- Я еще не ответила, - с достоинством ответила Минерва, отпивая чай. - Знаете, у директрисы Хогвартса столько обязанностей…

- Конечно, - понимающе улыбнулась девушка. - Я знаю, зачем мистеру Забини понадобился совет профессора Снейпа, и, честно говоря, я здесь по тому же поводу. Так что, если вы позволите, и если мистер Снейп удостоит меня беседой, в визите мистера Забини не будет никакой необходимости.

- Я могу поинтересоваться у вас, что за дело объединило вас и мистера Забини?.. - вежливо поинтересовалась Минерва.

- О, это касается… одного нашего общего знакомого, - смутилась Гермиона, которая в вихре поглотивших её проблем этого дня напрочь позабыла о необходимости выдумать подходящий предлог. - К сожалению, требования конфиденциальности не позвляют мне сказать больше. Но, боюсь, помощь профессора Снейпа как выдающегося зельевара нам совершенно необходима.

- В таком случае, я полагаю, мне стоит оставить вас, - кивнула МакГонагалл и поднялась из-за стола. - Тем более, что я все равно планировала еще обсудить кое-какие вопросы с профессором Флитвиком.

- Спасибо, Минерва, - тепло поблагодарила её гриффиндорка.

Как только дверь за директрисой закрылась, Гермиона вернула чашку с недопитым чаем на блюдце, решительно отодвинула её в сторону и подошла к портрету Снейпа. Он был именно таким, каким она знала его когда-то – за исключением тех роковых минут в Визжащей хижине. В неизменной черной мантии, подарившей ему почетные звания “летучей мыши” и “ужаса подземелий” от учеников, с длинными черными волосами до плеч, нарочно игнорирующий её присутствие, пока это было хоть как-то возможно. Что ж, на этот раз она не даст ему такой возможности – впрочем, как и всегда.

- Добрый вечер, профессор Снейп, - начала она с вежливого приветствия, но получила в ответ лишь колкий взгляд. Уже кое-что – он её заметил. Подумав, что тратить время на любезности в их случае все равно бесполезно, Гермиона сразу перешла к сути. - Мне нужна ваша помощь. Один человек случайно принял зелье Вечного сна, и, чтобы его разбудить, необходимо сварить антидот. У меня есть список и количества ингредиентов, кроме последнего, но нет способа приготовления. Рецепта самого зелья и антидота я не нашла в официально изданных книгах, но, возможно, вы могли бы помочь мне попробовать восстановить рецепт по эффекту…

- И кто этот идиот? - холодно поинтересовался Снейп, соизволив, наконец, открыть рот.

- Он не идиот! - оскорбленно запротестовала девушка. - Он еще ребенок, и получил зелье по ошибке…

- Значит, идиотом был тот, кто его сварил, - проворчал Снейп. - Так кто он?

- Мы пока не знаем, - терпеливо ответила гриффиндорка.

- Разумеется, вы не знаете, иначе вы задавали бы свои вопросы этому несчастному, а не мне, - нарисованный профессор поджал губы. - Я спросил, ради кого вы так стараетесь, мисс Грейнджер? Или я должен обращаться к вам как-то иначе?

- Мисс Грейнджер, сэр, все верно, - торопливо заверила его Гермиона, не желая углубляться в подробности своей личной жизни, и тем более – обсуждать её с картиной. - Зелье выпил Скорпиус Малфой.

- Сын Драко?.. - удивленно изогнул брови Снейп. - А причем здесь вы?..

- Очевидно, я все та же невыносимая выскочка, которая не смогла с годами побороть свою привычку совать нос не в свое дело, - вздохнула девушка. Проще сказать это самой, чем ожидать от него очередных завуалированных оскорблений – характер портрета едва ли был лучше, чем у оригинала.

- Меня всегда восхищало это в вас, - неожиданно признался Снейп. - Разумеется, за исключением того времени, когда безмерно раздражало, а это почти всегда. Один вопрос: Драко знает о том, что вы заинтересовались этим не своим делом?

- Нет, сэр, - сухо ответила Гермиона, отведя глаза. - Я планировала передать ему результат своих изысканий через мистера Забини.

