…
Скуталу не верила в то, что происходило: незнакомый пегас, обезвредивший Уайткилл, сперва снял её с пыточного стола, а затем стал облачать в доспехи, которые с себя сняла… чейнджлинг. В то же время перевёртыш, приняв свой истинный облик, сперва присосался к губам белой пегаски, которая за считанные секунды словно бы посерела, а затем зафиксировал её на освободившемся станке… после чего ещё и вколол какие-то препараты. Не останавливаясь на достигнутом, природный враг всех пони повторил «высасывание любви» из второй жертвы, оставив её лежать на полу (лишь крайне замедлившееся дыхание показывало, что она ещё жива), чтобы в следующий миг вспыхнуть изумрудным огнём и принять облик сержанта Булет.
— Ты не перестаралась? — без тени беспокойства осведомился жеребец, надевая шлем на находящуюся в заторможённом состоянии бывшую пленницу.
— Я — профессионал, — ухмыльнулась «пегаска». — Жаль, что из-за спешки столько потерь…
— Будут у тебя ещё жертвы, — успокоил напарницу Дисгайс. — Доктора зачем на наркоту подсадила?
— По заслугам и награда, — пожала крыльями напарница. — Разве не так?
— Почему пони работают с чейнджлингами? — смогла сформулировать вопрос одна из основательниц «Стойл-Тек». — Или вы все?..
— Нет-нет, красотка, идеальное существо тут только я, — хмыкнула перевёртыш. — Этот сухарь и его дружки — чистокровные блохастики.
— Неужели ревнуешь к сородичам? — изобразил иронию жеребец. — Мисс Скуталу, в нашем положении не приходится быть привередливыми. Кроме того, чейнджлинги — такая же раса Эквестрии, как и другие пони.
— Тяжёлые времена требуют решительных действий… и жертв, — развела крыльями перевёртыш. — А если серьёзно: смирись с тем, что среди вас — расистов, нашлись те, кто умеют думать головой.
— Зачем вам я? — решив не вступать в бесполезные споры, постаралась получить максимум возможной информации пегаска.
— Ничего личного — просто политика, — с ухмылкой отозвалась вампирша.
— Повстанческому движению нужно знамя… и нужны союзники, — пояснил летун, застёгивая последние крепления. — Нам точно известно, что среди лидеров ЭСС есть минимум четыре пони, которые будут рады вас видеть. Мы бы и без вас попытались наладить с ними диалог, но если есть способ всё упростить и повысить степень доверия, то будет глупо хотя бы не попробовать.
— Значит… я — просто фигура? — уголки губ Скуталу приподнялись в невесёлой улыбке.
— Ничего личного — просто политика, — повторила чейнджлинг, тут же становясь абсолютно серьёзной. — Время.
— Постарайтесь ничем себя не выдать, мисс Скуталу, — попросил Дисгайс, активируя автопилот.
«Могу ли я им доверять? Могу ли я доверять себе? А что, если всё это лишь игра моего воображения? Ведь сейчас я могу всё прекратить… из-за шлема они ничего не поймут, пока не станет поздно», — чувствуя себя марионеткой, которую дёргают за ниточки, Скуталу вышла вслед за крылатым жеребцом в коридор, а затем направилась в сторону выхода (по крайней мере, именно так утверждала тактическая карта брони).
Язык скользнул между зубами, тут же ощутив лёгкую боль. Оставалось только сжать челюсти, чтобы оставить с носом и своих пленителей, и похитителей… Ведь именно о таком шансе она мечтала всё время допроса? Впрочем, первые уже получили от неё информацию… слишком ценную информацию, пусть и далеко не полную. И если сейчас появится шанс исправить хотя бы часть ошибок, то не будет ли трусостью подобный побег?
«А не трусость ли то, что я ещё колеблюсь?» — сама у себя спросила одна из основательниц «Стойл-Тек».
Выбор, когда он стал действительно реальным, заставлял разрываться пополам: если её похитители-спасители не врали, то минимум часть Анклава готова пойти против совета генералов, что открывает немалые перспективы. А если ЭСС (никак не получалось вспомнить, что значит это сокращение) действительно находится под управлением кого-то из знакомых… может быть, даже подруг…
«Смогу ли я посмотреть им в глаза? Проще будет покончить со всем сейчас», — нервно хихикнув, крылатая кобыла убрала язык из хватки зубов, приняв решение не убегать и смело встретить все испытания… как Рэйнбоу Дэш.
«На безДэшье и Скуталу — Рэйнбоу?» — прозвучала в голове ехидная мысль, кажущаяся какой-то чужой и неестественной.
Однако же задуматься об этом бывшая пленница не успела, так как они подошли к проходной, где в стеклянной будке сидел охранник, голова коего упала на грудь, а из приоткрытого рта стекала струйка слюны. Тактическая карта показывала, что он жив, а его маркер красовался жёлтым цветом.
— Совсем заработался, — усмехнулся один из пегасов в силовой броне, которые стояли по ту сторону турникета. — Пусть поспит, болезный.
— Сержант Булет, проводите нас до выхода, — ровным голосом попросил Дисгайс.
— Так точно, сэр, — отозвалась чейнджлинг, открывая проход через преграду.
Беспрепятственно они миновали проходную, добрались до выхода из комплекса, а затем взлетели с ровной облачной площадки. Если кто-то и обратил внимание, что телохранителей у гостя стало на одного больше, они не стали об этом сообщать: в конце концов, ведь они могли ошибаться, неправильно подсчитав количество пегасов… А начальство очень не любит, когда его беспокоят по пустякам.
Лишь через восемь минут, когда на проходную вышел патрульный охранник, в комплексе была поднята тревога. Вскоре нашли и двух пегасок, находящихся в бессознательном состоянии в одной из камер заключения, совмещённых с допросной, что вынудило главу учреждения отправить сигнал собственному командованию. О том, что подгруженный в систему вирус успешно удалил не только видеофайлы, но и попортил базы данных, пони Анклава узнали сильно позже…
<p>
</p>
Примечание к части
