Поблизости от меня молодая женщина переходила улицу, толкая перед собой коляску. Я узнал Фудзивара-сан. Она меня не заметила, несмотря на то, что я не применял чар, скрывающих облик.

Вдруг Асахина оступилась и упала, выпустив из рук коляску. Та покатилась к центру перекрёстка. Неожиданно из-за поворота выскочил лиловый «субару форестер».

Тело среагировало быстрее, чем разум. Я прыгнул вперёд и вытолкнул коляску на тротуар. Машина, виляя из стороны в сторону, промчалась мимо и врезалась в ближайший столб. Из-под капота повалил густой чёрный дым. Вскочив на ноги, Асахина молнией метнулась к коляске, подхватила Моэку на руки и прижала к себе.

Из автомобиля кубарем выкатился перепуганный водитель — парень лет двадцати. Он бежал, размахивая руками и крича, что его машина, словно взбесилась. Он не мог затормозить, как ни пытался. Спрашивал, все ли живы, никого ли он не задел?

Вокруг начала собираться толпа, взволнованно обсуждавшая происшествие. С соседней улицы послышался звук приближающейся полицейской сирены.

В это мгновение Асахина повернулась ко мне, и я увидел на её лице то же самое, что недавно наблюдал у Моэки: на левой щеке молодой женщины появился силуэт дракона, глотающего меч, на правой — небо, усыпанное звёздами. В глазах Асахины мерцало призрачное золотистое пламя.

Прежде чем я успел вымолвить хоть слово, передо мной снова возникли стол, клавиатура и монитор. Я опять оказался в офисе, где работал второй месяц.

— Тацуми-сан, вы так бледны! Вам нехорошо? — услышал я робкий голос Юмико-тян, сидевшей за соседним компьютером.

— Всё нормально, — я поднялся с места. — Мне нужно ненадолго выйти. Скоро вернусь.

Я добрёл до туалета и заперся в кабинке.

Итак, это точно была не телепортация, иначе сотрудники офиса заметили бы моё отсутствие. Значит, я не перемещался никуда физически, а всё время сидел за компьютером, только воспринимал себя совершенно в другом месте.

Астральная проекция?

Мне, безусловно, было знакомо это понятие, но я никогда прежде не испытывал подобного на себе. Магией разделения на несколько личностей я также не владел.

Может, у меня галлюцинации? Ещё не хватало!

Впрочем, какова бы ни была разгадка, сейчас надо успокоиться и продолжать работу.

Вернувшись на место, я увидел, что экран мобильного, лежащего на столе, мигает, уведомляя о получении нового сообщения. Содержание sms оказалось тем же, что и в прошлый раз: «Фудзивара Моэка в опасности».

Стало быть, ничего мне не привиделось, всё случилось на самом деле, только я оказался на месте происшествия раньше, чем получил сообщение. Как такое могло произойти?

Вечером я поведал обо всём Ватари, своим рассказом немало озадачив его. Спрашивать у Хисоки, не случалось ли с его кузиной чего-то необычного, я не решился, опасаясь вызвать новые подозрения. Пришлось обратиться к Эшфорд-сан, испросив разрешения на аудиенцию в её шикарном номере.

Лилиан, одетая в облегающее платье светло-лимонного цвета с волнующим разрезом до середины бедра, выслушав меня, задумалась:

— Нет, это не телепортация. Схожие ощущения испытывает дух-хранитель, когда его призывают. Я спрашивала у Асато.

— Но я не дух-хранитель! По крайней мере, раньше не был.

— Тем не менее, тебя что-то заставило броситься на помощь к Фудзивара-сан. Возможно, вы связаны заклятьем? Только вот не ясно, каким.

А если она права? Асахина и её дочь являются носителями древней магической силы. Не обладает ли юная мать заодно и способностью делать кого-то своим духом-хранителем?

Лилиан тихо засмеялась.

— Выглядишь потерянным, — она ласково провела пальцами по моей руке. — Не волнуйся, всё уладится. С древней магией, конечно, шутки плохи. Но, может, всё происшедшее — просто побочное следствие схватки с Вадой? Если ещё раз случится то же самое, расскажи мне.

Её стремление помочь и утешить пугало не меньше, чем проявляемая подчас жестокость. Но я пообещал.

