– Да, – Подумал он. – Любовь выигрывает всё равно – смерть уходит, а любовь остаётся…
Он представил её себе – мать Рига, продавшую душу сиамским близнецам уродцам, дьяволятам – Любви и Судьбе, – женщину с лицом, вероятно, суровым, но нежным.
Как ты живёшь там – одна, на своём острове, среди родных по духу, но чужих по плоти – близких по помыслам, чужих по душе, ибо с безумцами не роднятся…
Что он наболтал тебе, демон Любви-демон Ночи, зачем ты одна – без своего сына? Каково тебе в твоём горе? Каково твоему сыну в своём горе? Не Смерть разлучает, а Горе!
Ари вспомнил свою мать, говорящую ему «Знаешь, что нас разлучает? Нас с тобой? Горе людей, которое твой отец несёт домой»…
– Да, – Подумал он. – Ты права, мама, – «Дьявол продал свою душу – над Журавлиным озером темно»45! Он всегда продавал её, свою бедную душу – Дьявол, он не мог по-другому – по частям – плоть от плоти, он говорил нам: «Виноградник был у Соломона в Ваал‐Гамоне; он отдал этот виноградник сторожам; каждый должен был доставлять за плоды его тысячу сребреников. А мой виноградник у меня при себе. Тысяча пусть тебе, Соломон, а двести – стерегущим плоды его»46! И он не думал о нас – не думал о Поле и Верлен – он думал – всегда – об этих раненых, бескрылых, что аки святые терпят унижения – ради чего, терпят? Ради какого бога? А может, просто дьявола – дьявола по имени Себя Не Сломаешь?
Не этих надо ломать – не бьющих – не скотов, а тех, что то ли, глупы, то ли, терпеливы – до боли! Дьяволу за них больно – до безумия, – за бескрылых-поломанных – Дьявол не в силах покинуть свою пустыню – там Мария вновь и вновь слышит рёв Бога – льва Пустыни – там, над телом Его Сына, кусая губы, плачет человек…
– Тебе меня жаль? – Спросил Риг.
– И да, и нет – так бывает, когда любишь…
– Почему? – Спросил Риг, сам не зная, о чём. – Как это «и да, и нет»?
– В любви жалость спасает, но убивает, Риг – и жалеющего и жалеемого! Знаешь, почему? Люби меня, помогай мне жить, но не жалей, иначе я стану слабым человеком, но сильным монстром!
– «Монстром»?! – Удивился Риг.
– Не благоволи мне из любви ко мне – ты сделаешь меня монстром!
– А из чего… благоволить?
– Из разума – из духа… Я прав? Я всё делаю правильно? Я добр к другим людям, не забывая о себе? Обними! Скажи, что я для тебя значу!
Ари посмотрел Ригу в глаза.
– Я говорил тебе о моём отце – о его работе… Знаешь, что я понял, наблюдая за ним? Люди не осознают, что «бьют» других людей, – зачастую, не осознают, а те, кто осознаёт… просто издеваются – манипулируют! Твоя мама «бьёт» тебя своей отделённостью от тебя – к ней невозможно протянуть руку – не дотянуться! А мой отец «бьёт» меня жалостью к этим – к проклятым… Ненавижу! Он всё время с ними, а не с нами!
– Трагедия в том, что мы все (люди), кому-то служим – как можем, как умеем – у каждой души своё служение необходимое ей для того, чтобы жить – чтобы, жизнь имела смысл. Твой отец тоже на «службе», Ари, на «службе» у этих несчастных!
Риг улыбнулся, – задумчиво, улыбнулся – светло.
– А может, это не трагедия, а величайшее счастье? Служить другим людям… Лечить их и утешать. Чтобы… эти женщины видели, что не все мужчины уроды или просто преступники!
Глава 13
Они нашли дом, – нашли, у самого моря, с частным пляжем. Двухэтажная вилла – три спальни, рабочий кабинет, гостиная, кухня, гараж на две машины. Небольшой, но уютный дом. Владелец обновил мебель и технику – в доме был сделан хороший ремонт, Ари сразу же понравился интерьер – мавританский стиль.
Они осмотрелись – посмотрели спальни, первая была слишком большой, вторая поменьше и третья – ещё меньше – Ари выбрал самую маленькую, но красивую и уютную.
