«Не драматизируйте».
— Ах, я ещё и плохо реагирую на то, что вы лезете ко мне в голову? Вам что, не хватило моих объяснений и захотелось увидеть все собственными глазами?
«Вы сами согласились стать подопытной мышью».
— Но не в прямом же смысле! — встать удалось быстро, но пошатываясь. — Что вам мешало сначала спросить разрешения?
«Чистота эксперимента». Гермиона похватала со стола свои вещи и вырвала из его руки склянку, уходя в свою комнату, как обиженный подросток. На что она вообще надеялась, оставаясь тут? Сразу же предполагала такое развитие ситуации, но все равно пошла на поводу. Не понятно, правда, у профессора или у собственного подсознания.
Сложно было разглядеть в его интересе какую-то заботу и участие, но, по крайней мере, не было похоже, что Снейпу все равно. И, с большой натяжкой, это его поведение можно даже зачесть как аргумент в пользу того, что он действительно непричастен к её Обливиэйту. Иначе отношение к ситуации у него уж какое-то слишком спокойное и методичное, не очень похоже на человека, чей обман раскрыли. И правда, как исследователь в лаборатории.
Кстати, кое-что полезное из разговора с ним Гермионе все же удалось выцепить. Она отправила Роджерсу патронуса с просьбой проверить того самого мертвого консьержа. Если это был изначально человек, приглядывающий за аукционом с магической стороны, то неудивительно, что он так задергался при интересе к нему. Может даже узнал её. Но мага бы вычислили на раз-два, как только установили личность, а вот если он был сквибом… Официальная информация по ним до сих пор на полноту не претендовала, но, возможно, где-то что-то всплывет — счет в Гринготтсе, к примеру.
Гермиона поразмыслила с минуту и, скрепя сердце, сообщила о своем интересе ещё и Бриджерсу. Раз уж они, вроде как, поддерживают контакт и проявляют взаимное уважение, то разнюхивать что-то за его спиной с её стороны будет некрасиво. Правда, это ещё и повышало вероятность того, что информация дойдет до злоумышленника и спровоцирует его на ответные действия. Но что им теперь делать, скрывать все друг от друга? Напрягать внутренние службы всякими тайными расследованиями ей тоже ни с руки. Да и лезть никуда в одиночку она точно не будет — не совсем сумасшедшая, со второго раза дошло.
В ожидании ответов, Гермиона привела себя в порядок. Странно, что профессор никак не проехался по её ненадлежащему внешнему виду, он то, похоже, даже спал в своем полном облачении католического священника. Но, видимо, был сейчас слишком занят копанием в чужих мозгах, чтобы обращать внимание на что-то другое. Ей же не приходило в голову ничего крамольного за это утро? Стыд залил краской лицо. Хотя почему она вообще должна переживать из-за своих внутренних, неозвученных и никому не навязанных желаний? Это Снейпу надо лучше за собой следить и не лезть, куда не просят. И вообще радоваться, что кто-то обращает на него внимание. Наверное. Ей стоит хорошенько поработать над своим окклюменционным барьером и научиться поддерживать его на более высоком уровне, вне зависимости от обстановки и темы разговора. Даже если вдруг её подсознание самоуправно решает, что вот тут она в безопасности.
Спускаться вниз так быстро не хотелось из-за обиды (может и глупой, но вполне справедливой), однако, и торчать в комнате без дела и в одиночестве тоже не улыбалось. Жаль, интернет специально для неё профессор провести не догадался. Она бы могла сейчас залезть в полицейские базы с ноутбука (с установленными ключами доступа) и разузнать, как магглы ведут расследование смерти Моргана. С телефона можно было почитать только публичные новости, не особенно полезные по понятным причинам.
Зелье, как назло, прекрасно помогло от головной боли, и сердиться стало чуть сложнее. Первым ответил Роджерс, коротко и по делу: «Есть, мэм!» А вот патронус Бриджерса застал её уже мрачно лежащей поперек узкой кровати и размышляющей о том, что даже воспоминание о таком ерундовом физическом контакте между ней и Снейпом умудрилось взволновать кровь, как будто ей лет четырнадцать, не больше. Регрессирует на глазах! Если ещё учесть, что буквально позавчера он тоже держал её за руки (и в принципе рыцарствовал по полной), эффект суммировался, и вообще становилось не смешно. Но никаких способов отрезвить себя Гермиона так и не видела. Даже отчетливая холодность самого Снейпа не способствовала здравомыслию в её нелегкой борьбе с чувствами.
