Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Счастье, что серые проныры предпочитали места поглуше, а нечестные охотники находили смерть в зубах дозорных оборотней.

Но убивать женщину… Да ещё и пару, будь она неладна! Ньял хмуро взглянул на притихшую самку. Ему не оставляли выбора, и это злило до мелкой дрожи!

– За нарушение запрета об охоте тебя ждёт наказание… Пойдешь со мной!

Глава 5

Глория жалась ближе к костру. Не потому, что хотела согреться – от жары пекло кожу, одежда давным-давно высохла, того и гляди тлеть начнет. Но яркие языки пламени казались ей единственным защитником среди кучи…оборотней. О, Боги! До сих пор сознание артачилось норовистой лошадью, отказываясь принимать тот факт, что варвары умеют оборачиваться в лохматых чудовищ с огромными клыками и человечьим разумом. Но хуже всего был то, что она понятия не имела, про какое наказание говорил оборотень.

Глория сглотнула вязкую слюну, беспокойно косясь на сидевших в отдалении мужиков. К ней никто не подходил. И даже более – складывалось впечатление, что и смотреть в ее сторону лишний раз брезгуют. Или просто не хотят – каменные лица ничего не выражали. Единственный всплеск хоть каких-то эмоций она заметила, когда тот варвар – Ньял – так его назвали другие, притащил ее в лагерь на плече, не забыв перед этим спутать силками, чтобы не брыкалась.

Огромный и голый мужик нес ее через лес пару часов к ряду и хоть бы запыхался! А когда приволок к костру, стряхнул вниз, будто мешок мусора, развязал, обронил скупое «Она – моя» и  опять превратился в волка. Белоснежный монстр взмахнул хвостом и скрылся в лесной чаще, оставив ее один на один с обескураженными мужчинами.

Они таращились на нее так, будто видели перед собой живое чудо, а не мокрую и напуганную до икоты девицу. Да, ей было страшно! Почти до потери рассудка, и если бы не амулет Ютаи…

Глория стиснула спрятанный под глухим воротом камушек. Самое дурное, что ей грозит – смерть. Но прикоснуться к ней никто не посмеет. Да только касаться ее никто и не собирался!

– Погрейся у огня, – пророкотал один из мужчин, а потом все дружно потеряли к ней интерес.

Глория бочком просеменила к костру и постаралась занять наиболее выгодную позицию. Каждый миг ожидала подвоха, но варвары что-то тихонько рычали, пару раз ей мерещилось «человечка», но большего разобрать не получалось.

Но если тронуть ее никто не собирался, и, судя по всему, как девка для траха, она варваров не интересовала, то чего  же от нее хотят? Денег? Вряд ли… Устроить травлю? Не похоже… Тогда  зачем? Глория строила разные догадки, и все как одна казались бредовыми. Уж она-то успела насмотреться, что вытворяют с пленниками и теми, кто слабее…

Здоровяк появился так же внезапно, как и исчез. К счастью, в этот раз на нем были штаны. Щеки запекло с новой силой. Дурная память настырно подкидывала воспоминания, что ещё час назад варвар щеголял перед ней нагишом, и то, что она успела заметить могло удивить не то, что девицу – опытную шлюху.

Сидевшие поодаль мужчины мигом подскочили и склонили головы.

– Все спокойно, альфа. Дозорные ещё не вернулись.

Альфа?! Ладно, пусть так… Она запомнит.

Буркнув что-то неразборчивое, оборотень направился в ее сторону. Крохотные ледяные мурашки сыпанули вдоль позвоночника – нахмуренные брови и стиснутые до желваков челюсти не сулили ничего хорошего.

Подойдя к костру, варвар  бросил на траву освежеванные тушки зайцев. Никто из мужчин по-прежнему не подходил, а Глория предпочитала благоразумно молчать. Она будет послушной девочкой. До поры до времени.

Делая вид, что ее тут не существует, мужчина в минуту разобрался с дичью. Насадил кусочки мяса на палочку и принялся жарить.

Вкусный запах защекотал ноздри, но Глория упрямо разглядывала траву под ногами. Пусть подавится. Она найдет себе пищу, как только сбежит. Перетерпеть день или несколько – ха! Да она неделю голодала!

Когда мама совсем слегла, у них не было денег на нормальных лекарей, а те, что приходили, лишь облегчали боль. Говорили о том, что болезнь поселилась в мамином теле давно, и ей нужны сильные зелья… Это было горькое время. Мама не боялась смерти, но боялась за своих детей. Не зря…

– Ешь!

