Служанка недоверчиво покосилась на мою руку, зажимавшую место ранения, но ничего не сказала.

Руй-сан, одетая в кимоно цвета спелой сливы, спустя десять минут подошла к комнате лишь для того, чтобы бесстрастно констатировать:

— Бедный парень, удержу ведь не знал и границ не видел, — и покачала головой.

Вскоре приехали полиция и «скорая». Двое молодых сотрудников проверили наши с Лилиан документы, осмотрели место происшествия, опросили по очереди всех, в том числе перепуганную, плачущую Хориэ-сан. Потерю памяти списали на сильный шок. Тело покойного врач забрал в морг.

— Надо сообщить Нагарэ о случившемся, — заметила вслед отъезжающим машинам Руй. — Пора ему возвращаться.

Я поразился самообладанию этой женщины, либо её абсолютному бессердечию. Лилиан, стоя неподалёку, успокаивала Мийю, говоря с ней вполголоса, а затем вдруг подвела горничную к Руй-сан.

— Госпожа Куросаки, Хориэ-сан готова сделать неофициальное признание. Будем считать, что не для протокола.

— Какое признание? — высокомерно спросила хозяйка, глядя на несчастную служанку сверху вниз.

Давясь слезами, Мийя заговорила о том, что по приказу Фудзивара Орито забрала сто миллионов йен из сейфа, спрятала их и забыла о случившемся.

— Я согласна понести любое наказание, но… Я долгое время не помнила совсем ничего! Простите, госпожа!

Руй-сан удивлённо воззрилась на Мийю.

— Ты просто выгораживаешь кого-то, — сделала вывод она. — Интересно, кого?

— Я сказала правду, клянусь!

— И ты не потратила деньги? — с подозрением уточнила Куросаки-сан. — Они по-прежнему лежат там, где ты их оставила?

— Я к ним не прикасалась!

— Каким образом Хисока причастен к происшедшему?

— Он вообще ничего не знал! Господин Фудзивара сообщил мне код сейфа и приказал забрать деньги. Посоветовал воспользоваться носовым платком, чтобы не осталось отпечатков. Я была сама не своя. Не понимала, что творю. Даже не знаю, почему я подчинялась каждому его слову?

— Наверное, потому что спала с ним, — едко поддела горничную Руй-сан. — Насколько мне известно, Орито-кун, мир его праху, не пропускал ни одной смазливой мордашки.

Лицо Мийи вспыхнуло.

— Между нами ничего не было!

— Неужели? И что тогда повлияло на твои мыслительные способности столь неблагоприятным образом?

— По всем признакам, длительный приём снотворного и гипнотическое внушение, — пояснила Лилиан, после чего взоры обеих женщин обратились к ней. — Похоже, ваш племянник, госпожа Куросаки, собирался подставить вашего сына. Другого объяснения я не нахожу, ведь похищенные деньги до сих пор целы.

— Мерзавец, — безразличным тоном обронила Руй. — А деньги где?

— В дупле старой глицинии, — отозвалась Мийя. — В коробке из-под конфет.

— Ничего другого от недалёкой девчонки вроде тебя и ожидать не приходилось! — рассердилась Руй. — Наверняка кто-нибудь уже вытащил их! Давай, показывай!

Вопреки ожиданиям, жестяная коробка оказалась не пустой. Дупло было глубоким, туда не затекала дождевая вода, и, находясь внизу, никто бы не догадался, хранится там что-то или нет. Хориэ-сан, переодевшись в свитер, джинсы и кроссовки, ловко забралась по веткам и достала драгоценную пропажу.

Руй отвинтила крышку, тщательно пересчитала купюры.

— И, правда, всё цело.

Неожиданно, размахнувшись, влепила служанке пощёчину. Мийя молча прижала ладонь к покрасневшей щеке.

— Зря вы так, — сумрачно произнесла Лилиан. — Вы сами видели, какую записку нашли полицейские в комнате: ваш племянник пытался заставить Мийю оклеветать себя, хотя кража денег была исключительно его затеей.

— Орито-кун умер и не сумеет ответить за свои деяния, а я волновалась за сына, — пафосно изрекла Руй-сан.

Развернулась и, как ни в чём не бывало, с коробкой в руках двинулась по направлению к дому.

— Теперь она меня упрячет в тюрьму, — запричитала Мийя. — Ведь сейф открыла и деньги забрала именно я! Из-за меня бо-тян едва не оказался за решёткой!