Ригу досталась спальня средних размеров – больше в европейском стиле, чем в восточном – уютно приятно светло!
Риг почувствовал себя счастливым – немного потерянным – растерянным – счастливым! Ари был рядом.
Всё было хорошо – было спокойно.
Ари обнимал Рига за талию, стоя вместе с ним на пороге гостиной.
– Как здесь красиво!
Ари посмотрел на потолок, напоминающий потолок мечети.
– Красиво! – Согласился с ним, Риг.
– Это – Ислими, – Сказал Ари, Ригу, обратив его внимание на арочные окна с витражами. – Флористический стиль узора, в котором объединены вьющийся стебель и спираль.
– Откуда ты знаешь? – Удивлённо улыбнулся Риг.
– Я жил в Иране – мы, мама и я.
Он тоже тосковал по матери, Ари – он тоже не мог от неё отделиться – она от него отделилась, а он от неё – нет.
– Почему? – Подумал Риг. – Почему так трудно отделиться?!
– Знаешь, что я чувствую? – Вдруг сказал ему, Ари. – Покой – впервые в жизни, покой, ты принадлежишь мне, ты – моё, ты всегда будешь рядом – я это чувствую!
В его голосе прозвучало «ты меня не предашь – не оставишь из любви к другому человеку!».
И Риг обнял его, прижал к себе – обнял, не мог насытиться!
– Ничто – никто, не заставит меня расстаться с тобой по доброй воле!
– Не расставайся со мной, Риг, – никогда!
Ари обхватил его – обнял, держал – обхватил, так, словно боялся отпустить – боялся не удержать.
Удивительное объятие – удивительное, для Рига – высокий изящный Ари обнимал его так, словно боялся, что он упадёт!
– Интересно, – Подумал Риг. – Ты тоже чувствуешь во мне то, чего я боюсь сам в себе? Я из тех, кто способен убить себя из глубокого отчаянья…
Его мать такая же – побоялась бога, в которого она верит – не смогла убить себя, как хотела, после смерти отца!
– Лучше бы убила? – Спросил его внутренний голос. – Или пусть лучше страдает?
Риг ощутил, что не знает, что лучше – какой ад выбрал бы он – смерти, или жизни – с болящей душой!
– Куда ни сунься, – Подумал Риг. – Везде – ад, жизнь без любви, и жизнь с любовью к кому-то потерянному навсегда!
– Да, – Подумал он, обращаясь к богу. – «Она должна была бы быть твоей Евой, а стала падшим ангелом, которого ты безвинно отлучил от всякой радости»47!
– «Всякая радость», – Сказал он, богу. – «Хочет вечности всех вещей»48!
Риг ощутил свою радость – Ари, – свою родную душу – радость встретить эту родную душу разглядеть понять узнать!
– Пойдём, – Нежно сказал Риг, Ари, и погладил его затылок – фиолетовые волосы. – Готовить наш ужин и пить чай!
Глава 14
– Расскажи мне о своей матери, Риг! Ещё…
Риг удивился.
– Почему ты спрашиваешь о ней? Что ты хочешь знать?
Ари отпил чай, – зелёный, пахло манго. Ригу вдруг захотелось приобрести себе парфюм с этим ароматом!
– Всё! Что ты можешь рассказать…
В его голосе прозвучало «поговори со мной об этом!».
Риг удивился вновь – зачем? Почему? Почему тебе это интересно, или почему ты хочешь о ней знать?!
Они сидели за столом – в кухне, в красивой кухне в восточном стиле.
– Возможно, через твою маму я пойму мою…
Ари посмотрел на него – ему в глаза, пристально посмотрел – ищуще.
– Почему твоя мама замкнулась? В своём горе… Ты её не поддержал? Или ты её не понял?
Интересный вопрос! Риг задумчиво усмехнулся.
– Что страшнее, – Подумал он. – Не поддержать, или не понять?
Он прислушался к музыке звучащей рядом с ними – плейлист на телефоне Ари – Sigur Rós49 «Untitled #7 (Dauðalagið)»50. Захотелось спросить; какая странная необычная музыка… Почему тебе нравится эта группа?
– Она… довольно обычный человек, – Сказал Риг, Ари. – Я бы даже сказал простой – она всегда хотела жить просто! Её зовут Сванхилдер.
