— Как бы то ни было, я… — начала Линдси, но Джастин прервал ее, подняв руку, чтобы не дать ей закончить свою мысль. Он знал, что она хотела извиниться, объяснить, почему Брайан и она разрушили уверенность Джастина в том, что ничего подобного не может произойти, ведь они должны были уважать и любить друг друга, верно? Похоже, он чертовски ошибался и в этом. Черт, он так устал от безрассудного поведения Брайана. Так чертовски устал.

— Я не хочу этого слышать, — объявил Джастин, вставая. — Когда я выйду за дверь, между нами все будет кончено. Конечно, я поговорю с Брайаном и сделаю все возможное, чтобы он понял, что он самый глупый, эгоистичный, незрелый мудак на этой планете и что он снова совершает огромную ошибку, но знаешь что? Это не будет его последней ошибкой. Нет. Потому что он не может справиться со своим дерьмом, как нормальный человек. Он должен стать этой гребаной карикатурой, которая отталкивает своих друзей, отталкивает свою гребаную семью и загоняет меня в угол. И знаешь, что самое ужасное? Я такой же дурак, как и он, потому что я все еще здесь! — кричал он, его голос повысился, когда он выплевывал слова, понимая, насколько ему все надоело.

— Ты же знаешь, что он любит тебя, — слабо попыталась защитить своего друга Линдси, однако это еще больше разозлило Джастина.

Он разразился циничным смехом, полным презрения к ее словам.

— Мне не нужна твоя жалость! — зыркнув на нее убийственным взглядом, он повернулся на пятках и направился к двери.

— Джастин, подожди! — послышался голос Линдси позади него, но он не остановился. Он не мог выбраться оттуда достаточно быстро. Он чувствовал, что разрывается; подступали злые, безнадежные слезы, которые грозили вот-вот упасть, но он отказывался плакать. Он вытер их, выходя за дверь и убегая от этого кошмара.

***

Вселенная всегда любила посмеяться за счет простых, ничтожных смертных, таких как он, подумал Джастин.

После того, как покинул дом Линдси, он бесцельно шел, не зная, куда идти. Несколько раз он чувствовал вибрацию своего телефона в кармане, но не обращал на это внимания и продолжал идти. Прибыв на Либерти-авеню примерно через час, он зашел в закусочную и сел за стойку.

Дебби там не было. Джастин не знал, испытывает ли он облегчение или нет оттого, что не может поговорить с ней, но это было не хуже. У него не было ни малейшего представления о том, что он чувствует на самом деле, кроме того, что он устал. Просто и легко.

Вспомнив о пропущенных звонках, он достал телефон и проверил сообщения. Первое было от Майкла — он предлагал провести вечер вместе со всеми и спрашивал, будут ли они с Брайаном. Джастин фыркнул при словах «он и Брайан». Всем было так легко считать их парой, в то время как Джастин чувствовал себя очень одиноким и отчужденным от своего парня.

Второе сообщение заставило Джастина приостановиться. Когда он услышал женский голос, сообщавший ему, что они хотели бы нанять его на должность помощника графического дизайнера и «не мог бы он сообщить им в ближайшие пару дней, если он все еще заинтересован в этой должности», он замер.

Блять. Работа.

Да, Вселенная сейчас так смеялась над ним.

***

Брайан вернулся в десять часов вечера. Весь день он провел на совещаниях и занимался бумажной работой. Когда он, наконец, закончил, на часах было уже девять тридцать вечера, но он был слишком измотан, чтобы выходить на улицу. Он чувствовал, как зарождающаяся головная боль пытается вторгнуться в его голову, и, хотя ему ужасно хотелось домой, он решил рискнуть. Прошло уже четыре дня после визита Линдси, и, учитывая, что Брайан с тех пор избегал Джастина, он решил, что его партнер, должно быть, сердится на него. Он не мог позволить себе разозлить его еще больше.

Когда он вошел, в квартире было тихо. Слишком тихо. Единственным доказательством присутствия Джастина был тусклый свет, освещавший гостиную, а также пустая тарелка, небрежно оставленная на кухонном столе. Брайан наконец повернулся и посмотрел в сторону дивана, обнаружив там молчаливого Джастина, который просто сидел, уставившись в пространство и погрузившись в раздумья.

