— Ваше высочество, — поднялся тот со стула.
— Знаю, у тебя были конфликты с моим отцом, только вот, он отзывался о тебе более чем дружелюбно. Говорил, что если бы не такой дальновидный человек, ему было бы скучно вести дела в королевстве.
— Для меня честь обрести данное знание, ваше высочество, — настороженно кивнул старик. Что сейчас было? Неужели молодой Ванштейн пытается выстроить между ними мост?
— Хорошо, если так. Присаживайся, — Фозах взглянул на Гронова. — Генерал Гронов.
— Ваше высочество, — пробасил тот колким голосом, поднявшись.
— Я в курсе о твоей неприязни к моей персоне. Могу сказать: это взаимно.
Многие переглянулись. Сам Гронов нахмурился, ожидая чего угодно, в том числе и казни.
— И всё же, такой человек пригодится Нефердорсу. Надеюсь, мы всё же сработаемся вместе на благо королевства. Присаживайся.
— Служу Нефердорсу.
— Александр, — произнёс Ванштейн, сместив взгляд на златовласого мужчину.
— Ваше высочество, — поднялся тот с места.
— Дариус был вашим товарищем, я понимаю. Но каждый из вас здесь... Поставьте себя на моё место. Поступили бы вы так же? Подумайте об этом. И ты, Александр.
— Да, ваше высочество.
— Присаживайся, — кивнул Фозах, после чего обвёл всех серьёзным взглядом. Его глаза остановились на генерале Армоне.
— Генерал Армон.
— Ваше высочество, — поднялся белый великан из-за стола.
— Мне хотелось бы услышать ваше мнение о произошедшей войне с Великим Лесом. Есть ли какие-то мысли по этому поводу?
Все присутствующие переглянулись, а после уставились на генерала. Многих аристократов волновало тоже самое. Более того, данный вопрос был на повестке дня у многих элитных родов.
— Хм... — прогудел старый генерал. — Боюсь, мои слова воспримутся странно, ваше высочество.
— Чтобы вы не сказали, обещаю, это никак не повлияет на вашу карьеру или же что-то ещё. Я желаю честности, думаю, как и многие присутствующие.
— Уху-ху, — улыбнулся довольно старик. — Раз так, то могу сказать, что нападение зверолюдей и впрямь было странным. Мне пришлось раздвинуть разведывательную сеть настолько далеко от места боя, пока мои разведчики не наткнулись на войска Близанта. Боюсь, не успей мы захватить крепость Сагр, началась бы война с Близантийцами. Они издревле претендовали на те земли.
— Война с Близантом... — произнёс задумчиво Фозах. — Когда я был в Харвусе, по известной всем причине, то слышал, что первое королевство так же собиралось напасть на Нефердорс.
Аристократы тут же переглянулись. Новость была слишком серьёзной. Если Харвус и Близант объединятся... Нефердорс падёт.
— Я услышал вас генерал. Благодарю за информацию.
— Служу Нефердорсу, — присел Армон на своё место.
В зале наступила тишина. Лишь лёгкое поскрипывание кресел, да шуршание одежды звучало в комнате. Решительный голос Фозаха выбил всех из задумчивости:
— Как наместник Нефердорса, я понимаю наше положение. Сейчас мы поистине на острие меча. Засим я предлагаю отбросить внутренние разногласия на время кризиса. Объединимся, укрепим королевство, защитим наши земли и народ...
***
Пока Фозах проводил совет, Аполлон в это время проснулся. Не один. Рядом с ним спала обнажённая Луиза. Приткнулась к нему, как к тёплой подушке, и беззвучно сопела. Эту ночь они провели вместе. Сколько было сказано слов любви, а сколько поцелуев... В комнате до сих пор витал запах любви и феромонов. Настолько они оба отдались страсти.
Юноша аккуратно поднялся с постели, укрыл блондинку одеялом, та чуть ли не замурлыкала, перевернулась на другой бок и продолжила спать. Аполлон поцеловал её в темечко и, набросив сорочку со штанами, спустился на первый этаж магазина.
— О, братец, ты проснулся, — стоял Зархан возле плиты.
— Ты чего? Готовишь что ли? — приподнял Аполлон бровь, порядком удивившись, и присел за стол.
— Хо-х! Ещё как! — потрусил тот в воздухе поварёшкой.
— Хм. Странно. Ещё и встал с утра пораньше. Не заболел? — поинтересовался Аполлон с улыбкой, налив в стакан холодненький компот.
— Да просто настроение хорошее, а если честно, — Зархан отошёл от плиты и присел напротив. — Вчера ты закрылся с той красоткой, а я хотел поговорить.
— Мне нужно было немного отдохнуть, — пожал тот плечами.
— Да я слышал, до сих пор уши горят от вашего "отдыха". Ну да, ладно. В общем, — он вдруг умолк, подбирая слова.
— Что в общем? Давай уже, не томи.
