– Кто-то тявкнул? Или мне показалось, Руан? – игнорирует мои слова, смотрит на друга, вздернув смоляную бровь.
Но я вижу, как у него напряжены скулы, стиснуты кулаки, так что скрыть свое состояние он не в силах. Бесится. Вот и отлично. Пусть последнее слово остается за мной.
Обхожу Сверра и толкаю его плечом, не могу удержаться. Вот только внутри все ноет, в глубине души мне будто хочется прижаться к нему ближе и обнюха… Ааа… Нет-нет! Даже в мыслях такого допускать нельзя!
– Рыжик, ты куда? Тут опасно, – говорит мне вслед добряк, что явно ко мне подкатывает.
Мне кажется, что сзади я слышу рычание, но в клане это было настолько привычным, что даже не обращаю внимание.
– Оставь ее, не наше дело! – доносится глухо из-за расстояния голос южанина, обращенный к своему напарнику. – Идем, они пошли на восток.
– К утру мы должны появиться в доме Архонта края, наш альфа… – вдруг начинается артачиться Руан.
Я даже приостанавливаюсь, навостряю уши. Неужели Сверр согласен на договорной брак со мной?
– Поиск арте…то есть украденного – гораздо важнее. И ты знаешь мое отношение к браку.
Голос холоден, словно лед. Встряхиваю головой и шагаю дальше, чересчур шумлю, но я настолько поглощена своими эмоциями, что не понимаю, насколько это опасно в сложившихся обстоятельствах. Нет, ну каков же гад. Как был раньше мерзким отродьем, гадким на язык, так им же и остался. Были бы силы, так и выдала бы ему леща. Я настолько погружена в собственные мысли и возмущение, что не слышу ничего вокруг.
И тут раздается странный шорох. Нет, ночной лес всегда полон шума шелестящей листвы, уханья сов, цикады, все это знакомо мне с детства. Но свист и щелканье…Это что-то новенькое.
Останавливаюсь, а затем слышу волчий рык. Угрожающий, громкий, вызывающий мурашки на коже и холодок по позвоночнику.
– Так-так-так, – чужой мужской хриплый баритон. – Какая удача, Лиам, ты не находишь? Золотая кровь вкусно пахнет.
Замираю, ведь голос мне не знаком, да и речь мне кажется какой-то бессмыслицей. Оглядываюсь в тревоге по сторонам, но никого и ничего не вижу, только темнота кругом. Но затем спереди из укрытия крон выходит мужчина в черном плаще, держа на серебряном поводке волка. Огромного. Их появление напоминает мне фильмы ужасов, аж сердце начинает колотиться в бешеном ритме, отбивая бесконечную барабанную дробь.
– Отр-р-ричный улов, ар-р-рити. И мар-р-рьчишку поймаем, и девчонку пор-р-ручим, – сглатываю, когда слова вылетают из пасти какого-то аномально большого волка.
Никогда не видела таких крупных оборотней. Черная шерсть в подпалинах, желтые звериные зрачки неотрывно наблюдают за мной, пасть оскалена. Арити? Неужели это…
– Ты сбежала из дворца, Радмила? – улыбается мне ни кто иной, как представитель демонической верхушки власти Небесного Лога. Только к высшей знати применяют обращение «арити».
– Что? – до меня туго доходит, что он говорит.
Внешний вид его ничем не напоминает демонический, но в этом и минус моей неполноценности. Я не обладаю нюхом двуликим и не могу распознать, кто может стоять передо мной: демон ли, оборотень, дракон или шаман… Главный минус моего дефекта. От неизвестности и неприятного во всех смыслах сюрприза страх едким дымом заполоняет легкие, горло сжато в тисках, во рту пересохло.
– Ах да, принцесса Радмила, так привычнее? Удивительно, не знал, что вы посещаете материк, – ах вот оно что, он спутал меня с моей двоюродной сестрой, дочерью Рании.
– Вы меня пута… – первым порывом хочу обозначить, что я не Радмила, но затем осекаюсь, когда возле моего лица щелкает волчья пасть.
– Она стр-р-ранно пахнет, а-р-р-рити… – подозрительность в рычании волка только усугубляет мой испуг. – Что-то не…
Прикрываю глаза, чтобы восстановить дыхание. У меня позорно дрожат конечности, но с физиологией тела даже я не в силах справиться, пусть и жила всю свою жизнь среди двуликих.
– Тихо, Лиам! – останавливает зверя демон, сверкая чернотой своих глаз, впервые демонстрируя внешний признак своего демонического происхождения. – Мальчишка идет.