Брайан почувствовал, что что-то не так. Джастин никак не отреагировал на его появление. Брюнет нахмурился, доставая свой пиджак и аккуратно кладя его на спинку стоящего рядом стула.

— Мне звонили из Чикаго, — голос Джастина внезапно нарушил оглушительную тишину.

— О? — осторожно ответил Брайан, ожидая, пока Джастин расскажет подробнее.

Джастин молчал. Брайан прочистил горло, чувствуя себя все более неловко с каждой секундой. Полагая, что Джастин не скажет больше, если он не спросит, он поинтересовался как можно бесстрастнее:

— Итак… каков вердикт?

— Тебе не все равно? — спросил Джастин, наконец подняв взгляд.

— Стал бы я тебя спрашивать, если бы мне было все равно? — отрывисто ответил Брайан, которому ни капли не нравилось, как отстраненно ведет себя Джастин.

— Я не знаю. А ты бы спросил? — спросил Джастин с бесстрастным взглядом.

— Прекрати это дерьмо, Джастин, — Брайан чувствовал, что начинает защищаться. — Я не в настроении, — прорычал он, направляясь к холодильнику за бутылкой воды.

— Ты не в настроении… — повторил Джастин, саркастически усмехнувшись и покачав головой. Он выглядел взбешенным.

— Что тебя укусило? — Брайан подошел к блондину, глотнув немного воды из бутылки, которую держал в одной руке, а другой ослаблял галстук. — Они тебе отказали или что?

— Я видел Линдси сегодня, — спокойно сообщил Джастин, не реагируя на резкий тон Брайана.

Внезапно Брайану стало холодно. Он уставился на Джастина, который теперь смотрел прямо на него, его голубые глаза открывали уродливую правду, которую Брайан хотел скрыть от него любой ценой. Черт.

— И что с того? — цинично ответил Брайан, ставя бутылку воды на стойку, не готовый пока признать поражение, а тем более — загладить свою вину. Беременность Линдси была его делом, а не Джастина. Не блондин был загнан в угол этим неожиданным откровением. Кто такой Джастин, чтобы судить его? — Она сказала тебе, не так ли? — пробурчал Брайан, доставая сигареты из портфеля. Ему так сильно хотелось курить.

— Да, сказала. Почему ты сам не рассказал мне об этом? — потребовал Джастин, вставая и направляясь к Брайану.

— Потому что это не твое гребаное дело? — с иронией спросил Брайан, поворачиваясь лицом к своему любовнику, его глаза были холодными. — Просто не лезь в это! — наконец прорычал он.

— Нет! — крикнул Джастин. Брайан попытался обойти его, но Джастин оттолкнул его. — Это должно прекратиться, Брайан! Ты не можешь продолжать отгораживаться от меня каждый раз, когда чувствуешь себя загнанным в угол, или виноватым, или еще какой-нибудь ерундой, которую ты ненавидишь! Ты не можешь… ты не можешь просить ее сделать аборт только потому, что ты до смерти напуган! — взволнованно заявил Джастин, когда Брайан уклонился от него и пошел обратно в гостиную. Джастин пошел за ним, крича: — Это твой шанс, Брайан, разве ты не видишь? Ты знаешь, сколько геев мечтают стать отцами? Как драгоценно может быть принятие ребенка? Я знаю, что ты не планировал, что все это произойдет, но ты должен перестать позволять своим страхам диктовать твои действия, если не хочешь потерять все, потому что, уверяю тебя, ты будешь жалеть об этом до конца жизни! — Джастин отчаянно пытался заставить Брайана понять, насколько он был неправ.

Брайан затушил сигарету в пепельнице и, обернувшись, прорычал:

— Теперь ты моя совесть? — ему было неприятно, что слова Джастина ударили в самое сердце. Тем не менее, в одном Джастин был не прав. Он никогда не пожалеет о своем решении не становиться отцом. Отцы были бесполезными, гребаными кусками дерьма. Серьезно, как Джастин мог не видеть этого? Как мог Джастин хоть на секунду подумать, что он изменит свое мнение, когда он не понаслышке знал, как сильно его обидел собственный отец? Отец Брайана, Джастина, Майкла, Эммета, даже Джесси — Брайан не знал ни одного родителя, который бы не навредил своим детям, бросив их, отрекшись от них, или даже хуже. Линдси хотела поиграть в маму и папу? Ну, не с ним. Никогда с ним.