Она смотрела на него с таким количеством эмоций, наполнявших ее глаза.

— Ты ошибаешься, — выдохнула она, прежде чем разорвать их легкие объятия и выйти из его кабинета.

***

Брайан позвонил Линдси позже в тот же день и оставил сообщение на ее голосовой почте, чтобы сообщить ей, что ровно через неделю ей назначен аборт, и что он будет там. Он провел ночь в одиночестве, сидя в баре и пытаясь держать себя в руках. Он не трахал случайных парней; он просто пил как рыба всю ночь. И следующую ночь. И следующую.

Он не мог смотреть Джастину в глаза. Если бы он увидел его, то сразу бы понял, что что-то не так. Он будет допытываться, пока у Брайана не останется другого выбора, кроме как рассказать ему правду, а брюнет не мог смириться с мыслью, что его парень снова будет ему противен. В его извращенном сознании он избавлял Джастина от необходимости разбираться с ошибкой, о которой тот должен был позаботиться сам. Внутренний голос смеялся над ним за то, что он даже подумал, что это хорошая идея — держать своего парня в неведении, когда они изначально были в таком плохом положении, но Брайан так много времени проводил, беспокоясь о последствиях этого откровения, что намеренно не признавал, что избегание Джастина может причинить еще больший вред.

Брайан хотел, чтобы аборт побыстрее закончился, чтобы они с Линдси забыли о случившемся и чтобы оба двигались дальше. Джастин не должен был знать правду.

Однако Брайан забыл учесть, что Линдси совершенно не устраивает его решение. Через несколько дней после столкновения с ним она отправилась к единственному человеку, который, по ее мнению, мог заставить отца ее ребенка передумать.

***

После неожиданного визита Линдси в их квартиру чувства переполняли Джастина Он попытался позвонить Брайану, но звонок сразу попал на голосовую почту. Он бродил в течение часа, но потом решил, что с него хватит, и схватил куртку.

Когда он понял, что стоит перед дверью Линдси, то приостановился. Какого черта он здесь делал? Более того, почему он вообще здесь оказался? Он мог бы встретиться с Брайаном в его офисе вместо того, чтобы идти за Линдси. Но нет. Он был здесь, собираясь постучать в ее дверь и потребовать ответа.

Конечно, именно поэтому он был здесь. Жизнь с Брайаном научила его одной вещи. Если Брайан не хотел говорить о своих чувствах, он и не говорил. Он предпочитал игнорировать слона в комнате и притворяться. И сейчас Джастин не мог с этим смириться. Ему нужно было больше, и он знал, что Линдси скажет ему правду, потому что она в долгу перед ним. Она переспала с его парнем, ради всего святого. Самое меньшее, что она могла сделать, это ответить на его гребаные вопросы.

Он поднял руку и постучал в дверь. Громко и сильно.

— Джастин? — глаза Линдси расширились, стоило ей увидеть стоявшего у ее двери парня. Сделав шаг назад, она открыла дверь с удивленным выражением на лице, приглашая его войти.

Джастин последовал за ней, заметив, что она выглядит почти довольной тем, что он пришел. Он нахмурил брови, но не стал комментировать эту мысль.

— Хочешь что-нибудь выпить? — спросила Линдси, явно пытаясь снять напряжение, заполнившее комнату.

— Линдси… — сурово ответил Джастин.

Она вздохнула и села на диван, на несколько мгновений зарывшись лицом в руки. Выпрямившись, она посмотрела на Джастина и заявила побежденным тоном:

— Ты, должно быть, ненавидишь меня.

Джастин просто уставился на нее. Он ненавидел ее? Правда? По правде говоря, он не хотел тратить время на анализ своих чувств к ней. Конечно, он чувствовал себя обманутым, и он был чертовски зол на нее за то, что она позволила Брайану зайти так далеко, чтобы трахнуть ее. Но ненависть?

— Я не ненавижу тебя, — наконец ответил он, — Хотя я солгу, если скажу, что простил тебя за то, что ты сделала. Потому что я не могу. Я так чертовски зол на тебя.

— Справедливо, — кивнула Линдси. — Если уж на то пошло, клянусь, я никогда не хотела, чтобы все это случилось. Просто…

Джастин не хотел этого слышать. Ему нужны были ответы.

