Воспользоваться влиянием и связями мистера Малфоя было определенно правильно. И его сын… довольно симпатичный мальчик, для нее, правда, слишком мал, но вдруг он понравится Габриель? Если он пойдёт в отца, то будет вполне импозантным мужчиной.

Ей же будет интересно посмотреть на цвет местной аристократии, кто уже вышел из школьного возраста — и этим она с радостью займется после Рождества. Блистать на балах и вечеринках — наконец-то она будет в своей стихии!

А зельевар пусть пока останется про запас, в конце концов, его невнимание должно быть наказано! Она Флер Делакур, а не какая-то там! И служанкой при мужчине, пусть даже самом гениальном, быть не собирается. Уж лучше, чтобы служили ей! Но подловить Снейпа для долговременного контракта с семьей она определенно постарается.

***

Бал перетек в молодежные танцульки быстро и неотвратимо, но тем не менее все осталось вполне благопристойно — кроме наиболее сексуально озабоченных парочек, конечно. То ли дело было в том, что главные поставщики контрабанды братья Уизли были заблаговременно нейтрализованы Снейпом как их Мастером, а слизеринцы, имевшие свои каналы, имели еще и первейшую заповедь — не попадаться, а потому меру знали, а кто не знал, тому помогали ее прочувствовать старосты разными, но весьма доходчивыми способами. Рэйвенкловцы, кто собрался напиться в экспериментальных целях, имели свидетелей и фиксировали состояние с помощью записей (пока сами могли, конечно), ну а Пуффендуй под опекой несравненной мадам Спраут вообще предпочитал не нарываться. И вообще, они давно знали, где и чего можно нюхнуть в теплицах номер девять и одиннадцать, а также почему этого все же делать не стоит.

Отловленные парочки, конечно, пытались рискнуть еще раз или два-с, но отбытие четы Малфоев освободило от бальных обязанностей Снейпа, слух о чем разошелся очень быстро и успел достичь почти всех заинтересованных. Так что завершение праздничного вечера получилось почти столь же приличным, как и его начало. Тому немало способствовало внезапно проснувшееся рвение декана Гриффиндора, такое, что кто-то даже отпустил шуточку насчет того, не покусал ли миссис МакГонагалл нынче под шумок мистер Снейп. Но шуточка перешла в предположение об аниформах, в которых такое могло бы случиться, и живые детские умы… Словом, одно можно сказать точно: хорошо, что Северусу Снейпу было не до этого, и он так ничего не услышал и не узнал, а вскоре все попросту забылось.

Потому что Снейп оставался Снейпом — ужасом подземелий Хогвартса и его чемпионом, уже показавшим себя так, что связываться больше дураков не было.

========== Часть 20. Наша гордость ==========

Каникулы пролетели, словно их не было — настолько быстро. Но кое у кого — очень, очень насыщенно. После зимних торжеств, которые проходили у самых интересных английских магов, мисс Делакур была очень даже благодарна мистеру Снейпу. Например, за то, что перед вечером у Забини получила особое зелье, делающее ее невосприимчивой к любым добавкам, перед вечерами у Ноттов и Гринграссов он же передал ей от мистера Малфоя амулет защиты разума — во временное, но совершенно необходимое пользование, так что каникулы прошли изумительно весело и весьма продуктивно. И не так и важно, что в обмен на зелье и артефакты пришлось поделиться своими перьями и даже пару коготков аккуратно отстричь — благотворителями ни Снейп, ни Малфой не были, и Флер их в этом вполне понимала, сама такая.

Она присмотрела для себя как минимум два довольно интересных варианта, а как максимум — пожалуй, пять. Или даже шесть. И все молодые люди были достаточно ею очарованы, то есть именно так, как ей хотелось. Оставалось получше проанализировать, чего же хочет она сама, но с этим было трудно. Флер хотела зельевара, одного, и вполне конкретного. Наверное, потому, что именно эта цель совершенно не собиралась перед ней капитулировать, а это раздражало и — вот дела! — раззадоривало. Хотя где-то, краешком сознания она понимала, что ни к чему хорошему сие не приведет, но все же хотелось, и все тут. И нет, она не влюбилась!

