Серега неожиданно для себя стал любимчиком некоторых постоянных клиентов, ему оставляли неплохие чаевые. В основном это были женщины средних лет, но встречались и мужчины. Рядом с кофейней было много офисов крупных компаний и больших банков, по сути, здесь сконцентрировался деловой центр города. Люди часто спускались из офисных зданий, чтобы покурить на пятачке и купить стаканчик кофе. Серега рассматривал этих сытых, хорошо одетых людей и мечтал, что однажды станет таким же, как они. Особенно он заглядывался на парней до тридцати. Не только потому, что был геем, а просто любил подмечать, как они одеваются и держат себя. На деньги с чаевых он стал покупать себе похожие вещи и стричься, как они. А еще он вынул серьгу из уха и начал бриться каждый день.

Почти с первого дня работы заведения Серега стал замечать на себе взгляды симпатичного парня, который часто заходил за американо и приезжал на черном БМВ прямо ко входу в кофейню. Обычно он парковался на спецместах, закрепленных за офисом крупного банка. Серега знал, что его зовут Сашей, потому что дядя Сережа решил спереть и внедрить фишку Старбакса, где стаканы с кофе подписываются именами посетителей. Саше было лет 25, он носил по выходным дорогие спортивные костюмы, а в будни появлялся в офисной одежде, по которой было видно, что одевается он не в местных магазинах. Саша был высокий и весь такой гладкий и блестящий, как стеклянная сосулька на новогодней елке. Его волосы отливали здоровым блеском и были аккуратно уложены. Он носил очки в золотой оправе и мужскую сумку из глянцевой дорогой кожи. Саша оставлял ему хорошие чаевые, а однажды зашел прямо перед закрытием. Серега уже выключал оборудование и, увидев его, спросил:

– Вам как обычно?

– Нет, – сказал парень и нервно улыбнулся, словно хотел что-то сказать, но передумал. – А впрочем, сделай мне капучино.

Серега кивнул. Он видел, что тот как будто чего-то ждет. Саша даже не пошел за столик, а стоял у кассы и смотрел, как варится его кофе. Когда Серега взял стакан и хотел написать на нем имя клиента, тот остановил его и сказал:

– Напиши мне свой номер телефона.

Серега поднял на него взгляд и застыл в нерешительности. Он боялся переходить границы, но исполнил просьбу. Саша кивнул, взял стакан из его рук, бросил на него многозначительный взгляд, развернулся и вышел.

Уже ночью Серега получил СМС с неизвестного номера: «Ты ведь гей?». Он не знал, что на это отвечать. А вдруг это вообще не Саша ему написал? Хер знает, кто мог это сделать. И признаваться в таком по СМС на незнакомый номер Серега не хотел. Да и стоит ли мутить с мажором, который в случае чего может одной жалобой лишить тебя работы?

На следующее утро Саша пришел с утра пораньше в кофейню, заказал свой обычный американо и смотрел на Серегу исподлобья. Потом оставил 500 рублей чаевыми и вышел. Серега смутился. Ему нравился Саша, но еще больше ему нравилась работа тут, и он не хотел рисковать. А вдруг этот парень его разводит на какую-нибудь херню? Если бы хотел с ним замутить, то почему нормально об этом не сказать? К чему все эти многоходовки? Мало ли что у этих мажоров в голове. Серега видел достаточно американских фильмов, где золотая молодежь куражилась над простыми людьми, и не хотел попадать в неприятности по чьей-то прихоти.

Эта ситуация его тревожила, но тут мироздание решило подкинуть еще больше дерьма. И оно на время затмило все остальное. Однажды он вышел покурить в свой перерыв. У главного входа курить персоналу не разрешалось, и он стоял рядом со служебным, с торца здания. Здесь была стоянка такси. Серега задумчиво выдыхал дым, и его мысли перетекали от воспоминаний об Илье к тревогам об институте и стремном поведении мажора Саши. Тут мимо него медленно проехала десятка с шашкой такси на крыше. Он бы не обратил внимания, если бы на двери не было большой наклейки с надписью «Кузя». Серега поморщился, бросил взгляд на водителя, и зря. Им оказался тот самый отморозок, что выеб его на той стороне Волги. У Сереги внутри все просто похолодело, он попятился назад, бросил сигарету мимо урны и шмыгнул в дверь служебного входа.

