В отличие от предыдущего визита, на этот раз её ждали. Тот же самый важного вида домовой эльф удостоверился, что гостью и в самом деле зовут Мией Спэрроу, и повел её в противоположную сторону от гостиной – в кабинет хозяина.

Доложив о её прибытии, домовик с хлопком исчез, оставив её наедине с Драко Малфоем.

Он сидел за огромным письменным столом, не потрудившись даже поздороваться, не то что встать при появлении в помещении дамы – только махнул в сторону кресла напротив стола, не отрываясь от бумаг, которые изучал перед её приходом.

Гермиона решила, что это, пожалуй, было приглашением присесть в малфоевской версии, и опустилась в кресло – роскошное и элегантное с виду, но, очевидно, предназначенное для того, чтобы посетитель максимально быстро понял, что ему здесь не рады.

Скрестив ноги в лодыжках, как благовоспитанная барышня, гриффиндорка от нечего делать и в ожидании, пока на неё обратят внимание, обвела взглядом стены, оценивая обстановку. На удивление, здесь не было ни одного портрета – хотя ей почему-то казалось, что хоть один определенно должен был быть. Отлично подошла бы стена за спиной Малфоя – на ней прекрасно смотрелся бы портрет Люциуса во весь рост в его великолепной черной с серебряной вышивкой мантии и неизменной тростью.

- Не думал, что вы знали моего отца, - отвлек её от размышлений, в какой позе Люциус смотрелся бы лучше – стоя или сидя, холодный голос хозяина, и она вздрогнула.

- Легилименция без особого разрешения аврората либо решения Визенгамота незаконна, - возмущенно заявила Гермиона, стараясь смотреть куда-то поверх его левого плеча. Еще только зрительного контакта с этим нахалом не хватало! Он ведь даже палочку не доставал, как ему удалось?!

- Прошу прощения, - усмехнулся блондин, ничуть не сожалея. - Это произошло случайно. Вы слишком громко думали.

- Если бы вы обратили внимание на то, что я вот уже десять минут сижу здесь, несколько раньше, мне не пришлось бы развлекать себя праздными размышлениями, - оскорбилась девушка.

- Так вы знали моего отца? - жестко повторил вопрос Малфой, не обращая ни малейшего внимания на брошенный ему упрек.

- Разумеется нет, сэр, - ответила Гермиона, вызывая на всякий случай нужные картинки в голове. Кто бы знал, что навыки окклюменции, полученные ею уже после войны, пригодятся при найме на работу няни!.. - Я видела его однажды в Косом переулке, во “Флориш и Блоттс”, когда мы делали покупки перед моим первым курсом в Хогвартсе. В тот день была презентация новых книг Гилдероя Локхарта, и столько людей…

- Достаточно, - оборвал её Малфой. Он, как ни странно, понял, о чем она говорила – он тоже очень хорошо запомнил тот чертов день. И, признаться, не особенно хотел о нем вспоминать.

- Простите, сэр, вы сами задали вопрос, - заметила Гермиона.

- Я, кажется, велел вам обращаться ко мне “мистер Малфой”. Где же ваша исполнительность, которой вы хвалились позавчера?

- Прошу прощения, мистер Малфой, - девушка опустила глаза, в которых на мгновение блеснуло раздражение, и проглотила едкое замечание о том, что он ей пока еще никто, чтобы что-то там “велеть”. Ну и самомнение у этого павлина!..

- Итак, как вам должно быть, сообщили, сегодня вас ждет несколько тестов. И, если проверка пройдет успешно, то завтрашний день вы проведете со Скорпиусом, и по результатам я приму решение. Разумеется, ваше время будет оплачено.

- Могу я уточнить, о какой именно проверке идет речь? - спросила Гермиона.

Малфой усмехнулся, как будто ждал этого вопроса весь вечер.

- Разумеется, мисс Спэрроу. Вы, должно быть, имеете представление о том, кто я и что такое моя семья. И у меня есть все основания опасаться, что найдутся люди, которые могут попытаться пролезть в мой дом под любым предлогом не с лучшими намерениями. Поэтому начнем с “Гибели воров” и обнаруживающих чар, чтобы убедиться, что вы та, за кого себя выдаете. Затем используем некоторые виды ментальной магии, чтобы я был уверен, что вы действуете по собственной воле, а не под зельем подчинения или Империусом. И наконец, вы ответите мне на несколько вопросов под веритасерумом.

