Войдя в дом, я юркнула в свою комнату, чтобы не пересекаться с Паваной. Мне все еще тяжело было осознать, что она буквально продала меня за личную свободу. Даже учитывая нюансы, о которых говорил Корн. Закры за собой дверь с минимальным шумом, я вздрогнула, когда обернулась: в комнате уже стоял Рэн. Точнее, сидел на кровати, но увидев меня, тут же подскочил.

- Привет. – Сказал он кратко.

- Ты меня напугал. – Ответила я вместо приветствия, начиная нервно заламывать пальцы.

- Переживаешь?

- С чего ты взял?

От кивнул на мои руки, и я тут же спрятала их за спиной.

- Мне нужно с тобой поговорить. – Добавила я, чуть замявшись.

- И мне нужно кое-что сказать. – Его лицо было серьезным, но глаза выдавали тот же трепет, что и раньше. – Давай, ты начнешь?

Я кивнула:

- Сегодня Павана сказала то, что я не готова была услышать… - голос дрогнул. Мне было страшно продолжать. – Она знала, что мне грозит опасность там, во дворце, но промолчала…

- И? – Выжидающе подтолкнул меня Рэн, будто зная, что я спрошу.

- И ты тоже знал? – В смятении спросила я, машинально делая шаг назад и опуская глаза.

Повисла колкая тишина. От напряжения мои ладони вспотели, а сердце забилось у горла.

Послышались шаги. Я увидела босые ноги Рэна рядом с моими. Одна его рука легла мне на плечо, а другая приподняла подбородок, отчего щеки подрумянились против воли.

Я не могла понять выражение его лица, оно было серьезным и печальным одновременно.

«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста».

- Скажи же… - Прошептала я, чувствуя, как кружится голова то ли от волнения, то ли от его близости ко мне.

- Я еще в тот день не хотел тебя отпускать. В тот самый момент, когда ты пришла ко мне с исповедью в одной пижаме. Безжалостно, ты просто вырвала мое сердце, присвоив его себе, а затем не моргнув и глазом покинула наш дом. В первое время, я старался думать, что тебе там будет лучше, как-никак ты – избранная, но сомнения одолевали каждую минуту. Я не знал какие на самом деле хранители, хоть и подозревал Теллура во многом, что с нами приключилось накануне. Когда мама во всем призналась, мы с Маркусом ринулись к тебе сломя голову. Ужасно повезло встретить вашу процессию в центре, - он печально усмехнулся, - увидев тебя изможденную на том чертовом помосте, - Рэн вцепился пальцами в мои плечи, - я так разозлился, почувствовав себя настоящим ослом. Нужно было привязать к тебе камень, пришить к себе…, сделать все, чтобы ты тогда не уехала с ними.

К горлу подступил ком.

- После нашей встречи в переулке, я отсчитывал дни, а за ними недели, молясь, чтобы с тобой ничего не произошло, но все они были отвергнуты. – Его лицо заострилось от скорби. А сейчас ты, чудом уцелевшая, стоишь передо мной с лицом человека, прошедшего через ад. Знаешь, что было самым жестоким? – С обречением в глазах спросил он. – Момент, когда идиот-глашатай оповестил о твоей смерти. Господи, я себя еще никогда так не ненавидел. – Прошептал он, прикасаясь своим лбом к моему. – Я винил себя в том, что ни черта не знал и не понимал. Надо было еще в том чертовом переулке забрать тебя с собой…

- Значит…

- Я бы никогда не посмел отдать тебя в руки этим ублюдкам. Поверь: ни я, ни Тара, ни Маркус не знали об ужасах, творившихся в стенах замка. Клянусь.

Я не стала ничего говорить в ответ. Его слова снесли ту стену недоверия, что я выстроила сегодня утром. С грохотом она рухнула даже не затвердев.

Осторожно, я обвила руки вокруг его пояса, скрепив пальцы на пояснице, и уткнулась в его плечо:

- Прости… - Прошептала я.

- За что извиняешься? Все в порядке. – Он приобнял меня за плечи. - Это мы кучка дураков.

- Нет, все не в порядке. – Я замотала головой. – Все, что сейчас происходит, - полнейший дурдом! Невозможно отличить правду от лжи, предателя от друга, добро от зла…

- Ох, Ена… Мир всегда такой, не только сейчас.

- Значит, он дурацкий! Даже в твоем мире люди ведут себя как последние лопухи, – буркнула я, надув щеки, отчего вызвала смешок у юноши. – Кстати, ты ведь тоже хотел что-то сказать?

