерки, таможенники, грузчики...
Артефакт был упакован красиво, в хрустящие белые шарики пенопласта. Подставка к нему и защитный экран прилагались, поэтому ящик и был таким громоздким. Дмитрий извлек все наружу, уместил подставку на подоконнике, но сам кинжал класть на ее выгнутые ребра-захваты не торопился. Он рассматривал его при свете тусклых каминных отблесков, подавших на темную сталь (или из чего это там выковали?), а затем вернулся к письменному столу и включил лампу.
Старинный тибетский нож был некрупным и тонко сработанным, однако увесистым. Длинной всего-то сантиметров тридцать (в паспорте указан точный размер, но читать было недосуг), он зрительно делился на три части. Рукоятка представляла собой фигурку какого-то демона с выпученными зенками и оскаленным зубастым ртом. Туловище образины было гладким, сложенные на животе ручки (или лапы?) обозначались полунамеком, зато между ног висело солидное достоинство, проработанное со всей любовью.
Дмитрий усмехнулся: с таким членом только баб до визгу пугать. Странно только, что он висит, а не топорщится для пущего эффекта.
Все тело демона, включая пенис, покрывали значки-татуировки. Возможно, цитаты из какого-то религиозного трактата. Или заклинания – Москалев не помнил. Толстые ноги существа опирались на причудливую структуру, напомнившую двойную восьмерку, насаженную на кол. Восьмерки имели перемычку из трех колечек, и все это по форме и материалу значительно отличалось от рукоятки. Создавалось впечатление, что рукоятка с демоном была тут прилеплена чисто для украшения, а вот сердцевина имела какое-то особое предназначение. Ритуальное. Религиозное. Из-за нее кинжал был скверно уравновешен, да и смотрелась она как вставная челюсть у «мисс Мира», то есть неуместно и нелепо, однако при всем том привлекала внимание. «Кол» восьмерок выходил из демонического пениса и вливался в трёхгранное лезвие, составляя его сердцевину.
