Они сидели в креслах друг против друга в комнате со стенами, обитыми тёмно-вишнёвым бархатом. На потолке красовалась роспись: мужчина с фиалковыми глазами и рядом с ним — юная девушка, похожая на Аюми-сан. Ярко-жёлтые портьеры отделяли гостиную от остальной части дома, которую я не мог видеть. В камине из льдисто-белого мрамора медленно догорал огонь.

— Я полагала, что хотя бы тебе могу доверять, — ровным голосом заговорила Лилиан, но я точно знал: её сердце сжигает беспредельная ярость. — Оказывается, нет. Стоило слегка ослабить поводок, и ты снова сделал попытку сорваться.

— Во-первых, я не пёс, — сухо отозвался лорд Артур, — поэтому сравнение нашего контракта с поводком для меня довольно оскорбительно. Второе: в этом мире нет никого, достойного абсолютного доверия. Исключений не бывает. Жаль, что такая взрослая девочка, как ты, претендующая на передел Земли, до сих пор пребывает в иллюзиях.

— Ты давал клятву духа-хранителя, — нахмурилась Лилиан.

— Неверная формулировка. Ты вырвала клятву с помощью обмана и шантажа. И ждала искренности? Inmensum stultitia*.

— Поначалу ты был искренен.

— А затем разглядел твоё подлинное лицо. Благодаря Цузуки-сан, кстати. Он невольно раскрыл мне твою истинную суть.

— Каким образом мой милый братец что-то мог рассказать обо мне? — в её голосе послышалась насмешка. — Он меня даже не помнил тогда.

— Ты неверно поняла. Цузуки-сан ничего не рассказывал. Его забавная наивность, честность и самоотверженность послужили отличным фоном для твоего лицемерия и нездоровых амбиций. Разительный контраст между вами стал очевиден.

Рывком вскочив на ноги, Лилиан отшвырнула кресло. Проехав по паркетному полу, оно ударилось о решётку камина и завалилось набок. Мой двойник спокойно наблюдал за безумством своей госпожи.

— Опять он? — зашипела Лилиан. — После попытки тебя убить, после того, как он предпочёл тебе другого, ты всё ещё на его стороне?!

— Я никогда не находился ни на чьей стороне, кроме собственной, — хладнокровно заметил лорд Артур. — Не заблуждайся.

— Хорошо, пусть. Но ты хоть иногда способен подумать о том, что в обоих мирах, кроме меня, тебя никто не ждёт! Ты один, тебя все ненавидят. Но ты постоянно пытаешься улизнуть! В который раз, Кадзутака? Прошлая попытка ничему тебя не научила? Впрочем, учитывая нынешний результат, вижу, ты стал умнее. Подставил наивную бедняжку, на своё несчастье увлёкшуюся тобой. Сколько лет ей было? Восемнадцать? Или чуть больше?

— Пытаешься вызвать жалость или пробудить мою совесть? Поздно. Во мне давно умерло и то, и другое.

— Совсем недавно ты обещал, что будешь защищать меня до последних дней этого мира.

— Мир рухнул.

— Там — почти. Здесь — ещё нет. Следовательно, никто не помешает осуществить наш замысел. Я сдержу слово. Новая Земля появится лишь из твоих и моих желаний. Неужели тебе не льстит мысль стать сотворцом целого мира? Я прощаю тебе попытку оборвать связь с Оком. Ты достаточно наказан уже тем, что потерял сильную помощницу и утратил искру Мастера Амулетов, лишив, правда, и меня важного преимущества. Но я готова тебя простить. Всё равно без искры ты не сумеешь воссоздать Разрушителя. Но, подумай, разве тебе на самом деле нужно избавиться от меня и Ока? Давай забудем старые счёты. Я лгала, но и ты не был честен. Я причиняла боль — ты отвечал тем же. Зачем продолжать это бесцельное состязание? Если между нами не будет единства, нас уничтожат. Герцог Астарот собирает сильные души в обоих мирах, чтобы противостоять нам в день Апокалипсиса. Энма тоже плетёт сети, и о его планах я могу лишь догадываться. Теперь появился амулет синигами, из-за которого столько проблем! И в это трудное время под видом помощи ты пытаешься предать меня? Единственную, кто тебя принимает таким, каков ты есть? Думаешь, мой братец способен оценить твою жертву? Даже расскажи ты ему правду об истинных причинах своих поступков, он не поверит! Он неблагодарен, эгоистичен и лишь кажется наивным. На деле он не способен любить никого, кроме себя. Его альтруизм — одна видимость. Ты ошибаешься в нём, а я отлично его знаю. В нём душа Иуды. Он предаёт всех, кого якобы любит, принося лишь смерть и разрушение близким людям. Асато — подлинный синигами, с рождения. И ради него ты пожертвовал жизнью Каэдэ-сан, не выполнив обещанное мне?