Снейп умолк, о чем-то задумавшись, и она предпочла ему не мешать. Конечно, Гермиона не ждала теплого приема от вредного зельевара - то, что он оказался в конечном счете героем, ведущим сложнейшую двойную игру, никак не меняло той неприязни, которую он и не думал скрывать все годы их знакомства. Однако то, что пострадал сын Малфоя, должно было подтолкнуть его к согласию. И к тому же, ему наверняка было чертовски скучно висеть на стене, а она предлагала какое-никакое разнообразие… Молчание длилось довольно долго, но, видимо, наконец придя к какому-то решению, Снейп вновь заговорил:

- Покажите мне то, что у вас есть, и опишите действие зелья.

Гермиона развернула потрепанный листок так, чтобы портрету было удобно его прочесть, и перечислила то, что знала о состоянии Скорпиуса.

- И рецепта этого зелья у вас, конечно же, нет? - недовольно скривился Снейп. - Только этот, с позволения сказать, недосписок ингредиентов для антидота?

- Да, сэр, - виновато кивнула гриффиндорка, чувствуя себя так, как будто вместо заданного эссе на тридцать пять дюймов принесла на урок жалкий обрывок тетрадного листа.

- Что ж, в таком случае, вам придется задержаться в Хогвартсе, - высокомерно сообщил он.

Вернувшуюся через пятнадцать минут МакГонагалл ожидала радостная новость, что портрет Снейпа желает временно переехать в подземелья, в свои старые апартаменты, при которых все еще сохранилась небольшая лаборатория, а мисс Грейнджер поживет там с ним. Недолго. Или надолго. Как повезет.

Лицо у Минервы было примерно такое, как будто ей сказали, что на Гриффиндор вернулись учиться сразу все Уизли одновременно, с супругами, детьми и ручными питомцами. Но, сочтя, что в сожительстве выпускницы, между прочим, совершеннолетней, и живого портрета, хоть и отлично нарисованного, в подземельях школы едва ли все настолько предосудительно, каким кажется на первый взгляд, она дала согласие. И даже лично сняла вредный портрет со стены и торжественно вручила его Гермионе, которая непочтительно сунула его подмышку и удалилась, надеясь на то, что Снейп снизойдет хотя бы до того, чтобы указать ей дорогу.

========== Глава 50. ==========

Комментарий к Глава 50.

Хыхы, такими темпами мы скоро и до конца доберемся :))

Глава вне расписания в честь красивого числа в 200 лайков :)

Гермионе и Снейпу понадобилось четыре дня, в течение которых она спала не более пяти часов в сутки, три котла, два из которых она испортила, по словам Снейпа, своими годными только на то, чтобы чистить их без магии, руками, все запасы коры волшебной рябины и лепестков моли из личного хранилища нового профессора зельеварения Хогвартса, который не посмел возразить героине войны, и восемь подопытных трансфигурированных крыс, три из которых так и продолжали храпеть волшебным сном в результате их неудачных попыток воссоздать исходное зелье, а две случайно сдохли - благо, чашкам, которыми они являлись до этого, было все равно.

На самом деле, все оказалось куда терпимее, чем Гермиона могла предположить. Снейп, хоть и старался не подавать вида, был рад заняться чем-то более интеллектуальным, чем выслушивание школьных слухов и сплетен от обитателей соседних портретов, а потому проявлял необычайное терпение и снисходительность, когда их очередная попытка не приносила ожидаемого результата.

Они сразу же сошлись во мнении, что сперва необходимо воссоздать само сонное зелье - иначе совершенно невозможно будет оценить эффективность антидота. Дело осложнялось тем, что перечень ингредиентов у Гермионы был неполным, и проверять результаты своих изысканий они могли разве что на крысах - притащить из коридора первого попавшегося под руку ученика Гермиона наотрез отказалась, на что Снейп лишь закатил глаза. Но, на её счастье, знания покойного зельевара остались при его нарисованной копии в полной мере, а уж до его таланта ей было не дотянуться даже после его смерти. Однако мисс Грейнджер в полной мере сохранила то, что позволяло ей получать даже на уроках у Снейпа свои “Превосходно” и оставаться одной из лучших учениц Хогвартса за последние полвека. Как бы Снейп ни пытался к ней придираться и язвить в своей обычной манере, она была скрупулезна и точна в выполнении его указаний, и даже пару раз осмелилась сделать замечания, которые были хоть и с видимым неудовольствием, но приняты.