-Но откуда?.. - подняла она на него недоумевающий взгляд.

-Из “Красного льва”. Я попросил хозяина таверны собрать нам еды в дорогу, пока седлали лошадей. Ну? - требовательно сказал он, слегка приподняв кружку.

-Малфой, я не могу, - наконец призналась Гермиона. - Руки как будто не слушаются. Спасибо тебе, но я, наверное, сначала немножко отдохну, ладно?

-Понятно, - усмехнулся он, после чего поставил посуду на землю и уселся напротив нее, прямо на траву, а потом подцепил с тарелки ломоть хлеба, кусок холодного мяса и сыр, соорудил из этого бутерброд и поднес почти вплотную к её губам. - Кусай.

Гермиона недоверчиво заглянула ему в лицо, но Малфой был абсолютно серьезен – только серые глаза искрились каким-то особенным блеском. Она нерешительно впилась зубами в оказавшийся необычайно вкусным бутерброд, и только успела прожевать, как Драко поднес к её рту кружку с чаем – предварительно коснувшись его собственными губами и убедившись, что он не слишком горячий. Это было странно – есть и пить с чужих рук, как будто она не имела собственных, и в то же время с каждым кусочком внутри разливалось блаженное тепло, никак не связанное ни с температурой напитка, ни с удовольствием от еды. Примерно в середине процесса Гермиона поняла, что продолжить могла бы и сама, но, снова заглянув в насмешливо-ласковые глаза Малфоя, почему-то решила умолчать об этом. Каждый укус оказывался все ближе и ближе к его пальцам, и сердце стучало все быстрее, разгоняя кровь по телу и бросая его в жар, когда она представляла то, каким будет последний из них. Этот момент настал, и они на мгновение замерли, глядя друг на друга: он – выжидательно, а она – испуганно. Наконец она подняла руку и вынула этот чертов кусочек из его пальцев, почти прошептав едва слышное “Спасибо”.

После еды сил определенно прибавилось, а неловкость снова сгустилась в воздухе, пряным ароматом щекоча ноздри и вызывая странные, сжимающие все внутренности ощущения в животе, и Гермиона неловко поднялась на ноги, чтобы сходить к ручью и немного освежиться.

Когда она вернулась, Малфой уже расправился со своей частью ужина, и пил чай из той же кружки, расслабленно привалившись спиной к тому же дереву, где до этого сидела она. Не очень решительно девушка подошла и села рядом, но он, хмыкнув, обхватил её за талию и посадил перед собой, между собственных раскинутых ног. Гермиона поколебалась несколько секунд, но потом тепло от костра и его тела взяло свое, и она расслабилась, откинувшись на него и удобно устроив голову у парня на плече.

-Какие здесь звезды!.. - изумленно выдохнула она, подняв взгляд в темно-синее, почти черное бархатное небо.

-В Уилтшире тоже такие, - краешком губ улыбнулся Драко. - Особенно летом. Я часто брал лошадь и уезжал подальше, чтобы посмотреть на них вдали от человеческого жилья. Странно… мы перенеслись в прошлое почти на двести лет, а звезды все те же…

-Еще страннее то, что тех звезд, что мы видим, уже давно нет, - задумчиво проговорила Гермиона. - На самом деле они, может, погасли миллионы лет назад, а свет добрался к нам только теперь… Эта мысль каждый раз заставляет меня чувствовать себя такой маленькой и ничтожной…

-Ну это же неправда, - мягко возразил Драко, зарываясь носом в её рассыпанные кудри.

-Что человек по сравнению с холмами?.. - нараспев продекламировала она, и оба рассмеялись, узнав цитату.

-Никогда бы не подумала, что Драко Малфой читал маггловскую классику, - подколола его она.

-Никогда бы не подумал, что Гермиона Грейнджер тратит время на чтение любовных романов, - парировал он, и тихие улыбки снова зажглись на их лицах.

Гермиона вновь подняла глаза к небу, любуясь величественной, абсолютно круглой, словно головка сыра, луной, и чувствуя себя умиротворенной и почему-то пронзительно, до слез, счастливой. Усыпанный звездами небосвод завораживал, а окутывавший её аромат был теплым и знакомым, мерное движение чужой груди под спиной убаюкивало, и девушка сама не заметила, как веки её потяжелели и опустились.

