— Так, что мы будем делать? Искать Алису? Но здесь столько народа. Может, нам ей позвонить? И сказать — ой, а мы совершенно случайно оказались здесь… Хотя я вообще-то должна прикрывать ее…

— Успокойся, — Алекс положил руку мне на плечо. — Для начала мы пойдем купим чего-нибудь съедобного, чтобы у тебя не текли слюнки.

— У меня не текут слюнки! — немедленно возмутилась я.

— Зато у меня текут, — фыркнул Алекс. — Я не завтракал. А потом мы медленно обойдем всю ярмарку и все осмотрим.

Я согласилась с тем, что это действительно лучше, чем судорожно метаться по ярмарке или звонить Алисе и разыгрывать «случайную» встречу. Мы купили по большому початку дымящейся кукурузы с маслом и специями, несколько рогаликов с корицей и осенний глинтвейн, и принялись медленно прогуливаться вдоль торговых рядов, рассматривая товары.

— На самом деле, я и сам хотел пойти на ярмарку, — признался Алекс, когда вся еда была съедена. — Это напоминает мне о детстве. Я вырос в этом городе, и очень жаль, что мне пришлось уехать.

— Мне тоже, — вырвалось у меня. — Тоже хотелось пойти.

Он внимательно посмотрел на меня. Смутившись, я глотнула горячего глинтвейна, выигрывая время, чтобы собраться с мыслями.

— Просто было любопытно, — туманно сказала я. — У нас во Франции такого нет.

— А что есть у вас во Франции? — с интересом спросил Алекс.

— Там совсем другие люди. Большой город, и все какие-то замкнутые в себе. Мало кто обратит на тебя внимания, если ты не встанешь у них перед носом и не помашешь рукой. И таких вещей как вот эта ярмарка, где люди свободно общаются друг с другом, там нет. Зато… там отличная выпечка. И все такое ажурное, резное, изящное — как сама Эйфелева башня, так и люди. Но, как я сказала, за всей этой витиеватостью не так-то просто разглядеть настоящие чувства.

Я замолчала, раздумывая, не сказала ли я лишнего, и искоса посмотрела на юношу. Он задумчиво кивал.

— Понимаю, о чем ты говоришь. Когда я уехал отсюда, другой город тоже показался мне замкнутым и недружелюбным. Думаю, я так и не привык к этому. Поэтому я подумываю о том, чтобы остаться здесь.

— Это хорошо, — кивнула я. — Нужно всегда быть там, куда тебя тянет сердце.

— А куда тянет твое сердце?

— Я не знаю, — нахмурилась я. — Я думаю, что дом там, где твоя семья. Родителям нравится в Париже. А вскоре у них будет ребенок. У меня будет маленькая сестричка или брат. Ужас, я совсем забыла сказать об этом Алисе.

— Тогда я рад услышать об этом первым.

Я молча выбросила пустой стакан в ближайшую урну. Ну вот, я нарушила еще и третье свое правило, рассказав о личном. Но нельзя сказать, что я испытывала из-за этого какие-то сожаления. Все равно я скоро уеду.

— Хочешь чего-нибудь еще? — спросил Алекс, проследив за полетом стакана.

Я покачала головой.

— А вот когда я был на ярмарке в последний раз, одна девушка продавала всякие необычные сладости. Засахаренные кленовые листья например, а еще каштаны в меду. И леденцы с муравьями.

— Фуу, — я скривилась и весело покосилась на Алекса, который стоял с непроницаемым видом. — Подожди, ты же не хочешь сказать, что ты их ел?

— Я был маленьким и мне было интересно.

— Ужас, ни за что не стала бы с тобой целоваться, — выпалила я, и тут же смешалась.

Отлично. Теперь нарушено четвертое правило. Но Алекс, казалось, ничуть не смутился, восприняв это в шутку.

— С тех пор прошло много лет, и я все это время чистил зубы. Так что вполне можем попробовать.

Я усмехнулась. Как знать, может он тоже придерживается каких-то своих правил. Ведь мне ничего не известно о его личной жизни. Были ли у него вообще девушки после того, как он отчаялся найти свою любовь по переписке? Это, должно быть, ужасно — понять, что ты никогда ее не встретишь. А еще понимать, что эту дурацкую историю знает вся школа и добрая половина города, я уверена, тоже. Если бы такое случилось со мной, у меня было бы не четыре правила, а двадцать четыре как минимум.