— Какие патетические речи, — на лице моего двойника не отражалось ничего, кроме лёгкой брезгливости. — Решила сменить амплуа и сыграть в благородство и всепрощение? Прежде ты пробовала уничтожить мои чувства, отравить разум, разрушить тело. Обманом привязала к Оку, но до сих пор так и не добилась полного подчинения. Учти, за себя я буду бороться до последнего. Мне сейчас нет смысла притворяться, ибо запасные козыри в рукаве исчерпаны. Я обещаю, больше ты не сможешь сделать из меня безвольную вещь. Прошли времена, когда тебе это удавалось. И я очень хочу взглянуть, как ты справишься с Оком в день Апокалипсиса, когда против тебя выйдут все, а на твоей стороне не будет никого. Даже меня. Я постараюсь, чтобы так и было.

Леди Эшфорд смотрела на своего духа-хранителя с безграничной ненавистью.

— Ты пожалеешь, — наконец, вымолвила она. — Крепко пожалеешь!

Лорд Артур пожал плечами и встал с кресла.

— Я потерял всё, включая душу. О чём можно сожалеть? К боли я привык, смерти не боюсь, страдать разучился. У тебя нет ничего, чем ты могла бы меня запугать. И, самое главное, у тебя больше нет ни одной кандидатуры на моё место. Рэндзи и Микако-сан находятся под защитой того развесёлого синигами с совой, оба Цузуки-сан заняты нашими двойниками, причём другая Ририка больше тебе не подчиняется. Поиски кого-то нового отнимут много времени. Тебе придётся смириться с тем, что есть. Иначе говоря — со мной. И да, спасибо, что «ослабила поводок». Думал, ты раскусишь меня, но ты поверила и поддалась. Стало быть, какая-то часть твоей души ещё не сожрана Оком. Без сомнения, этот факт внушил бы Цузуки-сан надежду на твоё спасение. Увы, я не так наивен, как он.

С этими словами лорд Артур развернулся и пошёл к дверям. Лилиан побледнела от ярости.

— Не смей уходить! Я приказываю тебе остаться! Слышишь?! Приказываю!

Мой двойник оглянулся с едва приметной насмешкой на лице.

— Лучше прикажи Оку вернуть свою подлинную душу. Тогда, возможно, я соглашусь по доброй воле стать твоим сообщником. И супругом не только на бумаге. Точнее, не только в фальшивом свидетельстве.

Более не медля, он покинул комнату. Лилиан сжала кулаки, лицо её исказилось злостью.

— Не боишься страданий? Ничего, я найду способ заставить страдать того единственного, чья судьба тебе небезразлична, и это, бесспорно, научит тебя послушанию!

Я открыл глаза. Цузуки всё ещё мирно посапывал рядом, отвернувшись лицом к окну.

«Интересно, имеет ли эта привидевшаяся мне чушь хоть какое-то отношение к реальности?» — задумался я.

Вездесущий амулет, как всегда, не преминул вмешаться в сугубо личный процесс мышления.

«Господин, ваш последний сон, безусловно, очень точно отражает реальность».

«Спасибо за помощь, — спокойно ответил я наглому камню. — А теперь объясни, в чём дело? Благодаря твоей магии, я становлюсь телепатом?»

«Нет, хозяин. По мере того, как время здесь движется к точке Апокалипсиса, оба мира постепенно начинают сближаться друг с другом. А это означает, что и души двойников стягиваются одна к другой. Не только вы, а многие теперь видят подобные сны о своих альтернативных «я», правда, не понимают их значения. Грядёт великое событие — столкновение двух вселенных. По своим масштабам оно будет сравнимо с Большим Взрывом. И на осколках погибших миров родится новый. Но вы это и так знаете, ведь вам предстоит участвовать в этом событии наряду с обеими леди Эшфорд. Впрочем, на данный момент нашим опаснейшим врагом является только леди Эшфорд из мира вашего хранителя».

«Постепенно она лишается необходимой поддержки. Не хочу злорадствовать, но раздор во вражеском стане прекрасен», — признался я.