И… снова нет, действительно, не привело — по крайней мере не к тому, что она хотела. Хотя насчет хорошего, конечно, с какой стороны еще посмотреть.

*

Флер Делакур дулась, и уже который день. Причина была проста: когда мисс в очередной раз пробралась в апартаменты, едва поспевая за Снейпом, он летел к себе, держа в голове несколько выкладок по новым экспериментам, и так торопился их записать, что рявкнул на неожиданную помеху, как на… да, как на Поттера.

Зря, наверное? Определенно зря! Он скрипнул зубами — нужно было потерпеть, с вейлой не стоит портить отношений, особенно пока не закончился Турнир — может пригодиться.

Флер, высказав все, что на душе накопилось, уже собралась хорошенько хлопнуть дверью, чтобы больше ни за что и никогда не переступать этот порог, как…

— Быть может, чаю? — удивил ее Снейп, ранее никогда ничего не предлагавший, и таким миролюбивым тоном, что она не знала, что и подумать. — Я принял вас за одного моего ученика.

Это что, извинение такое? Самый негостеприимный из профессоров сдается? Ее чары наконец сработали? Или он играет в какую-то свою игру?

Но Снейп просто налил чаю и спросил, хорошо ли она плавает… О да, плавает она отлично. Но с какой стати? Ах, он хотел подсказать ей отгадку?

— Полагаю, вы уже знаете задание следующего тура. Под водой должны спрятать что-то ценное для нас… Я предлагаю убрать все ценное как можно дальше, потому что где здесь будет та самая вода, полагаю, вы догадались. Черное озеро. И лезть туда в феврале…

Флер непроизвольно передернуло, так что Северус понял, что он на верном пути, и продолжил:

— Конечно, они все равно что-то придумают, но пусть хотя бы помучаются, вы согласны?

Очаровательные губки мисс Делакур образовали идеальный кружочек, затем нежнейшую из улыбок, но Снейп не купился — хищный намек все равно был очень даже уловим, пусть на сей раз относился не к нему — ну, он очень на это надеялся. И продолжил рассуждать о возможных препятствиях, о том, как подключить Крама, посоветовал ей немного почитать о Черном озере — на самом деле стоящий совет, даже правильную книгу подсказал.

И она шагнула к нему.

— Вы хотите, чтобы я выиграла?

— Почему бы и нет?

Когда же он успел стать таким? Флер успела оценить — Снейп теперь излучал уверенность, а его руки, хоть и оставались руками зельевара, но ногти были в идеальном состоянии, кожа — гладкой… Сам привел себя в порядок перед балом или миссис Малфой поспособствовала? Флер посмотрела в его глаза.

О-ля-ля… вокруг зрачка, черного, как ночь, искрилось серебристое пламя.

«И что же ты теперь за зверь, зельевар? — подумала она, отводя взгляд. — И как это вышло? Я буду не я, если не выясню, пусть даже мне придется напоминать эту гриффиндорскую заучку! А еще было бы неплохо разжиться информацией о том, что вы планируете сами…»

— Массаж, профессор? — мурлыкнула она.

— Кто я такой, чтобы отказываться? — откинулся в кресле Снейп и прикрыл глаза.

Но не раскололся, как она ни старалась. Только сетовал на супругу «лучшего друга», которая так взяла его в оборот, что он никак не мог… и так далее.

Ага, не мог он. Зараза. И что оставалось? Попрощаться и пойти прятать все ценное и дуться, совершенно верно. Флер так и сделала, правда, предварительно послала записку Краму — в солнечной Болгарии тоже никакие полезные контакты не лишние, а желание, чтоб господа устроители хотя бы немного помучились, это… это было святое! Для Виктора Крама — тоже, как вскоре выяснилось по его широкой и искренней улыбке.

Так что аккуратное движение по временному избавлению от всего близкого и дорогого постепенно началось — чемпионы независимо друг от друга стали отсылать на родину или сдавать в банк через помощников или лично все свои ценности. Исключением в какой-то мере остался Снейп — часть ценных ингредиентов утаскивать в подвальчик своего дома или в Гринготтс было слишком неудобно, он с ними работал.