— Не бойся, — ответила ей Лилиан. — Никто тебя никуда не упрячет. Отделение Камакуры вплотную займётся расследованием смерти Фудзивара-сан, будут проверять, где и у кого он купил револьвер, искать лиц, причастных к незаконной торговле оружием. А тем временем записка с твоим «признанием» из рапорта и из памяти полицейских пропадёт, да и госпожа Руй забудет о том, кто указал ей дорогу к деньгам. Будет помнить, что нашла где-то в доме сто миллионов йен, которые, оказывается, никуда не пропадали.

Мийя перевела шокированный взгляд на мою напарницу.

— Яо-сан, откуда вы можете знать такие вещи?

— Знаю. Не забивай голову.

Я увидел, как аметист в рукояти кинжала снова замерцал, разгораясь всё ярче. Зловещий фиолетовый свет, видимый лишь мне и Лилиан, окутал фигурку Хориэ-сан, распространился по саду, устремился к дому Куросаки. Леди Эшфорд ласково гладила служанку по голове и шептала:

— Спи, девочка, а когда проснёшься, забудь обо мне и господине Мори. И о том, что сама натворила полгода назад.

Ноги Мийи подкосились, и она мягко упала на сухую траву под старой глицинией.

— Уходим, — Лилиан схватила меня за руку и, прежде чем я успел хоть что-то возразить, увлекла за собой.

Когда телепортационный канал закрылся за моей спиной, я доковылял до дивана в гостиной и некоторое время сидел, пытаясь собраться с мыслями.

— С чего такая кислая мина? — прервала мои размышления Эшфорд-сан, устраиваясь рядом. — Всё получилось, как мы хотели. Деньги найдены, виновный наказан, Хисоку-кун оправдают.

— Вам совсем не жаль погибшего парня?

— Низкого подлеца, подставившего невинную девушку? — сухо уточнила Лилиан.

— Да, он совершил много отвратительного, но … Вы не знаете остального. Орито влип в какие-то крупные неприятности, и он пытался защитить сестру и племянницу! Я считаю, расследование не завершено, и мы должны вернуться в Камакуру.

— Что за нелепая затея? — насмешливо поинтересовалась Лилиан. — Зачем?

— Разыскать того, с кем Орито встречался ночью на кладбище.

— Мне безразлично, с кем он встречался.

— Вы не понимаете, — заговорил я. — Тот тип требовал, чтобы Фудзивара-сан во что бы то ни стало привёз в Камакуру Асахину с дочерью. Они ему зачем-то нужны, но явно не для добрых дел. Это он обучил Орито-кун заклинаниям, стирающим память, и посоветовал использовать снотворное и гипноз, чтобы подавить волю Мийи. Вот кто должен сидеть на скамье подсудимых! Наверняка этот человек виновен и в других преступлениях. Он сильный тёмный маг.

Леди Эшфорд не двигалась с места.

— По-вашему, теперь я должна мчаться, очертя голову, спасать незнакомую девчонку, на которую положил глаз некий таинственный колдун? Или пытаться узнать, не убил ли он кого-то? Тацуми-сан, давайте начистоту. Я обещала помочь с расследованием дела Куросаки. Деньги найдены, преступник мёртв. Меня не касается, что дальше случится с членами этой семьи, кем им приходится человек в плаще и зачем он ищет Фудзивара Асахину. Настала ваша очередь исполнять обещанное.

Лилиан сказала всё это таким тоном, что я понял: она не будет больше мне помогать.

— Так вы собираетесь обучать меня управлению Тенями? — в голосе леди Эшфорд зазвучала скрытая угроза.

Прямой отказ был равносилен объявлению войны очень опасному противнику.

— Я сделаю всё от меня зависящее, но не ручаюсь за результат. Не каждому дано стать Повелителем Теней.

— Отлично. Я принимаю такие условия. Но перед тем, как мы приступим, позвольте облегчить вашу участь, — она соскользнула с дивана и очутилась напротив меня.

Её рука легла мне на живот.

— Что вы делаете? — опешил я.

— Внутри вас находится милый подарочек от Фудзивара-сан. Надо его вынуть.

— Ватари поможет, не беспокойтесь.

Я не доверял ей, учитывая последние события.

— Зачем же ждать? — хищно усмехнулась она и, сорвав кинжал с шеи, с размаху вонзила клинок в мой живот.