Готова ли она была убивать и действовать жестко в этой войне? Да, готова.

— Что случилось? Расступись!

Две женщины ползали на четвереньках и торопливо собирали хлеб и сыры, подросток лежал под ногой Айлин. Толпа раздвинулась и появился отряд магической стражи. Собственно, магом там был только командир отряда, остальные обычные вооруженные люди. К поясам были прикреплены палки, которыми нередко прямо ан месте нарушения проводили наказание ударами по пяткам и спине.

— Он оскорбил меня, загородил путь и запачкал туфлю, – высокомерно провозгласила Айлин, надавливая на шею подростка.

— Мои нерасторопные служанки виноваты, – прохрипел тот.

— Тридцать палок им! – тут же взмахнул рукой командир отряда стражи.

Женщин, только поднявшихся, снова повалили на землю, начали избивать палками. Корзины развалились, еда снова рассыпалась по земле, стражи топтали продукты, спеша поучаствовать в наказании. Кровь Айлин вскипела, отдельного жара добавляло то, что наказание стало следствием именно ее действий, и вместо нескольких пинков женщины получили кучу ударов палками.

— Протего! – отгородить женщин.

Стражников раскидало в стороны щитом, командир отряда уставился на Айлин в изумлении.

— Да как вы смеете, почтенный маг, не знаю вашего имени, – голос мага-командира дрожал от ярости и злости.

— Ты не знаешь меня, великого Хусима Нибалы?! – воскликнула Айлин, страшно вращая глазами и надувая щеки.

Она еще надеялась, что все обойдется, но, разумеется, не обошлось.

— Я знаю всех магов Кравии и среди них нет ни одного с таким именем! В любом случае, нельзя препятствовать работе магической стражи, это...

— Ступефай! – не выдержала напряжения Айлин.

Маг-командир неожиданно успел пригнуться и ринулся к ней, благо стоял неподалеку. Нанес жесточайший удар головой в шлеме в живот, у Айлин аж свет в глазах померк и ее швырнуло о стену высокого забора. Удар в спину немного уравновесил удар в живот, но Айлин словно между жерновов прокрутило. Она слышала крики и лязг оружия, но никак не могла прийти в себя, перед глазами все плыло и троилось, голова звенела.

— Айлин! Айлин! – истошно, на высокой ноте кричала Тафти.

Несколько тел стражников валялись без сознания, в мостовой появились две ямы, угол забора оказался развален и оттуда доносились женские крики и визг. Прямо на глазах у Айлин свистнула стрела и отскочила, не сумев пробить щитовые чары на вуали Иканы.

— Протего! – выставила Айлин щит.

Сбоку что-то мелькнуло, она попыталась отпрыгнуть, но не сумела, в бок ей больно врезался топор. Не пробил чар, но отбросил Айлин.

— Молния! – взвизг на высокой ноте.

Вспышка и молния разнесла щит Айлин. На нее надвигался свирепый страж, прикрываясь щитом и помахивая топором. С других сторон тоже надвигались, подруги-волшебницы колдовали, как могли, но стражи прикрывались щитами, уклонялись и их поддерживали три мага с жезлами, разносили щиты, били, не щадя даже своих.

— Никакой пощады демоницам! – громогласный выкрик. – Живыми не брать!

— Акцио жезлы магов, – раздался голос, которого здесь не должно было быть. – Импедимента!

Там, где мгновение назад было пусто, появилась леди Ариана и бросила укоризненный взгляд на Айлин.

Булыжники мостовой словно отпрыгнули от леди Арианы, встретившись с летящими им навстречу магами, которые не хотели бросать свои жезлы. БАЦ! Хруст и треск, три тела упали на мостовую.

— Левикорпус! – выкрикнула вдохновенно Айлин и надвигавшегося на нее стража вздернуло и перевернуло, подставляя спину под стрелы своих же.

— На метлы! – скомандовала леди Ариана и ее тут же послушались. – Спасайте детей, я здесь разберусь!

Айлин рванула ввысь и куда-то вперед, не разбирая дороги, не ощущая холодного ветра, ибо лицо ее пылало и горело от стыда и ярости.

====== Глава 24 ======

17 декабря 1437 года, замок Сандула Никета

В этот раз никто не курил кальян, не наслаждался горячим чаем и танцами.