- Я не стану этого делать, - спокойно сказала Гермиона.

- О, неужели маленькой, ничем не примечательной пуффендуйке есть, что скрывать? - его глаза загорелись огоньком охотничьего азарта, и Гермиона невольно поежилась. Она почувствовала себя зайчонком, за которым по пятам следует гончая. Зубастая и весьма опасная гончая.

- Я готова пройти проверку на чары, однако в Хогвартсе достаточно высокий уровень образования, так что даже выпускница Пуффендуя знает, что Империус не оставляет магических следов, это во-первых, а во-вторых, упомянутая вами “Гибель воров” смывает все виды чар и магической маскировки, в том числе и заклятия подчинения. Я понимаю, что вы следуете логике сложившихся у вас стереотипов относительно моего факультета, однако, я думала, что подобные предрассудки давно остались в прошлом.

- А вы оставили их в прошлом? - вкрадчиво спросил он. - Или все еще дрожите, как зайчонок перед змеей, от одного упоминания моего имени?..

- Насколько я знаю, был только один волшебник, от упоминания имени которого дрожали, - с достоинством парировала Гермиона. - И он – не вы, мистер Малфой.

- Значит, вас не пугает огромный мрачный дом, бывшее обиталище Темного Лорда и Пожирателей смерти, и его коварный и опасный хозяин, находившийся под следствием? - спросил блондин таким тоном, как будто осведомлялся, не опасается ли она, что скоро пойдет дождь и она может немного промокнуть.

- Меня не было в Британии во время войны, - ответила Гермиона, - и, к счастью, эти страшные события не оказали на меня такого влияния, как на тех, кто остался здесь. Издалека все кажется… не вполне реальным, если вы понимаете, о чем я. Вы вызываете у меня опасения не из-за вашего прошлого, а тем, как ведете себя в настоящем.

- И как же я себя веду? - усмехнулся слизеринец.

- Вы позволяете себе непристойные намеки, - изображая смущение, опустила ресницы Гермиона. - Вы пренебрегаете законами и за нашу встречу уже единожды их нарушили, и без стеснения объявили мне о том, что намерены нарушить повторно. Когда миссис Моррисон сообщила мне о вакансии, она говорила, что эта работа – в благородной и уважаемой семье, но каждая наша встреча заставляет меня все больше сомневаться в её словах.

В кабинете повисло молчание. Гермиона бездумно скользила глазами по поверхности стола, обращая внимание на детали: элегантное черное перо, хрустальную чернильницу, массивное пресс-папье в форме змеи, обвивающей камень, а Малфой тем временем беззастенчиво рассматривал девушку.

- Мисс Спэрроу, - наконец заговорил он, - вы правы, я не очень хороший человек. Однако Скорпиус – замечательный мальчик, и я говорю не только как отец, глубоко и беззаветно любящий своего ребенка. Его безопасность для меня – превыше всего, и я готов на все, в том числе и на нарушение законов, чтобы обеспечить её должным образом. Возможно, вам кажется, что я перегибаю, однако смею вас заверить, что у меня есть на это все основания. Это не относится лично к вам, те же самые меры я предложил бы любому кандидату на это место. Однако я уважаю вашу щепетильность и готов отказаться от легилименции и веритасерума, если вы можете предложить мне иной способ удостовериться в чистоте ваших намерений. И, безусловно, я приношу вам свои извинения за провокации в ваш адрес – это было способом проверить, интересует ли вас работа гувернантки при ребенке или постель его отца.

Щеки девушки вспыхнули гневом.

- Как вы могли подумать такое, мистер Малфой! Вы же женатый человек! - возмутилась Гермиона.

- К моему сожалению, для тех одиннадцати претенденток, которых я собеседовал до вас, этот факт не имел ни малейшего значения, - усмехнулся он.

- Я… Мне жаль, мистер Малфой, - стушевалась она.

- Не стоит, - отчего-то развеселился блондин. - Это же не вы подобрали мне таких великолепных кандидаток. Во всяком случае, мне хотелось бы на это надеяться.