— Мне нужно в туалет, — неожиданно заявил Джастин, решив перестраховаться, по крайней мере, пока. Брайан уставился на него в ответ. Он не был одурачен, но и не пытался заставить его передумать.

— Ванная там, — сказал Брайан, указывая в сторону спальни, не двигаясь с места. Джастин слегка кивнул и направился к ступенькам, чувствуя на себе пристальный взгляд Брайана.

Войдя в комнату, он закрыл за собой дверь и направился к раковине, его сердце бешено колотилось. Включив воду, он плеснул немного холодной воды на лицо. Подняв голову, он уставился на свое отражение в зеркале и, пробормотав: «Что ты делаешь?», закрыл глаза и вздохнул.

Не желая, чтобы Брайан подумал, что он избегает его, он занялся своими делами, вымыл руки и глубоко вздохнул, прежде чем вернуться назад. Выходя из ванной, он услышал мелодию своего телефона, но к тому времени, как он оказался в гостиной, она уже прекратилась. Именно тогда он заметил, что Брайан держит его телефон в руках, приковав взгляд к светящемуся экрану.

— Брайан? — неловко позвал Джастин, почувствовав внезапное беспокойство. В позе Брайана было что-то такое, от чего ему стало не по себе. Он сглотнул, ожидая, что Брайан посмотрит на него, но тот по-прежнему смотрел на экран, хотя Джастин видел, что тот уже потемнел.

— Брайан, — повторил он, подходя ближе. Брайан уставился на невидимую точку перед собой, но так и не сдвинулся с места. Джастин не знал, что делать, поэтому просто стоял.

Наконец, Брайан протянул ему мобильный телефон, по-прежнему не смотря на него. Джастин взял телефон из его рук и включил его, проверяя, кто ему звонил.

У него перехватило дыхание, когда он увидел на экране имя Джесси.

Черт.

***

Когда Брайан впустил Джастина в свой лофт, он не ожидал, что его реакция будет тревожной, но понял, что так оно и есть. Лофт был его убежищем уже долгое время, и, хотя в последнее время он подумывал о переезде, — в основном потому, что не становился моложе и хотел, чтобы у Гаса была настоящая комната — это место было важно для него. Он переехал сюда вскоре после того, как Джастин оставил его восемь лет назад, и никогда не жалел о своем решении, хотя в то время он едва мог себе это позволить.

Войдя в квартиру, он сделал вид, что ему все равно, что думает Джастин, и прошел в спальню, чтобы повесить пальто, а затем направился на кухню. Джастин ходил вокруг, как бы совершая «самостоятельный мини-тур», поэтому Брайан разрешил не вмешиваться. Он достал из холодильника две бутылки воды и поставил их на стойку. В конце концов, Джастин закончил осмотр и направился к нему. На его губах играла небольшая улыбка, прежде чем он заявил, что лофт выглядит точно так же, как Брайан. Брюнет притворился обиженным, но на самом деле он почувствовал облегчение. Не потому, что мнение Джастина было так уж важно… а, может быть, все-таки важно.

Брайан не мог не дразнить Джастина, наслаждаясь тем, как собеседника задевают его намеки. Он не поцеловал его, хотя ему до смерти хотелось сделать именно это, но он почувствовал изменения с тех пор, как они покинули Институт. Он знал, что секс — это не то, чего сейчас хочет Джастин, даже если его явно задевали поддразнивания Брайана. По правде говоря, сексуальное напряжение между ними было трудно не заметить, но Джастин в конце концов помешал им действовать, заявив, что ему нужно в туалет.

Брайан не сводил глаз с удаляющегося Джастина, пока не увидел его силуэт, исчезающий в ванной. Он никогда бы не подумал, что этот день закончится вот так: Джастин рядом с ним после того, как ему удалось найти пропавшего отца. День был сумасшедшим, но Брайан не жаловался. Даже если ему было трудно справиться со всем, что произошло за такое короткое время, присутствие Джастина было более чем утешительным.

Его мысли на мгновение переключились на отца. Воспоминания Джека возвращались, казалось, из ниоткуда и в непредсказуемое время, но впервые Брайан был уверен, что они помогут его отцу двигаться дальше и «повзрослеть». Сегодня, когда они сидели в комнате Джека, он почувствовал что-то другое, как будто у него действительно есть отец, кто-то, кто сделает все, чтобы защитить его так, как может защитить только родитель. Это было странно. Брайан никогда не чувствовал этого раньше.