— Как? — перебил он и посмотрел прямо на нее, желая знать, как беременность могла стать результатом их оплошности.

— Презерватив порвался, — ответила Линдси, сразу поняв, о чем он спрашивает.

— Как удобно, — рявкнул Джастин, не в силах реагировать иначе. Потому что, действительно, это было все? Презерватив порвался? Она действительно думала, что он настолько доверчив?

— Джастин, я знаю, как это звучит, но клянусь, это правда. Мы использовали презерватив, — твердо заявила она, заламывая руки.

— Как ты можешь ожидать, что я поверю тебе? Когда ты только и делаешь, что обманываешь и превращаешь мою жизнь в ад? — воскликнул Джастин, не в силах сдержать гнев и боль, переполнявшие его. — Господи, Линдси, ты хоть понимаешь, что ты натворила?

— Да, я знаю. Я знаю! — громко ответила Линдси. — Разве ты не думаешь, что я тоже жалею об этом? Моя жизнь разбита, Джастин! Я потеряю Мелани, и Брайана, и тебя, и он хочет, чтобы я сделала аборт, а я не…

— Что ты только что сказала? — снова перебил ее Джастин. — Он хочет чего?

— Разве ты не разговаривал с Брайаном? — спросила Линдси, фыркнув. — Он и слышать не хочет об этом ребенке. Он назначил мне прием, чтобы я прервала беременность! — она не выдержала и упала обратно на диван, разрыдавшись.

О Боже, Брайан… Именно по этой причине Джастин почти не видел Брайана всю неделю. Брайан решил позаботиться об этом и, конечно же, настоял на том, чтобы Линдси отказалась от надежды родить ребенка. Джастин знал, как Брайан относится к отцовству. Ему также не нужно было быть гением, чтобы понять, почему Брайан никогда не хотел быть отцом в первую очередь: не тогда, когда у него был такой ужасный собственный пример. Джек Кинни причинил столько вреда своему сыну. Теперь Брайан не мог представить себе, как это — стать отцом, иметь возможность причинить боль собственному ребенку, и в своем воображении он в конце концов причинит ему боль, не так ли?

Господи…

Все было неправильно, все так чертовски неправильно. Брайан снова позволил своим демонам диктовать ему свои действия, его собственные страхи взяли контроль и направили его к еще большей боли и сожалениям. Как он мог не видеть этого? Брайан был одним из самых умных людей, с которыми Джастин когда-либо сталкивался, но, наоборот, он также был одним из самых неуравновешенных, глупых и высокомерных людей, когда его загоняли в угол. Ему нужно было повзрослеть и избавиться от страхов, которые управляли его жизнью.

— И ты позволишь ему? — пораженно спросил Джастин. — Ты просто позволишь Брайану принять решение за вас двоих?

— Я… — Линдси посмотрела на него со слезами на глазах. — Я не знаю, что делать, — наконец призналась она. — Я даже не знаю, смогу ли я одна содержать ребенка. Конечно, у меня есть работа, но меня пугает мысль о том, что я буду делать это одна. Что, если Мэл не вернется? Что, если Брайан вычеркнет меня из своей жизни? Что тогда? Я стану матерью-одиночкой, и я не знаю, смогу ли я это выдержать, Джастин. Я просто не знаю, — поделилась она дрожащим голосом.

Джастин тяжело вздохнул. Как бы он ни был зол на нее сейчас, он также не мог не испытывать к ней жалости. Он подошел к ней и сел рядом. Потирая лицо, он наконец заявил:

— Линдси… если ты хочешь оставить ребенка, я помогу тебе.

— Поможешь? — повторила она, глядя на него снизу вверх, с надеждой в глазах.

Джастин кивнул, уточнив:

— Я поговорю с Брайаном, — взглянув на нее, он увидел вопрос в ее глазах и поспешно добавил: — Не думай, что я делаю это ради тебя, потому что это не так. Ты предала меня.

— Я понимаю, — вздохнула Линдси, глядя на свои пальцы.

— Но если ты хочешь оставить ребенка, я думаю, ты должна это сделать. Брайан, наверное, боится стать отцом, но заставлять тебя делать аборт — это еще более дерьмовый поступок, — заявил Джастин, чувствуя усталость от всей этой ситуации, которая одолевала и его. — Черт! — выругался он, потирая лицо.