«Похоже, что я только что нашёл зомби… и охранницу. Не удивительно, что жеребята не вернулись», — шкура незнакомки местами облезла, что открывает вниманию болезненно-серую кожу, но главным признаком её неживого состояния остаётся правая передняя нога, вывернутая под неестественным углом и явно сломанная (предположительно, жертва пыталась продать свою жизнь подороже, но не справилась).

     Анализирую ситуацию… Вырабатываю варианты решения проблемы… провожу симуляцию…

     «Другой такой возможности выяснить степень угрозы зомби может и не возникнуть», — придя к этому выводу, отдаю дрону серию приказов.

     Шестилап шагает на бетонную площадку, что тут же отзывается металлическим стуком манипуляторов. Бывшая земная пони вскинула голову и повернулась, скашивая взгляд единственного гноящегося глаза (второй был выбит, скорее всего во время драки), затем открывает рот, из которого течёт похожая на пену слюна и, взвыв на высокой ноте, стремительно бросается в атаку.

     «Скорость передвижения на трёх конечностях — восемь-десять километров в час; координация средняя; разумность отсутствует», — успеваю отметить эти факты, пока робот садится на задние конечности, среднюю пару выставляя вперёд, а переднюю — разводит в стороны.

     Камера фиксирует неизвестным способом удерживающийся бейджик на одежде зомби, заляпанный чем-то бурым, но с читаемой надписью: «Директор Уайтстоун».

     Бывшая пони прыгнула в последний раз, вытягивая в сторону шестилапа здоровую переднюю ногу, одновременно с тем широко распахнув пасть, но тут же была подхвачена средней парой манипуляторов, в то время как верхние конечности схватили её за голову. Противник успевает нанести два удара, после которых левая средняя лапа начинает сигнализировать о поломке, а затем робот резко дёргает рычащую голову, ломая шею. Слышится хруст, дёрганья зомби прекращаются, но вот единственный глаз и челюсть продолжают шевелиться.

     «До чего же живучее существо», — отдаю приказ уложить тушу на землю, а затем — разбить голову.

     Всего один удар понадобился дрону, чтобы окончательно упокоить директрису. Запустив самодиагностику, понимаю, что ничего не чувствую по этому поводу… Хотя есть некоторая доля сочувствия: думаю, если бы она знала о том, что станет убийцей как минимум одной подчинённой, то сама бы с собой покончила (жуткое существование…).

     «В очередной раз радуюсь, что меня поместили в компьютер. А ведь «друзья» могли бы «пошутить», запихнув вот в такую же тушку», — эта мысль смогла пробиться до моих эмоций, вызвав нечто вроде отвращения и страха, которые быстро прошли.

     Шестилап покрутил башенкой с камерой, но на площадке, кроме бывшей зомби и её жертвы, более ничего не обнаружил. Подойдя к растерзанному телу, он подобрал резиновую дубинку, испачканную чем-то слизким и уже засохшим…

     «Единорог, который дерётся дубинкой — испанский стыд», — приказав дрону выбросить мусор, направляю его внутрь здания.

     На крыльце, разукрашенном разными цветами, справа и слева от двери стоят клумбы с декоративными деревьями, листья которых пожухли и стали буро-фиолетовыми. Створка оказалась незакрыта, так что толкнув её манипулятором, робот вошёл в холл, представляющий из себя квадратное помещение с паркетным полом, деревянными стенами, лестницей наверх, дверью вперёд, а также спуском в подвал.

     Пип-бак высветил тридцать четыре новые сигнатуры зелёного и жёлтого цвета, находящиеся уровнем ниже.

     «Похоже, что не ловушка», — констатирую мысленно и, оставив контроль над разведчиком Мыслителю, переключаю внимание на стойло…

<p>

</p>

     Примечание к части

     Я переписывал два раза...

     Всем добра и здоровья.

<p>

<a name="TOC_id20242411"></a></p>

<a name="TOC_id20242413"></a>Путь машины

     Ещё во время своей жизни человеком я убедился, что психология — это страшное оружие: люди, как бы сильно ни отрицали свою животную природу, во-первых, охотно поддаются стадному инстинкту, а во-вторых, поддаются влиянию триггеров, вызывающих определённые цепочки ассоциаций. При этом на эмоциях, как положительных, так и отрицательных, мои бывшие сородичи могли совершать такое, что нельзя было назвать как-то иначе, нежели «чудо», при этом не обладая никакой магией: солдат, затыкающий своим телом пулемётную амбразуру, из которой его не могут вытолкнуть четверо более крупных мужчин, давая товарищам беспрепятственно добежать до укрепления; хрупкая на вид женщина, поднимающая тяжёлый даже для крепкого мужчины шкаф, чтобы вытащить из-под него своего ребёнка… эти случаи можно было бы назвать фантастикой, если бы не документальные свидетельства.

     И вот теперь я наблюдаю за пони — магической расой, представители которой за счёт накачки эмоциями могут становиться в два-три раза сильнее, быстрее, выносливее и крепче. Воздействовать на них методами, которые придумали люди для людей, можно с ничуть не меньшей эффективностью, а если учитывать ту маленькую особенность, что от животных они сохранили больше, чем представители человечества, то результат становится феноменальным.

     Стоит ли при таких вводных удивляться, что когда по убежищу прошёл слух о готовящейся операции по спасению трёх десятков жеребят, замотивированные представители понижизни стали осаждать кабинет младшего администратора, предлагая любую свою помощь? Винил Скретч устала повторять одну и ту же фразу, что ситуация находится под контролем, но если возникнет необходимость — их обязательно привлекут.

     Таким нехитрым образом после просмотра нескольких симуляций я укреплял моральный дух подопечных, а также повышал авторитет своих помощниц. В конце концов, вера в своё начальство и ощущение причастности к какому-то доброму делу положительно сказываются на психологической атмосфере, что особенно важно для магических четвероногих.

     В базах данных «Рободоков», в разделе профилактики, диагностики и лечения психических отклонений, Целитель нашла краткое упоминание о том, что кьютимарка может служить не только отображением таланта пони, но и визуальным свидетельством его душевного здоровья. Подробностей там не дано, но в случае, если у жеребца или кобылы меняется рисунок на крупе, при этом в нём появляются откровенно агрессивные мотивы вроде черепов, костей, крови, настоятельно рекомендуется провести тест на реакции на раздражители, по итогам которого либо назначается медикаментозное лечение, либо установка гипнопрограммы, изолирующей участок травмирующих воспоминаний (они становятся выцветшими, будто происходили с кем-то другим). Впрочем, учитывая отсутствие в стойле магов требуемой направленности, то последний способ нам недоступен…