- Точно. – Удрученно процедил Рэн. – Сегодня на закате мы уходим.

- Я с вами! – Отпрянула я с тревогой в глазах.

- Как бы мне хотелось оставить тебя здесь, но Тербий настоит и на твоем присутствии тоже.

- Я бы все равно пошла независимо от вашего решения. Мне нужно вернуть то, что им не принадлежит. – Я указала на место, где раньше висел кулон.

- Не поверишь, я тоже направляюсь за этим.

***

Тучи застлали небо. Я стояла у окна, размышляя о том, каким будет завтрашний день.

Как-то Софи задала мне избитый вопрос: «если бы у тебя остался один день жизни, как бы ты им распорядилась?». Тогда я отмахнулась, сказав, что делала бы все, что только придет в голову. Могу ли я делать сейчас все, что захочу? Ведь у меня в запасе уже меньше суток.

«Ох, ну почему именно сегодня тучи?», - подумала я, скуксившись от унылого пейзажа.

Раздосадовано, я прижалась лбом к холодному стеклу, чувствуя прохладу на коже. От моего дыхания на прозрачной глади появился запотевший кружок. Прямо как в детстве, пальцем я нарисовала улыбающуюся рожицу: «Я уйду, а ты останешься».

***

- Идем! – Скомандовала я, уперев руки в бока. – Устроим пикник пока есть время!

В ответ на мой «приказ», Тара смерила меня ленивым взглядом:

- Побереги силы, крошка. – Сказала она, даже не пошевелившись. – Впереди нас ждет утомительный поход, а за ним утомительное нечто. – Тара театрально развела руками, имитируя взрыв.

- Ну а вы, ребята? – С мольбой в голосе спросила я проходящих мимо ребят.

- Ёнушка, прости пожалуйста, но сейчас на первом месте сбор провизии и разработка стратегии. – Ответил Маркус.

Юноши виновато улыбнулись, а Рэн даже потрепал меня по волосам.

- А Пария? Неужели и она занята?!

- Они с мамой на кухне собирают сумки. – Ответил Рэн, не оборачиваясь.

Я понимала, сейчас действительно не время для пикников и гуляний, однако, душа ныла от того, что это спокойный и, возможно, последний день в моей жизни.

Опечаленная, я вернулась в свою комнату.

На сердце было так же пасмурно, как и на улице. Припав головой к подушке, я отвернулась к стене и шумно выдохнула. Мне было не по себе. Абсурдно было осознавать, что завтрашний день и послезавтрашний пройдет без меня; что планета продолжит совершать обороты; что времена года будут сменять друг друга; что Рэн и остальные продолжат жить… По кончику носа скатилась слеза. За ней вторая. Бесшумно, я закусила губу, пытаясь выровнять дыхание. Нос заложило. Пришлось встать, чтобы не умереть раньше времени от нехватки кислорода.

Шмыгая носом, я беззастенчиво рылась в шкафчиках, как в комнату вошел распаленный от приготовлений Рэн.

- Ена, ты… - Он хотел было что-то сказать, но замялся, увидев мое раскрасневшееся влажное лицо. – Ты расстроилась из-за того, что никто не согласился на пикник? – Осторожно спросил он.

- Я что, по-твоему, дура обижаться на такой пустяк? – Ответила я, шмыгнув носом.

- Тогда почему плачешь?

- Хобби у меня такое, вот почему. – Фыркнула я, проходя мимо юноши.

- Хо…, что? – Непонимающе спросил он мне в след.

***

Я не знала, почему себя так странно повела. Еще недавно хотелось по сто раз обнять каждого, а сейчас я боролась с диким желанием на всех накричать. Раздраженная я вышла из дома, громко хлопнув дверью.

Я присела на корточки, уткнувшись лицом в колени.

- Что случилось? – Послышался старческий голос поблизости со мной.

- Ничего. – Приглушенно ответила я, не меняя положения.

- Переживаешь из-за Миллиарии?

- Нет. Не знаю. Не только. – Рвано проскандировала я.

- Так что же?

- По воле судьбы моя жизнь коротка. – Злобно ответила я, уставившись в пасмурный горизонт. – И завтра она оборвется. Об этом знаю только я, ну и теперь вы, так что не сболтните лишнего раньше времени.

- Поэтому ты злишься? Злишься, потому что другие этого не знают и отвергают провести с тобой последние часы?