— Вся наша защита оказалась прахом глупцов, – первым подал голос, на правах старшего, Бадия Караичи.

— Мы перехватили немало беглянок и укрепили связи с магической стражей, – вяло ответил Сандул Никет.

Живот его урчал и дергался, показывая, что отец Айлин нервничает и его опять одолевают газы.

— Но мы закрыли глаза на похищение стража Заида Адыля и вот результат! – Хархип ударил сам себя кулаком по колену. – Их стало больше! Теперь они летают! Что будет дальше? Они приведут армию Смертовзглядов? Натравят на нас Дракона Пущи?

— Это невозможно…, – вскинулся было Караичи, но тут же откинулся обратно на подушки. – Допустим натравят и что? Мы попросим помощи у короля, под тем же предлогом – демоницы нападают. Нашим репутациям ничего не угрожает.

— Ты глупец, Бадия! – костлявый, обтянутый сморщенной кожей палец Хархипа Гидамы словно проткнул воздух. – Нам ничего не угрожает, пока мы не создаем проблем королю! Как только мы попросим о помощи и признаем, что наши жезлы бессильны, как сюда прибудут дознаватели. Сколько времени им потребуется, чтобы прознать о слухах? Допросить тех, кто видел этих демониц в женском обличье? Узнать о наших заставах и походе на Пущу? А потом они придут к нам и спросят, почему мы полгода ничего не делали. Не состоим ли мы в сговоре с демоницами, ведь там твоя бывшая дочь, Сандул, и моя бывшая жена, чтоб ее демоны драли огромными фаллосами во все отверстия!

Хархип захрипел, словно собирал слюну, чтобы сплюнуть.

— И нас казнят! В лучшем случае лишат земель и жезлов и пошлют на юг, отбирать те земли, что наше королевство уступило Темени!

Сандул и Бадия молчали, прекрасно зная порядки. Не сумел, не справился? Иди, заново завоевывай себе землю, расширяй границы королевства, доказывай, что достоин. Поэтому все владетели-маги обычно старались разбираться со своими проблемами самостоятельно, не беспокоя короля, и создавая полную иллюзию, что во всей Кравии царят тишина, спокойствие и процветание.

Вот только теперь они столкнулись с проблемой, которую не могли решить самостоятельно.

— Мы можем истребить всех жителей Котахьи, – сказал Гидама угрюмо.

— Можно, – задумчиво отозвался Сандул и смачно отрыгнул, давая выход части газов, – но что потом?

— Демоницы заразили город! Распространили свою ересь! – немного оживился Бадия.

Три мага-владетеля успели породниться, да и совместное убийство сына Гидамы все еще скрепляло их союз. Все трое понимали, что надо держаться вместе, тогда у них может еще будет шанс выкрутиться. Сандул уже сто раз успел проклясть свою мягкотелость и то, что он уступал ее матери, потакал и плохо воспитывал. Вообще никак не воспитывал и вот, пожалуйста! Конечно, в одиночку Айлин не смогла бы ничего, без помощи той странной девушки – хозяйки волшебной башни – но все же, все же.

Следовало усилить воспитание, сделать всем обрезание, да выдать замуж в тринадцать лет, чтобы хороший муж выбил всю эту дурь из головы. Сандул вспомнил Найкора и поморщился, потом вспомнил, что все дочери уже выросли и поморщился еще сильнее. Газы бродили в теле, мучили, мешали и Сандул подумал, что надо взяться за внучек.

— Мысль хорошая, – еще раз отрыгнул он и пустил ветры, стало немного легче. – Но получается, они будут нападать на нас, а мы будем вырезать свои же города? Сами себя ослабим, после чего нас даже куры загребут?

— Можно напасть еще раз, – предложил Гидама, но без былой уверенности. – Теперь мы знаем, что они умеют, уже наступила зима и часть зверья Пущи спит. Деревья, опять же, голые, видимость лучше.

— А также глубокий снег выше головы, в котором мы все и увязнем!

— Ты погодный маг, Сандул, или баба? – зло огрызнулся Хархип.

Сандулу было нехорошо, болел живот. Хотелось лечь и не думать о проблемах, выпить чего-нибудь, насладиться танцем живота новой жены, внучки Караичи. А потом схватить ее и навалиться, овладеть ее юным телом прямо на коврах, ощущая себя коршуном, терзающим добычу.