Юркий горностай выскочил прямо перед её лицом и заскользил по воздуху, кувыркаясь и извиваясь, совершенно не сочетаясь со скупым тоном старшего аврора:
— Благодарю за информацию. У меня тоже есть новости: на окраине Манчестера найден брошенный автомобиль. Судя по всему, он принадлежал инспектору Моргану. Мои люди уже осмотрели его на предмет чар. Полиция — в процессе. Следов взлома или борьбы нет. На этом пока все.
Ого! Услуга на услугу, сведения на сведения. Почему у неё со всеми мужчинами вокруг складываются какие-то странные товарно-денежные, точнее информационно-обменные отношения? Гермиона начала создавать заклинание, не успев дослушать послание:
— Могу я ознакомиться с материалами?
— В этом нет необходимости, — отрезал зверек, немного напоминающий её собственную выдру, тоже буквально через полминуты.
— Я видела эту машину и ездила на ней, вы же можете судить только по номерам и описанию в базе. Есть шанс, что я что-то замечу.
Бриджерс замолчал. Гермиона встала, размялась (надо бы опять начать ходить на тренировки) и решила, что перерыв на кофе — отличная идея. Несколько патронусов подряд не то чтобы тяжело ей давались, но и не проходили бесследно. Это все же не смс написать, несмотря на то что мысленный счастливый образ был у неё выработан и хорошо зафиксирован.
Было бы крайне неожиданно, если бы Снейп кинулся перед ней извиняться за свою беспардонность или начал заглаживать вину, но он поступил ещё круче — вообще не появился. Хотя она торчала на кухне, наверное, целый час, неспешно готовя какое-то подобие обеда, даже и близко не похожего на шедевры Джинни. Логично предположить, что профессор сидел в своем подвале зельевара, но лезть туда у неё веской причины не было, тем более после такого его поведения. Хотя можно спросить, не собирается ли он сделать перерыв на еду…
Патронус засеребрился в воздухе перед ней и сделал несколько кругов по комнате, прежде чем оповестил, что передаст отчет Роджерсу, и тот занесет его, куда нужно, в ближайшее время. Плита опять пострадала, пока Гермиона благодарила Бриджерса и сообщала адрес своему подчиненному. Было бы гораздо удобнее, если бы у всех в министерстве были телефоны. Снейп так и не вышел, но теперь у неё появился повод дернуть его посерьезнее.
Вот только дурацкий подвал оказался закрыт. Она постучала по крышке люка, чувствуя себя глупо, но никакой реакции не дождалась. Зайти без предупреждения не было для неё проблемой, но взламывать защиту все же казалось перебором. Гад Снейп или нет, она тут гостья на птичьих правах, а не аврор на задержании. Да и мало ли что он там делает, о чем она, возможно, и знать не хочет.
До обеда дело не дошло. Сигнальные чары у границы барьера подсказали, что Роджерс уже ждет её. Гермиона спешно накинула мантию и спустилась вниз.
— Добрый день, мэм, — он улыбнулся и махнул рукой.
— Добрый, Марк, — она спустилась с крыльца и подошла к нему вплотную, чтобы отдать вещи. — Как дела?
— Да все по-прежнему. Занимаюсь бумажной работой, — его улыбка стала ещё шире. — И ставлю на место зарвавшихся сучек.
Она нащупала палочку в рукаве сразу, но он схватил её за ладонь, почти нежно перехватывая пальцы, и дернул в сторону. Очевидно, пытался переместиться, но ничего у него не вышло — в отличие от всех остальных защитных чар, это препятствие имело чуть большую зону действия. Поэтому-то она периодически и гуляла по Паучьему тупику, несмотря на погоду. И Снейп опять оказался прав — на безопасность ему жаловаться не приходилось, как и на предусмотрительность.
Гермиона тоже шагнула, но в противоположную сторону, стремясь освободить свою руку и уйти в безопасную зону. Однако, тут же его хватка усилилась, и дуло уперлось ей в живот. Нашла! Бриджерсу можно было уже не беспокоиться, это, вероятно, и есть табельный пистолет Моргана. Хотя изучать его и сравнивать Гермионе было неудобно. Роджерс смотрел ей прямо в глаза, она тоже старалась не разрывать зрительный контакт. Марк, её верный Марк, относившийся к молодой начальнице почти по-отечески, не мог так поступить с ней или со всеми этими магглами. Несмотря на весь цинизм, Гермиона не хотела в это верить.