– Ты как призрака встретил! – заметила Аня, которую дядя Сережа нанял младшим баристой исключительно за красивые глаза.

– Ага, – потрясенно отозвался Серега и осел на пол рядом с барной стойкой. Он всегда в моменты потрясений почему-то любил сидеть на полу.

– Чо, в натуре? – спросила Аня, выпучив свои красивые глаза и округляя кукольный рот.

– Нет, – отмахнулся Серега. – Просто голова заболела.

Вся позорная сцена потери анальной девственности за Волгой мысленно оживала перед его взором. Он сжал кулаки и подавил злые слезы, что так некстати выступили из глаз. Он хотел бы убить этого Кузю, растоптать, чтобы даже тени воспоминания о его существовании не осталось. И еще Серега был уверен, что тот его узнал. С его-то везением не может быть иначе!

Когда вечером после работы он закрывал заведение, сзади посигналили. Серега застыл и мысленно молился, чтобы это Сэм приехал из Анапы, узнал, где он работает и решил заехать за ним. Сейчас бы он ему обрадовался, как родному! Но внутренне Серега уже понимал, что это сраный Кузя.

– Привет, студент! Как жизнь молодая? – услышал он за спиной знакомый голос. Серега медленно обернулся и увидел довольную рожу Кузи, высунувшегося из окна десятки. Он отвернулся и быстро пошел к остановке автобуса.

– Эй, але! Давай подвезу! – закричал Кузя, открыл дверь своей машины и вышел. Серега припустил к остановке почти бегом. Слыша сзади сигнал еще одной машины, он обернулся и увидел, что Кузя перегородил выезд с парковки, и ему сигналит водитель большого внедорожника. Серега воспользовался этой заминкой, поймал первую попавшуюся маршрутку и запрыгнул в нее.

С этого дня начались его почти ежедневные стычки с Кузей. Этот мудак преследовал его при каждом удобном случае. Он был то ласков и предлагал подвезти, а то обзывал его пидором и грозился ментам все о нем рассказать. Словно на дворе был 80-й год и за мужеложество до сих пор сажали.

Серега теперь почти перестал выходить курить, а вечером уходил с работы только убедившись, что Кузина машина не стоит на стоянке. Но хуже всего было по утрам, когда Кузя ставил машину прямо у входа и, не выходя оттуда, делал непристойные предложения или делился своим мнением о заднице Сереги, когда тот стоял к нему спиной и трясущимися руками открывал рольставни.

Серега больше всего боялся, что Кузя припрется в кофейню и будет нести всю эту хуйню на глазах у коллег и клиентов. Его накрывало жаркой волной стыда при одной этой мысли. Но тот до такого, слава богу, не додумался. Или просто боялся, предпочитая прятаться за броню своей десятки и оттуда доставать Серегу своими замечаниями. Суть их сводилась к тому, что Серега сам хочет отведать Кузиного хуйца и только ломается, как целка.

Однажды поздно вечером на мобильник Сереги кто-то позвонил, и когда он взял трубку и сказал: «Алло», звонок прервался. Спустя час с того же номера пришло СМС: «Сергей, тебе нравятся парни? Да или нет?»

– Блядь, ну чо за хуйня?! – сказал Серега, с тоской глядя в экран своего мобильника, а потом со злости его вырубил. Ему до смерти не хотелось играть сейчас в какие-то странные игры с незнакомым мажором. Особенно на фоне постоянных приставаний Кузи. Он лежал в кровати полночи без сна, думал об Илье и мастурбировал.