Глория чуть не прыгнула в костер. Раскат грома ударил над самым ухом, а в нос ткнули зажаренным до румяной корочки ломтиком. Одуряющий запах заставил голодно сглотнуть.

– Не хочу…

– Хватит лгать!

Глория вскинула голову, уже собираясь ответить, что она думает об этом несчастном мясе, но подавилась слюной и словами. Его глаза… Они были синими! Багровые отблески пропали, обнажая два бархатных омута.  В таких с радостью бы утонули все девицы их города, включая холодных, как лёд, жриц Ютаи…

Сморщившись, будто она на самом деле разразилась бранью, мужик сунул ей прутики прямо в руку. Запястье обожгло, словно раскаленным углем – у варвара что, жар?!

Оборотень тоже замер.  Шумно и долго вдохнул воздух, и хмурая морщинка между широких бровей стала меньше. Так странно… брови и ресницы темные, а волосы белые, будто снег. Она никогда не видела таких…

Но варвар вдруг подвинулся ближе, и хрупкий интерес моментально пропал. Глория попятилась. К демонам! Пусть у него хоть рога на голове растут, ей вообще нет дела!

Крепкие пальцы не дали сбежать. Сжали запястье огненными кандалами, и ее швырнуло обратно, прямо на мощную грудь. Уткнувшись  носом между шеей и плечом, оборотень глубоко вдохнул, и отвратительно-слюнявый язык коснулся кожи.

– Моя пар-р-ра… – проурчал, стискивая ее до хрипа.

И застарелый, с детства знакомый страх, расцвел в груди волной чистейшего омерзения. Протестующе вскрикнув, Глория толкнула в каменные плечи, но, чуть не сломав кисти, пустила в ход зубы.

Укусила так, что кровь брызнула в рот, и по ушам ударило яростное рычание. Стальной обруч объятий треснул, и Глория ужом выскользнула из ненавистных рук.

Путаясь в ногах, отползала до тех пор, пока спина не уперлась в дерево. Дрожащие пальцы выхватили из-под рубахи амулет, и розовый камень сверкнул в отблесках пламени.

– Только попробуй ко мне прикоснуться! Сдохнешь, как собака! – зашипела сквозь зубы.

Оборотень дернулся в ее сторону, но тут же остановился. А она вдруг пожалела, что так бездумно вывалила свой козырь. Может, варвары не знают, что это за камень? И амулет проклял бы ублюдка, а заодно и его дружков? Хотя вряд ли оборотни оказались бы настолько тупы… И за смерть вожака она бы поплатилась жизнью…

Сердце грохотало гимн панике, а мысли блохами метались туда-сюда. Нет, ей нельзя умирать. Оставить Ариэллу одну, в  той грязи? Ни за что!

Оборотень поднялся на ноги, и Глория еще сильнее сжалась в корнях ели – по крутому плечу струйкой бежала кровь. Вот сейчас ей и пересчитают ребра… Или выбьют зубы, что бы неповадно было…

Но, оглядев ее с ног до головы, варвар злобно пророкотал:

– Завтра мы отправляемся в клан Снежных. Забудь о прошлой жизни в людских землях. Больше ты никогда не покинешь Айсвинд, и меня не интересует, хочешь ты этого или нет!

И, не дождавшись возражений, варвар опять исчез в чаще.

Глава 6

– Слушай внимательно, – синие глаза опять полыхали багровым, но Глория отвечала таким же яростным взглядом, – выкинешь какую-нибудь дурость или опять ляпнешь языком – и я доставлю тебя в селение волоком, уяснила?!

Гортань распирало отборной бранью, но кляп во рту – слишком неоспоримый аргумент. Эта лохматая скотина связал ее! Подумаешь, попробовала сбежать… Глория сердито засопела, пытаясь выплюнуть лоскут своей рубахи.

В самом начале она пыталась корчить из себя покорную дуру. Хотела обмануть, рассчитывала на хитрость и даже согласилась ехать верхом на здоровенном волке, отыгрывая роль запуганной и смирившейся со своей участью жертвы, но все тщетно!

Первая же попытка удрать обернулась провалом. А так все хорошо начиналось! Как она обрадовалась, узнав, что главарь решил отконвоировать ее в этот самый клан единолично.

8
{"b":"768803","o":1}