Авария все еще преследовала его. Даже по прошествии стольких лет этот образ запечатлелся в его мозгу. Каждый раз, когда они с Джеком говорили о своем прошлом, воспоминания превращались в реальность, и было трудно дышать. В этом не было ничьей вины. Брайану просто нужно было продолжать дышать, пока это чувство обреченности не вернется в более отдаленное и отстраненное место в его сознании.

Он никому не говорил о том, что присутствовал на месте аварии, утверждая, что сразу же отправился в больницу после того, как полиция позвонила ему на телефон. Никто в этом не сомневался. Да и с чего бы? Медицинская бригада была слишком занята, пытаясь спасти его отца, чтобы заметить его присутствие. Вскоре вокруг машины собралась небольшая толпа зевак, а Брайан не проронил ни слова. И когда Дебби присоединилась к нему в приемном покое больницы, она предположила, что он не был свидетелем аварии, а он не стал ей возражать. А вот Майкл и Джесси всегда подозревали, что он что-то скрывает, особенно после того, как вскоре после аварии он вышел из-под контроля, но он никогда ничего не подтверждал.

Джесси, однако, каким-то образом догадывался. Когда произошел несчастный случай, они с Брайаном не разговаривали друг с другом. Они переспали за несколько месяцев до этого и с тех пор избегали друг друга. Но Брайан нуждался в друзьях как никогда, и когда Майкл попросил Джесси о помощи, потому что не знал, что делать, чтобы остановить их друга от самоубийства с помощью секса, выпивки и наркотиков, Джесси поспешил ему помочь, забыв о так называемой размолвке.

Тогда Брайан сделал бы все, что угодно, чтобы прекратить боль. Но больше всего он хотел перестать видеть эту картину — окровавленные, безжизненные тела. Поэтому он позволил мужчинам использовать свое тело. Сначала в комнате отдыха в Вавилоне. Затем он ходил в бани несколько раз в день. И, наконец, на частных вечеринках. Эта нездоровая спираль в конце концов привела его в грязное, нелегальное место, где его трахали незнакомые лица и где наркотики продавались, как конфеты. Он хотел летать; чем выше, тем лучше.

Во второй раз, когда он пришел туда, Джесси ворвался в комнату с Майклом по пятам. Брайан совершил ошибку, сообщив Майклу о своей деятельности, поэтому он не очень удивился, увидев его там, пытающегося изображать рыцаря в сияющих доспехах. Но он никак не ожидал увидеть Джесси. Когда Джесси попытался связаться с ним после аварии, Брайан отверг «жалость» друга, хотя и понимал, что поступил, как дерьмо, оттолкнув его снова.

И все же, той ночью, в этом темном, пропахшем сексом и потом месте, Джесси был на задании. Он избил человека, который хотел урвать кусочек задницы Брайана, и пригрозил всем парням в комнате, что вызовет полицию, если они еще хоть раз приблизятся к нему.

Брайан никогда раньше не видел Джесси таким злым. Однако он сопротивлялся, кричал на него, как капризный ребенок, даже пытался ударить его по лицу, но упал плашмя на пол. Прежде чем он полностью осознал, что произошло, Джесси и Майкл успели схватить его и вытащить из здания.

В тот вечер, когда трое мужчин вернулись к Дебби, — она, к счастью, работала в ночную смену — они отнесли Брайана в комнату для гостей. Он перестал жаловаться, слишком эмоционально измотанный, чтобы скрываться за своей обычной маской, и Джесси остался с ним, пока Майкл удалился в свою комнату, чтобы дать им возможность побыть наедине.

Когда Брайан начал плакать, Джесси долго обнимал его, повторяя снова и снова, что он должен отпустить их и научиться прощать себя. Брайан признался, что не может, потому что постоянно видит их, и Джесси инстинктивно понял, что он имел в виду. В ответ на мольбу Брайана он еще крепче прижал его к себе.

Брайану повезло, что в тот период его жизни он не оказался ВИЧ-положительным. Это стало бы настоящей вишенкой на торте. Восемнадцатилетний, осиротевший и с положительным результатом. Одно можно было сказать наверняка: если бы не вмешательство Джесси и Майкла, он бы умер, так или иначе.