— Значит, ночная охота закончилась успешно? — иронично фыркнула себе под нос Варвара и заинтригованно посмотрела на собеседника. — Второму молодому господину Вэнь понравился мой щедрый подарок? — Варвара могла бы поклясться, что восстановившееся зрение её не обмануло, — Вэнь Нин действительно скептически закатил глаза.

— Грандиозный трофей второго молодого господина Вэнь впечатлил всех присутствующих на торжестве, — шёпотом поделился молодой человек, успешно вживаясь в роль заправского сплетника. — Ведь группа заклинателей под чутким руководством второго молодого господина Вэнь не только обнаружила логово древней и опасной твари, но и смогла успешно расправиться с нечистью, а сам второй молодой господин Вэнь, по слухам, нанёс решающий удар! — Вэнь Цюнлинь недоверчиво пожевал губу, замялся и прошил беззаботно насвистывающую себе под нос Варвару нечитаемым взглядом. — Если бы второй молодой господин Вэнь не подоспел вовремя, наследник Цзян получил бы более тяжёлые травмы, — Варвара некультурно хрюкнула и закусила щёку с обратной стороны, но смешинки на дне её лилово-серых глаз не укрылись от собеседника, и Вэнь Нин расстроенно вздохнул. — Вам разве не обидно такое слышать?

— Ничуть, — без намёка на огорчение в голосе цокнула языком Варвара. — Надеюсь, глава Вэнь похвалил своего сына за богатую добычу? — зачем-то полюбопытствовала она.

Молодой человек неопределённо пожал плечами.

— Глава Вэнь вообще редко удостаивает кого-либо своей благосклонностью, — честно ответил Вэнь Нин и поёжился, словно в душном тёплом помещении его вдруг обдало арктическим холодом. — Но после состязания лучников в Безночном Городе он пребывает в относительно добродушном настроении.

— Это исключительно твоя заслуга, — не поскупилась на похвалу Варвара, но осеклась под пристальным взором малахитово-синих глаз. — Что?

— Молодой господин Цзян постоянно забывает о своём участии в тех или иных событиях, да? — без запинки протянул младший брат Вэнь Цин и трогательно насупился. — Если бы не помощь молодого господина Цзян, этот недостойный ученик даже не попал бы на турнир, — он в который раз за время их разговора аккуратно поправил Варваре одеяло, словно это нехитрое действие помогало ему усмирить внутреннее беспокойство.

Варвара молча отмахнулась, всем своим видом блестяще демонстрируя тотальную непричастность к происходящим вокруг инцидентам, и нарочито широко зевнула — сообразительный Вэнь Нин с первого раза уловил намёк и моментально засобирался, неуклюже сгребая за пазуху мешочки с пахучими травами. Посоветовав Варваре отдохнуть ещё хотя бы пару часов, он спешно ретировался из покоев, пообещав прислать сестру как можно скорее.

Оставшись в гордом одиночестве, Варвара задумчиво откинулась на подушки, на мгновение поморщившись от обжигающей боли в верхней части туловища, и подслеповато уставилась в потолок, художественно расписанный багровыми языками пламени, — Не Хуайсану бы, определённо, здесь понравилось.

Из короткого рассказа Вэнь Цюнлиня выходило, что черепашья голова заняла своё почётное место среди добытых охотниками диковинок, и Варвара с честью и достоинством могла считать свою часть сделки выполненной. Судя по тому, что неугомонный брат с иглой во лбу преспокойно спал где-то в соседней комнате, Вэнь Чао был либо слишком занят восхвалением своей великолепной персоны на весь Безночный Город, либо действительно сохранил в себе тщедушные зачатки совести, — Варваре бы очень хотелось уповать на второй вариант, но она никогда не отличалась наивностью и в чудеса не верила лет с пяти.

Следовало как можно скорее встать на ноги, поблагодарить Вэнь Цин и Вэнь Нина за заботу и, прихватив Вэй Усяня за шиворот, со всех ног нестись домой, в Пристань Лотоса, где было бы проще продумать свои дальнейшие действия.

Варвара тихо застонала сквозь зубы — черепная коробка совершенно не настроена была функционировать в ближайшее время и ответила на размышления Варвары пронзительным уколом в висок, и Варвара, смирившись, прикрыла глаза, намереваясь ещё немного поспать.