– Но наша пр-р-риманка сбежала, – разочарованно скулит оборотень нетипичного вида.
– Не страшно, Лиам, – снова обращает на меня внимание главный в этом тандеме. – У нас есть кое-что получше.
Я же делаю два шага назад, яростно качая головой. Уже не знаю, кто это такие и что им нужно, но я не согласна быть никакой приманкой!
– Закрой ей рот, чтобы не орала, – отдает демон приказ.
Часто дышу и с опаской наблюдаю за волком, но тот, как ни странно, стоит на месте, только демонстративно длинным языком проводит по острым клыкам. Сглатываю и, придя, наконец, в себя, резко поворачиваюсь, но тут чья-то мужская ладонь припечатывает мой рот.
– А-м-гр, – вырываются из меня нечленораздельные звуки, но затем меня стискивают другой рукой поперек талии.
Пытаюсь дергаться, чтобы высвободиться из чужой хватки, но тщетно. Тот, кто держит меня, намного превосходит в силе.
– Привяжите ее к дереву, веревки все еще целы, – добавляет холодным тоном главный. – И отправьте кого-нибудь на поиски той селянки. Она слишком много видела.
От его слов мне становится дурно. Неужели это какая-то разбойничья банда, промышляющая в Аруанских лесах? Отец… В этот момент именно он предстает перед глазами. Уповаю на то, что несмотря на спрей, меня найдут. Больше ни на что надежды нет…
– Как скажете, ар-р-рити, – утробный полурык-полубас держащего меня в тисках.
Тело от его голоса холодеет, ведь такие звуки мне знакомы. Неужели это тоже оборотень? Но что они делают рядом с демоном, да еще и высшим? К горлу от страха подкатывает тошнота, по позвоночнику пробегают разряды молний, а тело покрывается липким потом. Рука от моего лица убирается, но не успеваю я издать хоть какой-то звук, как в рот мне запихивают жесткую тряпку. Всхлипываю, отчаянно сопротивляюсь, упираясь пятками о почву, пока незнакомец, которого я так и не увидела, тащит меня куда-то. А затем спину простреливает боль. Не жалея, меня швыряют об ствол крупного дерева. Чувствую, как в шею впиваются острые зазубрины коры.
– Стой смирно, если не хочешь, чтобы я подпор-р-ртил такое милое личико, принцесска, – зловонное дыхание опаляет мои щеки и нос.
По щекам текут бессильные слезы, ведь даже двигаться я не в силах. Руки крепко стягивают какой-то веревкой, в темноте сильно не разглядишь. Кисти рук немеют, болят от того, насколько туго связаны руки за спиной. А затем меня сильнее прислоняют к стволу и обвязывают вокруг него цепью. Лязг отдается эхом в ушах. Будь у меня возможность говорить, я бы крикнула, что они еще пожалеют. Не знают, с кем связались, и что мой отец их убьет. Но затем в голове резко начинает щелкать осознание. Они ведь приняли меня за мою сестру – Радмилу. Если даже это их не останавливает, то что уж говорить обо мне. Пусть я и дочь Архонта Северного края Альтаира Демидова, но раз они не гнушаются идти даже против власти Небесного Лога, держа в плену наследницу Златокрылых, то никакие увещевания не помогли бы.
– Что, дорогуша, не очень-то похоже на императорские перины? Привыкайте, принцесса, – ехидничает демон, чьего имени я до сих пор так и не знаю. – Путь на восток нам предстоит долгий.
Часто дышу, но при его словах замираю. Какая ирония судьбы… Не будь я сейчас в таком положении, рассмеялась бы от такого поворота. Если нам по пути, то рано или поздно мы и так бы встретились. Пусть не этой ночью, но гораздо позже.
– Все же это судьба, Лиам, не находишь? – мужчина в балахоне подходит ближе и острым когтем, едва касаясь, проводит по моей щеке.
Дергаю головой, не желая, чтобы он хоть как-то прикасался ко мне, но кончик острия задевает кожу. Больно. Но это вызывает у мужчины лишь гортанный смех. Неприятный. Каркающий. Зловещий до дрожи во всем теле. Словно мне под кожу вогнали тысячу мелких иголочек. Да и рана, из которой по ощущениям течет кровь, болит и ноет. Демон же подносит палец с когтем и снова задевает это место, вызывая у меня боль. Не обращает на это внимания, ковыряет, а затем подносит свою конечность ко рту, высовывает язык и лижет. Прикрываю глаза от омерзения. Но с прикрытыми веками еще страшнее, так что снова смотрю на похитителя.