Киваю, удивленный, что ни единого шума, кроме нашего еле слышного дыхания и злого сопения девчонки. Вижу разводы туши на ее щеках. Видимо, плакала, догадываюсь вдруг и хмурюсь. Лицо у нее опухшее, не похоже на актерскую игру и подставу, но затем резко одергиваю себя. Не стоит ей верить, не время раскисать. Нужно держать ухо востро. Не успеешь оглянуться, как легко получишь нож в спину.
Я за десять размашистых шагов оказываюсь в полуметре от излучающей испуг Дины, затем спрашиваю у друга, не отводя своего цепкого внимательного взгляда от нее.
– Чем она пахнет? – меня сейчас не интересует ее личный аромат, скорее эмоции, которые она источает, но друг, к счастью, понимает меня с полуслова.
– Страхом, паникой и… тревогой, – словно рапортует он глухим голосом.
Выдыхаю и с опаской трогаю цепи, но руки не жжет. Обычное железо. Так что кладу пистолет за пояс и разрываю металл, освобождая девчонку из плена. Ноги ее не держат, так что она сразу же кулем оседает на землю. Еле успеваю подхватить за тонкую талию, но это опрометчивый шаг с моей стороны. Она оказывается слишком близко ко мне. Ощущаю жар ее дрожащего тела, девичьи округлости и мягкость волос на макушке, упирающейся мне в подбородок.
– Развязывай ее и идем, не нравится мне здесь, – натянутый и словно надтреснутый голос Руана врывается в мое сознание, жестко отрезвляя и приводя в чувства. – Что-то не так…
Отбрасываю ненужные эмоции, которые не должны были возникнуть, и рассматриваю цветок камелии с холодным разумом. На вид это тот самый артефакт, но, чтобы удостовериться, мне нужно его коснуться, обдать своей родовой магией и получить заветный отклик. Только я тянусь рукой к ее шее, как она дергается, прислонившись к стволу, и мычит, бешено качая головой. Прищуриваю глаза, наблюдая, с каким упрямством она не желает, чтобы я забрал то, что принадлежит мне по праву.
– Это мое, девочка, – бесстрастным голосом констатирую факт, а затем, не слушая ее мычание, срываю ремешок с ее шеи.
– Развязал бы ее хоть или кляп вынул, – бурчит в недовольстве Руан, но не подходит, стоит на страже, подстраховывает, не может нарушить правила.
По сути, он прав, тоже самое твердит мне и голос разума, но я отбрасываю все лишнее, запирая в замок, и направляю в артефакт голубую лечебную волну. Вот только затем, вместо того, чтобы легонько засиять голубоватым отсветом, испуская лучи, артефакт раскалывается, а внутри него оказывается…
– Топаз? – раздается сбоку вопрос Руана.
Я же стискиваю челюсть, понимая, что это обманка, какая-то уловка. Кидаю со злости камень на землю и встряхиваю девчонку, держа за плечи.
– Что это за подстава? Отвечай! Где камелия? – рычу, не контролируя себя, чувствую привкус крови на губах, верхние выступающие клыки пропороли кожу.
– Сверр, быстро хватай де… – успевает сказать мне друг, а затем нас озаряет вспышка.
Перед тем, как все вокруг становится белесым, вижу, что сияние исходит от белого камня, что я недавно держал в руках. Черт! Как же сразу не догадался, что это усовершенствованный портал! В последний момент успеваю схватить девчонку, чтобы не вздумала сбежать, а затем меня оглушает. С непривычки кружится голова, но Дину к себе я прижимаю крепко. Не убежит. За все ответит, если причастна к воровству.
– Прелестно, Лиам, твой план удался, да еще и с бонусом, – раздается спустя несколько мгновений чей-то мужской голос.
Дергаюсь, ориентируясь на слух, ведь зрение еще не вернулось, но что-то резко оборачивается вокруг тела, связывая руки и ноги по швам. Это что-то живое, теплое и постоянно движущееся.
– Тащите их в грузовик, – подходит к нам ближе и приказывает главарь.
Мы находимся вдоль лесополосы, возле какой-то незнакомой мне трассы. Слегка заросшей, пустынной, но видимо черным плащам оно и надо. Здесь еще несколько мужчин, чьи лица скрываются за масками. Чисто физическая сила, догадываюсь, судя по их происхождению. Опять оборотни, их вид ни с чем не спутать. Почему именно волки? И как это мог проморгать Совет Архонтов?!