С того дня, сам того не желая, я трижды оказывался на улицах и в супермаркетах Харадзюку, спасая Асахину и Моэку то от куска пластика, сорвавшегося с небоскрёба, то от расколовшейся витрины магазина, то от рухнувшего стеллажа с книгами, то от упавшего на тротуар электрического провода.

— Демоны продолжают охоту, — сообщила Лилиан на четвёртый день. — Впрочем, иначе и быть не могло. Его Светлость так легко не сдаст позиции. Теперь вместо Вады в игре задействован кто-то другой. Новая пешка, которую мы не знаем. Однако даже моему амулету не ясно, какая роль в этой истории отведена тебе. Я ещё поняла бы, если бы это был Куросаки. Но Асахина? — она пожала плечами. — Никаких версий.

— И почему ты не удивилась бы, если бы это был Хисока?

— Слепому же ясно, что за неимением собственных детей ты решил поиграть в заботливого папочку, — она вздохнула. — Что ж… Рано или поздно эта игра, конечно, завершится, поскольку он — человек, а ты синигами, но пока продолжай, если тебе нравится. Со стороны очень мило выглядит.

Я хотел что-то ей возразить, но передумал. Зачем объяснять? Она только скорее удостоверится в обратном.

— Думай, что хочешь.

Лилиан хитро улыбнулась, попрощалась и исчезла из комнаты.

— Тацуми-сан, — встревоженно обратился ко мне Хисока, когда я зашёл к нему в выходной. — Вы верите в ряд трагических совпадений?

Оймикадо-сенсей два дня назад снял с него гипс и разрешил Хисоке перемещаться по палате и даже с осторожностью — по территории клиники. Дело шло к выздоровлению.

— Почему ты вдруг спросил? — уклонился я от прямого ответа.

— Мне тревожно за Асахину.

И Хисока кратко пересказал то, что я уже и без него знал, поскольку являлся свидетелем происшествий.

— Думаете, это случайности?

Я попытался успокоить его, убеждая, что от подобных случаев никто не застрахован.

— Главное, они уцелели. Не думай о плохом.

— Асахине кажется, что их с Моэкой кто-то постоянно спасает. Она чувствует чьё-то присутствие рядом в такие моменты. Тацуми-сан, она боится сойти с ума! Сначала бесследное исчезновение Вады после того кошмара, теперь несчастные случаи и ощущение, что рядом присутствует кто-то невидимый. Мне кажется, происходящее можно объяснить с точки зрения здравого смысла, но как? Один человек не способен организовать подобные покушения на другого. Это похоже на мистику. Но я не верю в мистику!

— И правильно. Ничего таинственного не случается. Считай происходящее с твоей кузиной полосой невезения, которая однажды закончится. А насчёт её страхов… Это тоже объяснимо. Фудзивара-сан многое пришлось пережить. Она волнуется за тебя, Нобору-сан и Моэку. Неудивительно, что её порой преследуют странные чувства.

Хисока с сомнением поглядел на меня, но ничего не ответил. На душе стало тоскливо. Я снова ему солгал. Я погряз во лжи.

В понедельник я выполнял рутинную работу в офисе, когда стул подо мной ухнул вниз. Глаза заволокло пеленой, а через секунду я обнаружил, что стою возле центрального фонтана парка Ёёги. Асахина, одетая в светлую куртку и джинсы, прогуливалась поблизости, придерживая одной рукой коляску.

На улице было тепло. Светило солнце, и в ветвях деревьев с полураспустившейся листвой чирикали воробьи. Высокий молодой мужчина в чёрном пальто решительным шагом пересёк ближайшую дорожку и подошёл к Асахине. От него распространялась непонятная аура. Мне она напомнила бесформенное пятно серой краски, растёкшееся по бумаге. На мага или синигами этот тип не был похож, но и на обычного человека тоже.

— Привет, милая!

Асахина испуганно отшатнулась.

— Кто вы?

— Как — кто? Это я, Нобору! Хотел сделать тебе сюрприз. Неужели не вышло? Меня только утром освободили, и я немедленно рванул в Токио. Дай же обнять тебя!

Фудзивара-сан судорожно вцепилась в коляску. В её глазах блеснул золотой огонь, на щеках слабо замерцали магические символы.

— Я не знаю вас. Отойдите!