Не смог…

Торможу. Ника застывает, растерянна. Мне бы отвернуться, потому что девочка в одних белых трусиках и маячке. Нет, это даже майкой сложно назвать. Что-то, похожее на спортивный бюстгальтер из очень тонкой, обтягивающей ткани. Ткань, которая идеально обтягивает ее высокую грудь, выделяя соски. Ноги стройные, длинные; бедра упругие, плоский живот, нежная кожа, фигура… Волосы, распущенные слегка, растрёпанные; губы припухшие. Все это я замечаю за доли секунды и сглатываю.

– Простите, я думала, вы спите, – тараторит девочка и забегает назад в комнату.

– Иди в ванную, я на кухню! – выдаю ей и удаляюсь. Кровь начинает пульсировать где-то в ушах, мышцы сводит легким возбуждением.

Открываю холодную воду и умываюсь на кухне.

Астахов, ты крышей двинулся?

Это же девочка, ребёнок, по сути.

Закрываю глаза, глубоко вдыхаю. Помутнение какое-то. Реагирую на нее словно подросток, который никогда не видел девочку в белье.

Беру себя в руки, надеваю футболку, открываю холодильник.

Пока Ника в ванной, готовлю нам завтрак. Это привычное для меня дело. Я готовлю с детства. Мать все время работала посменно, я был предоставлен сам себе, пришлось научиться кормить себя, потом кормить мать, потом – женщин.

Делаю омлет с овощами и сыром, тосты, нарезаю ветчину. Варю нам еще кофе, уже без специй, для девочки достаю сливки.

Слышу шум в гостиной, выхожу. Ника собранная. В белом спортивном костюме и милой розовой меховой жилетке. Волосы забавные, русые, с розовыми кончиками. Что-то в этом есть, зависаю.

Что-то детское, мать твою, Астахов!

Очнись!

Хочется врезать себе.

Я вроде не голодный в сексуальном плане. Но… В физическом смысле тело давно пресыщено, а эмоционально…

Эмоционально я голоден. Нет, я на жестком дефиците.

Но девочка…

Никогда не западал на юных особ. Если только, когда сам был молод.

– Ты куда так рано собралась?

– Мне пора, спасибо вам за все. Я такси вызову, подскажите, какой здесь адрес?

– Позавтракаем, – останавливаю девочку. По факту ищу повод ее задержать. А нужно отпустить. Она совершеннолетняя, это ее дорога и выбор. Ну вот куда ее отпустить такую бедовую? Корежит сама мысль, что девочка останется одна в нашем не самом образцовом городе.

– Нет, не могу больше вас стеснять.

– Глупостей не говори, пошли, я уже накрыл на двоих, – выходит резко, но Ника хитро улыбается, отставляет сумку и идет за мной на кухню.

Выдыхаю, словно отсрочил наше расставание.

Зря я ее остановил, нужно было вызвать такси и спасти себя от этого искушения.

У девочки необычные духи: морозная мята и малина. Вкусно. Давно в моем доме не пахло свежестью, нежностью. Женщиной.

Ника присаживается на край кухонного дивана, наблюдая, как я раскладываю по тарелкам омлет. Подаю ей тарелку, разливаю кофе, двигаю к девочке сливки. Она молча доливает себе побольше сливок и добавляет ложку сахара. На автомате зачем-то запоминаю, как она любит.

Астахов, ты же не собрался каждое утро варить ей кофе?

Даже не мечтай. Сейчас ты ее накормишь, вызовешь такси и отпустишь.

– Спасибо, – Ника пробует омлет. – Вкусно. Вы хорошо готовите. Мужчина на кухне – это… – замолкает, запивая слова кофе.

– Это? Продолжай.

Улыбается, сверкая ровными белоснежными зубками. Качает головой.

– И все же? – настаиваю. Просыпается какой-то азарт. Это все ни к чему, но сегодня я слишком… В общем, слишком.

– Это сексуально, – выдает она.

На хрена я настаивал? Заглядываю в ее васильковые глаза, а там бесы. Демоны, которые меня искушают.

– Уже нашла работу? – перевожу тему.

– Нет. Мне бы с жильём определиться.

– В каком направлении ты хочешь работать?

Не верю ей в этом плане. Где-то должен быть подвох. Не может просто так юная девочка сорваться с места и рвануть в незнакомый город.

– Пока мне не до выбора. Пойду туда, куда возьмут.

Отчаянная.

– Образование?

– Высшее незаконченное, – смеется.

– Отчего же?

