- Обменяйтесь зачарованными кольцами. Это будут символы вашей любви.
Грег грубовато надел Джули на палец золотое кольцо с рунной вязью. Девушка проделала то же самое дрожащими пальцами. Кольцо было горячим, и ей показалось, что оно вплавляется ей в кожу. Министерский волшебник попросил их положить руки с кольцами на платок.
- Объявляю вас мужем и женой, закрепляю этот союз брачным заклятием перед людьми и магией! – Он взмахнул палочкой.
Золотистое, местами радужное сияние взметнулось вверх, окутывая пару и взрываясь у самого потолка фейерверком цветных искр. Джули почувствовала, как меняется ее состояние. Теперь, даже захоти она сбежать от обретенного мужа, она бы не смогла этого сделать. Магия привязала ее к Гойлу почти физически. Ей показалось, что Грегори побелел, похоже, он почувствовал то же самое и испугался. Джули не сдержала улыбки. Не ей одной сегодня страшно. Молодой мужчина притянул ее к себе и взглянул в пасмурные глаза, которые Джули тут же закрыла. Он коротко и ненастойчиво ее поцеловал.
- Дамы и господа, позвольте представить: Лорд и Леди Гойл!
Гости зааплодировали. Джули почувствовала, как к лицу приливала кровь, голова кружилась. Теперь она замужем. Комментарий к Глава 52. Леди Гойл https://cloud.mail.ru/public/hfnR/TRtzHAwUV – свадебное платье Джули
====== Глава 53. Сказки на ночь ======
Мелисса постепенно успокоилась. Обиженный ребенок в ней затих и стал засыпать. Девушка же спать не хотела. Она вообще обладала потрясающим талантом представительниц прекрасного пола накручивать себе неприятности, случись что-нибудь плохое. На колдомедика Мел не училась, так как попала в невесты к Темному Лорду. И здесь никаких успехов тоже не было – в последний раз ее выгнали без объяснения причины. Что же так сильно могло оттолкнуть в ней Слизерина? Вопрос не давал покоя. А теперь он с Катриной, танцевал, развлекался, узнавал ее ближе, прикидывал, как она будет смотреться в роли его жены. Почему проиграла не она? Мел уже давно решила, что ей не страшно будет принять летящий зеленый луч. После смерти матери, которую она переживала тяжело и с нервными срывами, Мелисса потеряла всякий вкус к жизни. И если бы не отец, наверное, вконец бы загубила только начавшуюся жизнь. Амелия Минте была женщиной спокойной и доброй, всегда улыбающаяся, любящая пошутить. Мел никогда не могла бы сказать, серьезно ли говорила ее мама, или это был очередной подкол. Мать работала репетитором по рунной магии. Ее уровень в Хогвартсе оставлял желать лучшего, и Амелия с удовольствием занималась с детьми, желающими постигать волшебство глубже школьной программы. Она любила подстегивать любопытство своих подопечных, смотря на них без каких-либо эмоций, с легкой полуулыбкой и приподнятой бровью. Как только студент заканчивал отвечать, она медленно говорила, что ответ…. Правильный. Вечно любимая учениками, Амелия тонула в подарках. Но гибель ждала ее не в магии, а в обычном маггловском заболевании. Целители оказались также бессильны, приводя Мелиссу в замешательство. Она до последнего не верила, надеялась, сидела рядом с матерью, терявшей привычные черты. Из ухоженной женщины Амелия превратилась в обтянутый желтоватой кожей скелет со впалыми глазами, которую дочь заботливо кормила с ложечки. В один ужасный зимний день в Хогвартс приехал отец (он с трудом заставил пятнадцатилетнюю дочь уехать учиться, она не хотела оставлять мать), сообщил, что все кончено, Амелия Минте их покинула. Мелисса тогда почувствовала, как уходит из-под ног каменный пол, она слышала, как кто-то кричал, разрывая легкие, и только потом поняла, что это она сама. Ее забрали на выходные попрощаться. Вернуться в школу девушка захотела сама, слишком тяжело было оставаться дома, где происходило столько всего, что их объединяло. Она лишилась поддержки, лишилась нежности и, как ей самой казалось, крыльев за спиной. Отец ушел с головой в работу, а летом тратил все свое свободное время на ее обучение. Все начало налаживаться к седьмому курсу, когда Мел поняла, что влюбилась… она бы и сама не могла сказать, что ее тормозило. Старая дружба? Страх привязываться? Девушка всегда ругала себя за быстрое установление связи с людьми: привязалась – потеряла – опять боль. Как сейчас дела у ее возлюбленного? Воспоминания о нем казались смазанными, будто черно-белыми. Мел чувствовала себя усталой, будь она кошкой или имей крестражи, это была бы ее последняя жизнь. В поместье Мелисса отвлеклась. И вновь раскрывшееся сердце получило резкую оплеуху судьбы. Где же она так напортачила? За что расплачивалась?.. Мысли вгоняли девушку в уныние, а она с таким трудом оттуда выбралась. Решив забыться, Мел поднялась с постели и вышла из комнаты. Не считая Гермионы, она была дома одна. Огромный особняк, тихие коридоры, холодный солнечный свет из высоких окон коридора с легким оттенком зелени от органзы. Мягкий ковер пружинил под ногами. Мелисса рассматривала картины волшебников и волшебниц. У библиотеки она остановилась. Раньше ей не доводилось гулять по дому Слизерина как по музею. Мелисса почти заворожено смотрела на портрет женщины в темном платье с белым передником, на темных волосах ее была белая шапочка. Женщина улыбалась.