– Кто ты? Покажись! – рычит Сверр, отвлекая меня от размышлений, пока не двигается, а больше присматривается к тем, кто нас похитил.
Голова от внезапной телепортации кружится, во рту сухая пустыня, но я стараюсь держать голову прямо, чтобы не пропустить ничего важного. Сердце бьется в грудине испуганной птичкой, к горлу подкатывает ком тошноты.
– Не приближай час истины, белый, – говорит каким-то замогильным голосом главный, держа на поводке почему-то рычащего Лиама. Затем достает из нагрудного кармана нечто, похожее на то, что он повесил на мою шею. – А если хочешь вернуть свою реликвию, прикрой свою пасть.
– Дай вкусить истинной кр-р-рови, ар-р-рити, – раздается рык зверя у ног высшего демона, пасть оскалена, из нее текут слюни, будто у него бешенство.
Сверр пыхтит, мне даже кажется, что из ушей вскоре повалит пар. Но затем все приходят в движение. Напрягаются, будто чуют чье-то приближение.
Стараюсь дышать глубоко и не опускать взгляда. Ведь всех нас опоясывают какие-то белые змеи, все время движутся вокруг, вызывая первобытный страх.
– Полоз-альбинос? – спрашиваю, словно сама у себя, ощущая липкий страх, расползающийся по телу.
– Не угадала, принцесса, – удивленным взглядом смотрит на меня мужчина, сверкая чернотой глаз из-под капюшона. – Хотя несколько поражен, что ты вообще такое слово знаешь. Не замечал раньше за тобой тяги к животным.
Прикусываю язык, боясь окончательно выдать себя. Чувствую на себе подозрительные взгляды Сверра и Руана, но не смотрю им в глаза.
– Ларнийские змеи, – говорю единственно правильный ответ.
Судя по тому, что парни пытаются разорвать их, приняв полузвериный вид, и у них не получается, это не просто обычные ползучие, а магические. Вот только обитают они только в Небесном Логе. И это очень… Странно…
– Не сопротивляйтесь! – кричу, пытаясь их предупредить, а сама расслабляю тело. – Чем больше вы дергаетесь, тем…
– Тем сильнее сжимаются змеи-охранники, девчонка права, – заканчивает за меня фразу-предупреждение мужчина
Вот только уже поздно. Со стороны парней раздаются рыки и полустоны ярости. Чешуя от искр внутренней магии мерцает, наводя меня на определенные мысли. Разве они не должны сиять?
– Чего стоите? – уже рявкает демон на своих подчиненных, сдерживает своего «питомца», все это время продолжающего рычать.
Встряхиваю головой, когда меня подхватывают чужие руки. Сильное желание лягнуть пленителя ногой, но я еле как сдерживаю себя. Благо, что совету не пытаться выбраться из змеиных пут парни следуют, так что, пока нас грузят, ларнийские пресмыкающиеся чуть ослабевают хватку, но не настолько, чтобы можно было освободиться. А когда мы втроем оказываемся внутри фургона грузовика, отсеченные от внешнего мира громким хлопком закрывшейся двери, взгляды парней устремляются в мою сторону. Даже Руан, некогда добрый малый, смотрит с угрозой и подозрением.
Глава 7
– Напомни-ка мне, девочка, – цедит сквозь зубы Сверр, сидя в противоположном углу, облокотившись спиной о холодный металл. – Из какой ты стаи?
Сглатываю, чувствую, как ускоряется пульс, тело резко обдает жаром от грядущего вранья. Но затем я вспоминаю, что оборотни чуют запах лжи так же четко, как я сейчас ощущаю противный запах железа, отдающий кислинкой во рту. Черт, губу прокусила до крови.
– Кхм, – прокашливаюсь, на ходу придумывая возможную легенду. Но частично говорю правду: – Альтаира Демидова. Да, мой отец из этого клана.
И по факту не вру, ведь он и, правда, из этой стаи, вот только не член, а ее глава. Альфа. Архонт.
– И ты человек, – констатирует задумчивым тоном Руан, буравя все это время меня цепким взглядом, словно пытается вскрыть внутренности и узнать все, что его интересует. – Твоя мать не волчица.
Делает он догадку. Я же мысленно соглашаюсь, ведь она не типичная волчица.
– Д-да, – чуть заикаюсь, все же внутри холодно, и только сейчас я начинаю дрожать, ощущая, как прохлада забирается под кожу, вызывая неприятные мурашки по всему телу.