— Смотри, смотри! — внезапно зашептал Алекс, притягивая меня к себе за талию и указывая пальцем куда-то вперед.

Я вздрогнула и моментально попыталась освободиться. Он отдернул руки, смущенно улыбнувшись.

— Извини, я не подумал. Но посмотри туда. Разве это не ведьма?

Я проследила за направлением его взгляда. На самом краю ярмарки приютилась лавка, где было развешано множество трепещущих на ветру амулетов. Рядом с прилавком стояла девушка в длинном черном платье, подол которого был расшит черными камнями. В волосах ее покачивалось длинное воронье перо.

— Да, кажется, это она, — ответила я. — Вот уж не думала, что ты тоже знаешь про ведьму. Я сама узнала только вчера, от бабушки.

— А мне о ней рассказала мама. Подойдем поближе?

Я кивнула, и мы приблизились, рассматривая разложенные на витрине товары и украдкой поглядывая на их хозяйку. Ее светлые, почти прозрачные глаза с отсутствующим видом смотрели куда-то вдаль, и она не обратила внимания на то, что мы так ничего и не купили. Ассортимент магазина не показался мне мистическим — безделушки, которых полным-полно на всяких авторских аукционах. В основном ловцы снов, но встречались также и кулоны, серьги, чайные ложки и даже пара перчаток из зеленой замши с рисунком из листьев. Я поделилась своими наблюдениями с Алексом, и он кивнул, но тут же насмешливо прищурился.

— Ты решила ничего у нее не покупать? — спросил он и не обошелся без подначки. — Испугалась?

— Вовсе нет, — фыркнула я. — Просто если ее вещи и правда связывают людей, исполняют желания или что-то в этом роде, то не нужно покупать их бездумно.

— Так и скажи, что побоялась быть связанной со мной на веки-вечные, — заметил Алекс.

Я хотела было возмутиться, но в этот момент я увидела ее.

Алису.

========== Глава 23 ==========

Одетая в простой серый свитер, жилетку и перчатки, Алиса сидела рядом с прилавком с книгами и статуэтками, изредка потирая замерзшие руки. Рядом с ней сидел большой черный кот, лениво шевеливший хвостом. Иногда к ее лавочке подходили люди, с интересом брали в руки товары, рассматривали, что-то спрашивали. Каждый раз она с надеждой смотрела на кота, но тот лишь щурил большие зеленые глаза, и Алиса, огорченно отвернувшись, разговаривала с покупателями сама. Когда рядом никого не было, моя подруга разговаривала с котом, кивая головой, как будто он ей отвечал. Это выглядело странно. И страшно.

Я почувствовала, как по моей спине бежит холодок, и тепло, подаренное глинтвейном и компанией Алекса, куда-то улетучивается.

— Это то, о чем я пытался тебе сказать, — тихо шепнул Алекс. — Иногда Алиса словно живет в своем мире, и это пугает меня. Я подумал, что на фоне стресса от смерти отца у нее могли развиться какие-то отклонения. Я думал, что ты что-то знаешь.

— Я ничего не знала, — прошептала я. — Что нам теперь делать?

— Я думаю, правильнее всего будет позвонить Гортензии Уайт. Алиса несовершеннолетняя, поэтому все решения должна принимать ее мать.

— Но ведь она не какой-то там псих, который будет бросаться на людей с ножом!

— Она может навредить самой себе, Лизи, — печально заметил Алекс. — Звони ее матери. Это должна сделать ты.

Я кивнула, и медленно достала мобильный телефон, продолжая смотреть на маленькую фигурку в сером свитере. Я осторожно уведомила мать Алисы о том, что ее дочь в данный момент не со мной. Это привело ее в ярость, и она не захотела слушать меня дальше. Все, что хотела знать Гортензия — это где в данный момент находится Алиса и как скоро она сможет ее забрать. Я беспомощно посмотрела на Алекса, и он забрал у меня телефон. Несколько минут он разговаривал с Гортензией спокойным и уверенным тоном, а затем нажал на отбой и вернул телефон мне.

— Я заберу ее мать и привезу сюда. Моя машина припаркована недалеко, — сказал он. — По дороге я постараюсь донести до нее мои опасения.