«Но вы же так и не выяснили, откуда они брали все эти вещи. Значит, у них нет с этим проблем».

— Что только подтверждает приложенные усилия.

Они обменялись взглядами. Она — неприязненным, он — холодно равнодушным. Бартер прошел успешно.

«Возможно, им нужны были определенные условия, и это позволяло их создать».

— Ладно, допустим, — все ещё недовольно согласилась Гермиона и вспомнила Джорджа, он предполагал что-то подобное: — Или способ убийства был важен. Но это все равно ни к чему нас не приводит. Бессмысленное насилие и весь этот кураж безнаказанности и то больше объясняет.

«Несмотря на результаты их действий, сложно не заметить, что к статуту они относятся довольно аккуратно, по крайней мере, относились изначально».

— У вас какие-то слишком низкие стандарты. Больше похоже на хождение по краю, — хотя, конечно, с Пожирателями не сравнить. — Такое количество трупов мало сочетается со стремлением придерживаться правил.

«С Адамсом и Андерсеном, скорее всего, что-то просто пошло не так. Но они могли бы привлечь ваше внимание гораздо громче и очевиднее, а не устраивать западню в пустом здании».

— И попутно целенаправленно прикончить копа, — опять вспылила она. — Вот спасибо-то ему за осторожность! Как он для меня расстарался, прямо сердце радуется.

Гермиона состроила пораженную-до-глубины-души мину и даже картинно прижала ладони к груди. Снейп сидел с совершенно каменным лицом и плотно сжатыми губами, хотя по её ощущениям, общение шло почти в спокойном тоне. Ну, учитывая личность профессора и его обычную манеру поведения.

— Вы ведь сейчас просто выдаете совершенно случайные предположения различной степени фантастичности?

«Вам не хватает широты мышления, мисс Грейнджер. Вы слишком зацикливаетесь на определенных паттернах поведения и пытаетесь подогнать под эти рамки все происходящие события. Люди не делают все всегда одинаково, попробуйте посмотреть с разных точек зрения, возможно, вам откроется что-то новое». Она даже читать устала.

— Или это просто маньяк со своим извращенным взглядом на мир, понимать который я не очень-то хочу. Я покусилась на его игрушки, и он теперь пытается мне отомстить.

«И вот опять. По всем признакам выходит, что преступников, как минимум, двое». Гермиона подавила желание сложить руки на груди в защитном жесте (они и так оба постоянно это делали), но все равно переплела пальцы в замок.

— С чего вы взяли?

«Слишком четкое разделение на рациональные и агрессивные действия. Маловероятно, что один и тот же человек способен и качественно стереть всем причастным к аукциону магглам память, показывая свою организованность, и при этом устроить какие-то нелепые смертельные ловушки».

— По-моему, вы сами же своим существованием этот тезис и разрушаете, — отсылка к его поведению в школе при высоком уровне окклюменции и, соответственно, самоконтроле не нашла отклика. — И я не вижу, уж простите, ничего нелепого в этих ловушках.

«Считаете, они действительно собирались убить вас?»

— То, что он играл со мной, не значит, что он не хотел моей смерти. У него, в конце концов, почти получилось.

«Возможно им приходилось балансировать, чтобы не нарушать интересы друг друга». Снейп как будто вообще её не слушал. Хотя, конечно, вероятность того, что преступников несколько, Гермиона не отрицала. Одни торги проконтролировать в одиночку достаточно сложно, не считая уж всего остального. Но если это не очередная группировка с твердой вертикалью власти, а какие-то индивидуальные партнерские отношения, то держатся они очень хорошо. На почве личных конфликтов должны были бы уже наделать кучу ошибок. М-да, от Снейпа она ожидала какой-то более конкретной помощи в деле.

— Ладно, не будем и мы нарушать интересы друг друга. Что вы ещё хотели знать о моих снах? — она пересилила себя, закрыла ноутбук и начала сгребать записи в кучу.

«Вы описываете их, как случайные ментальные отпечатки, смешанные с фантазиями. Наблюдался ли в их последовательности какой-то прогресс?» Ему не составило труда поменять тему. Гермиона же порезалась бумагой, пока пыталась вспомнить, что за чем шло, и отвлеклась на заживление.