Впрочем, её чаяниям не суждено было сбыться, потому что со стороны двери послышалось тихое копошение, странный шебуршащий звук, а потом глухой стук падения на пол и шипящие ругательства. Преодолев, по всей видимости, самые сложные несколько метров в его жизни, её ночной гость, наконец, подполз к кровати, баюкая ушибленную конечность, и, как и следовало ожидать, на поверку оказался Вэй Усянем, тревожно блестящим в полумраке огромными, как плошки для супа, серыми глазищами.

Вялая Варвара, закутанная в шёлковую, распахнутую на груди рубаху и тёмный кокон собственных волос, лениво наблюдала за приключениями старшего брата из-под ресниц, медленно и осоловело моргая.

— А-Ин?

— А-Чэн! — юноша встрепенулся, тряхнув лохматой головой на манер породистой лошади, и кинулся к ней со всех ног, чудом не перевернув низенький столик для лекарств.

— А-Ин, тише! Не нужно громить лазарет! — пожурила мальчишку Варвара и неуверенно ему улыбнулась, похлопав по одеялу рядом с собой. — Иди сюда.

Юноша шмыгнул покрасневшим носом, но устраиваться под боком у Варвары не спешил — остался на дощатом, тщательно вымытом слугами полу и чинно сложил ладони на самый край постели, опираясь на них острым подбородком и виновато поглядывая на Варвару снизу вверх. — Что-то случилось?

— Я случился, — буркнул Вэй Усянь и потёр лоб неловким движением, почему-то избегая смотреть ей прямо в глаза. — Прости меня, А-Чэн.

Варвара тяжело вздохнула, устроилась поудобнее на подушках и по привычке сцепила пальцы в замок, утихомирив таким образом внутреннее смятение, всколыхнувшееся бурной волной при виде печально опущенной головы брата.

— За что простить?

— За то, что так опрометчиво повёл себя в пещере. За то, что наговорил тебе после.

— Почему ты извиняешься?

— А? — Вэй Усянь уставился на неё с искренним недоумением. — Потому что… совершил ошибку и осознал это?

Варвара слегка поморщилась — после нервного прерывистого сна во рту прочно поселился гадкий кислый привкус недозрелой локвы.

— Или потому, что не хочешь, чтобы я злился? — прямолинейно уточнила она.

— И это тоже. Наверное, ты прав, — это в первую очередь.

— Но? — осторожно подтолкнула юношу к откровениям Варвара.

— Но свою неправоту я действительно признаю, — Вэй Усянь неловко развёл руками и глухо хохотнул — мрачно и отрывисто. — Представляешь, А-Чэн? Я ошибся и осознал это. Не притворяюсь — перед тобой ведь и не нужно.

— Не нужно, — кивнула Варвара и, повинуясь внезапному порыву, невесомо коснулась рукой чужой макушки, пропуская сквозь пальцы тяжёлые жестковатые пряди, — Вэй Усянь замер на мгновение, а потом робко толкнулся в ласкающую ладонь лбом, сыто зажмурив глаза. — К тому же, А-Ин, извиняться следует мне, а не тебе.

Молодой человек вскинул на Варвару ошарашенный взгляд, и она невесело хмыкнула.

— Я был не до конца честен с тобой, А-Ин, — признание собственной неправоты соскользнуло с языка неожиданно легко, и Варвара даже удивилась такому выверту собственного подсознания — в прошлой жизни даже родная мать не могла заставить её попросить у кого-либо прощения, ведь упрямая и абсолютно невосприимчивая к чужим словам Варвара в любом конфликте заведомо считала себя правой стороной.

— Что ты имеешь в виду? — моментально насторожился Вэй Усянь и придвинулся ближе, остервенело стискивая в длинных жилистых пальцах мягкую хлопковую простынь.

— Мне следовало рассказать тебе сразу, что меня давно тревожит возросшее влияние ордена Цишань Вэнь. Стоило прямо попросить тебя быть более сдержанным в своих высказываниях в адрес представителей клана Красного Солнца, но мне почему-то показалось, что ты не способен до конца понять и разделить мои тревоги. Я искренне сожалею, что моя недальновидность посеяла между нами разлад, — Варвара, словно обессилев разом, хрипло выпустила из лёгких спёртый воздух и размашисто облизнула покрытые микроскопическими трещинками губы.