Драко, не отводивший внимательного взгляда от её лица, заметил, что ресницы больше не поднимаются, а дыхание стало размеренным и тихим. Улыбнувшись, парень осторожно завернул её в полы собственной мантии и сам закрыл глаза, намереваясь хоть немного поспать.

Спали они недолго – костер даже не успел полностью погаснуть, и полянку тускло освещали угли, тлеющие в темноте. Разбудил их протяжный и заунывный вой, раздавшийся где-то неподалёку, и испуганное лошадиное ржание.

-Волки, - негромко проговорил Малфой, расслабляясь и снова откидываясь на ствол позади, игнорируя покалывание в затекших мышцах. - К нам они не подойдут, испугаются огня.

Несмотря на сомнительное удобство его положения, ему нравилось сидеть вот так, обвившись вокруг сонной, теплой Грейнджер, и пусть придется расплачиваться за эти часы мучительной болью во всем теле поутру – он не намерен был отказываться от этой случайной и, скорее всего, мимолетной близости. Гермиона завозилась, устраиваясь поудобнее у него на груди – но тут вой раздался снова, и она мгновенно подскочила на ноги, выхватив волшебную палочку.

-Это не волки, Малфой. Это… - еще один вой, на этот раз чуть другой тональности и намного ближе, не дал ей договорить.

-Оборотень, - закончил за неё Драко. - И, похоже, не один. Надо уходить как можно быстрее.

Не сговариваясь, они разошлись: Гермиона потушила тлеющий костер, а Драко отвязал лошадей, поблагодарив самого себя за то, что не стал их расседлывать. Не теряя ни минуты, он быстро усадил её в седло, и велев ей покрепче держаться за луку, направил своего коня вперед, обратно к дороге.

Через лес пришлось пробираться шагом, и они то и дело нервно оглядывались назад, пытаясь разобрать что-то в ночной тишине, нарушаемой шорохом листвы и поступью их лошадей. Вздох облегчения сорвался с губ одновременно, как только копыта ударились о плотную поверхность грунтовой дороги – но в ту же секунду вой раздался вновь, на этот раз гораздо громче и ближе.

Чуть поодаль второй оборотень взвыл в ответ, и Малфой что было силы пришпорил коня, понимая, что ведомые инстинктом убийцы твари окружают их с двух сторон, загоняя в ловушку, из которой им не уйти, если помедлить хоть мгновение. Он обернулся – лошадка Гермионы неслась позади, отставая от него всего на пару корпусов. Они успеют. Они уйдут. Главное – вырваться из леса, а дальше оборотни должны отстать, не рискуя покидать привычный ареал обитания.

Некоторое время тишину леса разрезал лишь топот копыт и прерывистое дыхание лошадей, и казалось, им удалось оторваться – как вдруг уже знакомый вой раздался прямо у них за спиной.

-Петрификус Тоталус! - выкрикнула Гермиона, и Малфой обернулся и похолодел: огромная тварь, сверкая желтыми волчьими глазами, бежала прямо за ней, огромными прыжками нагоняя мчащуюся во весь опор, обезумевшую от страха лошадь.

Заклятие отскочило от шкуры оборотня, даже не замедлив его, и ведьма, не медля, послала следующее, отчаянно цепляясь за луку седла и стараясь удержаться и не слететь на землю во время этой бешеной скачки. Зверь заскулил и отстал, но тут поодаль Малфой заметил проблеск еще одной пары глаз, стремительно приближавшейся к ним. Вдруг кобыла Гермионы заржала и резко остановилсь, встав на дыбы и чудом не сбросив свою наездницу на землю. Драко изо всех сил натянул поводья, разворачивая своего коня и вернулся к ней, уходя от беспорядочных ударов копыт обезумевшей лошади.

-Прыгай, Грейнджер! - крикнул он. - Я тебя заберу, прыгай сейчас же!

Еще одна Импедимента, посланная в приближавшегося оборотня, замедлила, но не остановила его. Гермиона еще раз оглянулась – и закричала, увидев алчные желтые глаза прямо за собой.

-Давай же! - крикнул Малфой, подъезжая к ней так близко, как только было возможно.

Нога выскользнула из-под луки, и девушка спрыгнула на землю, слыша только треск рвущейся ткани и утробное рычание за спиной. Мужские руки железной хваткой обвились вокруг неё так крепко, что наверняка оставили синяки, и одним рывком забросили на спину лошади.