– Это допрос? – распахивает глаза, коварно улыбаясь.

– Нет, просто интересно.

– Тогда не могу удовлетворить ваш интерес… Как вас по отчеству? – хитрая, забавная, заводная, легкая, как положено юной девушке.

– Андреевич. Официанткой сможешь поработать?

– Есть вакансии?

– Есть.

Здравый смысл требует остановиться. Но меня несет. В конце концов, это помощь сироте. Почему нет? Там, наверху, мне зачтется.

– Что за место?

– А убери пока со стола. Я схожу в душ, соберусь и покажу тебе это место.

– Мне хочется вам доверять, – вдруг отзывается Ника. Поднимается с места, собирая посуду. – И не в моих интересах отказываться от предложения, если оно достойное.

Усмехаюсь. Встаю из-за стола, иду в душ.

«Мне хочется вам доверять». Зря. Я сам себе сейчас не доверяю.

Вероника

Мы снова вместе в машине. Только теперь при свете дня и наедине, без Зефира. Я совсем не знаю города и не понимаю, куда Виктор меня везет, но сегодня мне не страшно. Этот мужчина может внушать патологическое доверие. Но не спокойствие. Виктор умеет удивлять и волновать. Из душа он вернулся совсем другим человеком. Вчера вечером он был больше похож на лесника, а сегодня… харизматичный мужчина. В черном стильном костюме, чёрной рубашке с воротником-стойкой, и с часами на левом запястье. Парфюм более выразительный, манящий. Мужчина собранный, серьезный, скулы у него шикарные, Виктору идут даже морщинки в уголках глаз. Снова зависаю на его сильных руках на руле. Ведёт машину легко, уверенно. Виктору идет этот черный брутальный внедорожник. Устала бороться с собой и запрещать себе рассматривать, поэтому смотрю открыто. Изучаю, пытаясь понять, что именно меня в нем привлекает. Никогда не западала на взрослых мужчин. Никогда не пыталась оценить их привлекательность. Они, в принципе, не были мне интересны, как объекты внимания. Но с Виктором что-то пошло не так. Есть в нем какая-то энергетика силы, мужественности, надёжности и сексуальности.

Говорит, нет семьи. Но женщина по-любому есть. Никогда не поверю, что такой мужчина может остаться один.

Он вынимает сигарету из пачки, сжимает ее губами и переводит взгляд на меня.

– Можете курить, я не против.

– Я не курю в машине, – отрицательно качает головой.

– Зачем тогда взяли сигарету?

– На автомате, – кидает сигарету на панель. Отворачиваюсь, рассматривая город. Это, конечно, не мегаполис, но вполне современно и чистенько. Мне даже нравятся эти улочки, магазинчики, кафетерии, фонари, разноцветные дома и люди. И дышится мне здесь легче, не потому что воздух чище, а потому что никто не ограничивает и не решает за меня.

Паркуемся на стоянке возле ресторана. Виктор выходит первый, наблюдаю за ним. Реально обходит машину, чтобы открыть мне дверь. Шикарен. Выхожу сама, обламывая его.

– Здесь есть вакансия? – указываю на ресторан, рассматривая вывеску. Чёрные матовые панорамные окна, входная группа оформлена коваными перилами и мраморной лестницей, тяжёлая дубовая дверь. На черной глянцевой вывеске красивые серебряные буквы «Астахов». Солидно. Явно недешёвое заведение.

– Сейчас узнаем, – улыбается уголками губ. Взмахивает мне рукой, пропуская вперед. Открывает тяжёлую дверь, проходим к стойке администратора, где пока пусто. Мужчина тянет с меня жилетку, позволяю ему помочь ее снять. С ним, и правда, очень комфортно и надёжно. Чувствуешь себя той самой девочкой, которая иногда во мне просыпается и требует внимания. Нет, между нами, естественно, ничего не будет. Но могу же я насладиться обществом этого мужчины. Для меня это открытие. В новинку. Моя привычная компания – это ровесники и парни немного старше. Даже не подозревала, что мужчины могут быть такими.

Проходим в основной зал ресторана. Ну что я могу сказать: лаконично, минималистично, со вкусом и дорого. Здесь нет просто столиков. Зал поделён на зоны вдоль окон, каждая зона разделена шторами в виде воздушных балдахинов. Удобные диваны, подушки, а с другой стороны длинная барная стойка из черного мрамора, с высокими стульями. Тишина, пахнет чем-то вкусным, похоже на выпечку – где-то рядом кухня.