- Вы Алексина Реддекер? Одна из лучших целителей Святого Мунго и основательница маггло-магического направления в лечении?
- Да, милая, – улыбнулась Алексина. – Хочешь стать целителем?
- Не представляете, как сильно.
- Хозяин этого дома говорит, что госпиталь изменился, и уровень его упал, – задумчиво, чуть нахмурившись, произнесла женщина.
- Мы это исправим, – заверила Мелисса.
Алексина вежливо пожелала Мел удачи. С легкой улыбкой и желанием побыстрее сесть за изучение целительских премудростей, рыжая ведьма вошла в похожую на николаевскую библиотеку и замерла. На балконе стоял мужчина в чуть старомодной рубашке и приталенном жилете, он наклонил голову над книгой, спина оставалась идеально прямой. Мужчина, услышав шум, развернулся, сбрасывая с лица волосы. Губы в форме сердечка изогнулись в приятной улыбке.
- Это опять вы?
- Это опять я. Приятно вас видеть здесь и… неожиданно.
Профессор Миккельдсон спустился с балкона и протянул Мелиссе руку, она ответила, и Йенс, осторожно поклонившись, коснулся ее губами.
- Темный Лорд великодушно позволил мне поработать в его родовой библиотеке. Изучаю специфику английского представления о демонах хаоса. А вы, наверное, собирались почитать что-нибудь по колдомедицине?
- Собиралась, – кивнула девушка с улыбкой. Она почему-то никак не желала сходить с лица. Йенс казался ей приятным человеком, хотя она четко видела в его глазах привязанность к тьме.
- Я тут как раз видел кое-что, способное вас заинтересовать.
Без палочки волшебник приманил к себе книгу, покрытую вязью рун, и вручил Мелиссе.
- «Темная магия в лечении»? – Удивилась девушка.
- Считаете, исцелять можно только светом? – Приподнял брови Йенс.
- Нет, некоторые вещи нельзя разрешить светлыми заклятиями и зельями. Однако темная магии имеет свои нюансы в работе. Она отнимает очень много сил, как магических, так и моральных. Многие пациенты принципиально не согласятся принимать подобное лечение. К тому же это очень дорого обходится.
- Я ведь не заставляю вас читать заклятие природной магии воскрешения. Вот уж что сложно. Такие вещи лишь бы кому в руки не даются.
- Вы способны заставить природную магию работать на вас? Я слышала для этого нужно быть очень сильным волшебником…
- Да, – кивнул Йенс и жестом предложил Мелиссе устроиться на диване, – К тому же, подобное волшебство требует уверенности в себе и понимания того, что когда-нибудь магия потребует заплатить по счетам. Если удастся ее покорить – она будет преданно оберегать такого волшебника, станет ему щитом. Правда, и силы тянуть будет, не зная насыщения. Что же касается меня… думаю, я бы смог использовать природную магию. Она невероятно сильна, и повода к ней прибегнуть у меня нет. Не стоит лезть в клетку к мантикоре, пока у тебя еще остались гипогрифы.