— Вот вечно ты так! Дай настроиться! — возмутился наследник. Потом плюнул и решил сказать как есть:
— Короче, я — сын Зарака.
— И?
— Вот же, деревня! Я — наследный принц клана "Тяжёлой Лапы"! — он смотрел Аполлону в глаза, ожидая любой реакции, но ответ его поразил.
— Круто. — улыбнулся Аполлон.
— Да ясен-красен круто! Знаешь, какие у батька были хоромы?! Там дворец не хуже чем у Фозаха!
— Не шутишь?
— Клык даю! — усмехнулся Зархан, затем расплылся в улыбке. — Спасибо, братец. Признаться, я давно хотел рассказать, но так и не находил подходящий момент... Всё переживал.
— Всё нормально, — подмигнул Аполлон. — Если ты думал, что моё отношение к тебе бы как-то изменилось, то нисколько. Для меня ты всё тот же ленивая задница.
— Хы-х, точно! Давай поедим от пуза! А потом сходим в бордель!
— Почему бы и нет, — с улыбкой пожал плечами Аполлон. — А бордели работают с утра?
В дверь постучали.
— Кого это принесло с утра пораньше? — удивился Зархан.
— Может Марта пришла? — предположил Аполлон.
— Вряд ли, после вчерашнего она набухалась и спит в коморке с Аён, — указал Зархан на подсобку.
— Серьёзно? Я и не заметил.
— Ещё бы ты заметил с такой бомбенцией, хы-х! Ладно, я открою.
Наследник открыл дверь, на пороге стоял тот самый посланник, что приходил пару днями ранее. Всё тот же строгий наряд, в руке письмо:
— Господин Аполлон, — увидел он демона за столом. — Вам приглашение от наместника. Прошу, примите, — протянул он конверт.
— Интересно, — произнёс Аполлон и, поднявшись, подошёл к посланнику.
— Компота не хотите? — предложил он послу.
— Что вы... Благодарю очень, но столько работы... Сами понимаете...
— Ха! Конечно! — усмехнулся Зархан. — Новый наместник, новые правила! Удачи! — он прямо перед посланником закрыл дверь и уселся за стол. — Давай, братец, читай что там башка написал? И чё он сам не припёрся?! Даже спасибо не сказал!
— Вероятно, сейчас он как под колпаком, тем более ты не знаешь Фозаха? Он же перестраховщик.
— В точку! — хмыкнул Зархан.
Аполлон распечатал письмо и прочитал вслух:
— Дорогой Аполлон Тёмный, Вы так и не получили награду за военные заслуги. Как наместник Нефердорса, я обязан исполнить обещанное моим предшественником. Прошу Вас явиться сегодня к семи вечера во дворец. За Вами прибудет экипаж с моей личной охраной. — Аполлон закончил читать, затем увидел ещё один лист. — Глянь, тут ещё письмо.
— Э? — вскинул бровь Зархан.
— Сейчас зачитаю, — Аполлон развернул лист и прочёл. — Ты тоже приходи.
— Ты тоже приходи?! И всё?! Вот же, башка — засранец! Да он хоть в курсе, как приглашают особ царских кровей! — трусил Зархан поварёшкой.
— Видимо, он и пригласил тебя как равного, — улыбнулся Аполлон. — Никакого официоза, всё по делу.
— Ну-у... Тоже верно. Вот же! — хмыкнул наследник. — Можешь же ты успокоить!
На плите в кастрюльке что-то закипело...
— Харсис! Пельмешки! — бросился Зархан к плите. Поднял крышку, оттуда клубы пара и неприятный запах. Вся вода выкипела и пельмени подгорели. — Ну вот...
Аполлон усмехнулся:
— Ты пытался, братец. Ладно, я пойду ещё поваляюсь, — он встал из-за стола и пошёл на второй этаж.
— Давай-давай! Сильно там не валяйся! — донеслось юноше в спину.
Аполлон поднялся по ступеням в коридор второго этажа, посмотрел в отражение зеркала. Так молод и так устал. О, да, в последние дни он думал, что нужно выделить пару деньков для ничегонеделания. Устроить себе два выходных и прям совсем-совсем ничего не делать. Тупо пялиться в потолок или дрыхнуть как барсук. Кивнув своим мыслям, юноша прошёл в ванную комнату. Скинул одежду и залез в купель. Тёплый душ в зимнее утро неплохо клонил в сон. Чувствуя, что снова захотел придремнуть, он наскоро искупался, почистил зубы и, обтеревшись сухим полотенцем, прошёл в спальню. Комната была небольшой, но вполне уютной: деревянная отделка стен, на полу ворсистый ковёр. Один шкаф для одежды, да кровать, на которой сейчас спала Луиза. Вот, кто поистине украшал эту комнатушку. Блондинка — одна из красивейших женщин, что Аполлон мог видеть за все свои жизни. Признаться, хотелось войти в неё и никогда не выходить, как бы это пошло не звучало.