— Да, видения стали более конкретными и похожими на настоящие воспоминания с течением времени. Той ночью, когда я вам написала про кофе, это вообще было похоже на дословную хронологию дня в Мунго.

«Какие условия требовались для их появления?»

— Вы, — прямо ответила она и посмотрела на него, слизывая остатки крови с пальца. — Позже видения стали приходить более хаотично, но изначально… Думаю, если бы мы не начали работать вместе, моя память осталась бы стабильна.

«Значит я послужил триггером?»

— Предположу, что конкретным триггером послужила эмоциональная вовлеченность. Все же мы, — Гермиона поджала губы, — не совсем чужие люди, если не вдаваться в подробности.

«Можно и так сказать». Было ощущение, что он видит её насквозь, но лукавит. «Вы провели и в Мунго, и здесь достаточно много времени». Как будто дело было только в этом.

— Одно сплошное нарушение личного пространства. Представляю, как вас это раздражало.

Гермиона хотела опять уколоть его намеком, но неожиданная боль пронзила затылок, как от хорошего удара, отдавая и в уши, и в челюсть. Зубы заныли, в горле встал ком, она схватилась за голову, но это, конечно, никак не помогло. Снейп направил на неё палочку и попытался что-то сообщить, но буквы плясали перед глазами, отказываясь складываться в слова.

*

Профессор рассматривал каменную крошку у неё в волосах, она штопала рукав рабочей мантии, уже изрядно потасканной. Руки немного дрожали от перенапряжения и шов выходил неровный. Конечно, так много торчать в Хогвартсе не было никакой необходимости. Никто не заставлял учащихся восстанавливать замок своими силами — министерство занималось этим вполне официально, те же лестницы зачаровывали по новой профессионалы. Но к сентябрю они катастрофически не успевали со всей магией и энтузиазмом, так что от лишней рабочей силы все равно не отказывались. Да и им всем было больно видеть школу такой.

Когда она пришла, Снейп сидел на кровати — сам и без поддержки — и уже гораздо увереннее держал карандаш, тренируя письмо. Но сейчас прекратил мучить бумагу и лишь хмурился.

— Вам больно?

Гермиона внаглую пересела на постель, практически касаясь коленкой его бедра, и протянула ладонь, прося у него руку и, нет, не сердце, а немного доверия.

— Вы очень спешите. Мышцы ещё не адаптировались к нагрузкам, поэтому возникают спазмы.

Она взяла его кисть и начала уверенно разминать, как будто делала это уже сто раз. И совсем не смущается. Вообще ни разу. Снейп не сопротивлялся, но напрягся так, что, казалось, даже воздух вокруг них застыл. Гермиона проигнорировала это, как и его взгляд, и выражение лица.

— Либо притормозите, либо не мешайте мне помогать вам.

Фраза повисла в воздухе, пока Гермиона пыталась проморгаться и прийти в себя. Судя по всему, она произнесла это вслух, находясь на границе сна и бодрствования. Вероятно, Снейп вырубил её или вогнал в какой-то транс, чтобы облегчить состояние, но совсем ненадолго. Они все ещё были на кухне, и он поддерживал её в сидячем положении заклинанием. Гермиона пошевелилась, тяжело опираясь на стол, и чары спали.

— Что бы вы там не делали, чтобы добиться разблокировки моей памяти, делайте это побыстрее, — она опустила гудящую голову на руки. — Вспоминать наяву мне не понравилось.

Снейп не ответил и коротко взмахнул палочкой.

— Ещё какие-нибудь вопросы? — максимально ядовито продолжила она.

«Нет. Я уже в достаточной степени изучил механизмы, влияющие на вашу память». Откуда-то снаружи прилетел пузырек с зельем, и профессор спокойно протянул его ей.

— Вы… спровоцировали это? — из-за возмущения даже боль немного притупилась.

«Это громко сказано, я всего лишь вытащил наружу то, что плавало на поверхности».

— Всего лишь? Вы мне чуть мозги не спекли!