Ламберт внимательно на него посмотрел, прищурившись.

— Не врешь?

Лютик едва на месте не подскочил, уставившись на Ламберта во все глаза, едва рот не раскрыв. Он здорово перепугался, и Ламберт не успел и рта открыть, как Лютик выпалил:

— Нет! Правда, она так сказала! Ты можешь позвонить ей и уто…

— Тс, я верю тебе, — сказал он спокойно и мягко взяв его за руку, сжимая в своей. — я просто пошутил. Не очень удачно, понял, тогда хорошо… Как тебе такой план. Я постараюсь купить одежду с доставкой сюда, самый минимум, а завтра мы уедем отсюда? И там уже, на новом месте, сможем все купить? М? Так ты подольше отдохнешь. Мне кажется, дорога тебя должна успокоить, — говорил он тихо и вкрадчиво, поглаживая Лютика по руке, стараясь успокоить после такой бурной реакции.

Лютик задумался, закусил губу, а потом медленно кивнул.

— Хорошо… Ох, как же тебе не надоело тут сидеть…

— Я сидел так два года. Только вообще без ничего.

Ламберт опомнился и потупил взгляд, выругавшись про себя. Вот никто ж за язык не тянул!

Но день, в целом, прошел отлично. Лютика увлек выбор одежды, потом просмотр фильма, потом он переписывался со своим этим Вальдо, а потом, почти что счастливый и довольный, мерил одежду. Видимо, это в самом деле ему нравилось и он получал с этого удовольствие.

Но утром он был все еще сонный и уставшим.

Ламберт внимательно посмотрел на его лицо, понимая, что тот, видимо, вообще не выспался, синяки под глазами все еще не проходили. Нет, видимо, он очень хреново спал.

Собирая вещи, перед тем как уехать, Ламберт проверил таблетки. Успокоительных там не было — только мощного действия. Он написал врачу, чтобы, пока они не уехали, она смогла выписать таблетки для сна, чтобы им не пришлось искать нового врача.

— Так куда сейчас? — Лютик выглянул из спальной в уже новой одежде — достаточно свободного кроя светлые джинсы с высокой талией и заправленная белая футболка. В светлой одежде он… посветлел.

— Я думаю сначала в Техас, Галвестон, например, куда-нибудь поближе к воде. Думаю, тебе там понравится и должно стать легче. Правда до туда ехать часов одиннадцать, так что где-нибудь остановимся еще. Не знаю, например, — он открыл карту, почесав подбородок, хмурясь. — В… Мобил, Алабама. Шесть часов езды. Пойдет, — он кивнул сам себе и поднял взгляд на Лютика.

Он выглядел крайне задумчивым.

— Что-то не так?

— Лютик понятия не имеет, что это и где, — в шоке прошептал Лютик. — Лютик будто помнит все свои года обрывисто…

Ламберт сочувственно на него посмотрел.

— Ну, заодно и вспомнишь… — только и смог сказать он. — Ничего страшного, что ты не помнишь, это не конец света.

Лютик кивнул, а потом опомнился.

— Ты же говорил, что нужно сделать документы?..

— Нужно. Но потом, в другом штате. Здесь я сидеть больше не могу.

— Почему?

— Не знаю. Личная неприязнь к Джорджии, — он усмехнулся и встал, застегнув чемодан. — Да и тебе лучше отдохнуть от лишних социальных контактов, — он мягко улыбнулся ему и, проходя мимо, потрепал по голове. Лютик, сбитый с толку, кивнул.

Видимо, его серьезно поразило, что он не помнит этих штатов.

Ламберт любил дорогу. Ему казалось, что он запросто мог бы проехать эти одиннадцать часов, не уставая. Но поскольку с ним был Лютик, и вряд ли он в восторге от таких путешествий, следовало сделать остановку.

Но сам Ламберт дорогой наслаждался.

Он включил музыку, смотря вперед, открыв окна. Это удивительно, как голова при дороге заполнялась всем, чем только можно, и он мог ехать-ехать-ехать. Куда угодно, сколько угодно.

С лошадьми такого и близко не было. Машины были для него принципиально другим видом транспорта, словно медитация. Просто текущие в голове мысли, расслабленные плечи, музыка и впервые за день опущенные в спокойствие плечи.

Будто здесь ему ничего не может навредить. Да и Лютик выглядел вполне себе спокойно.

Он залез на кресло с ногами, смотря то в окно, то открывая телефон, то ерзал и смотрел по сторонам.

— Ты как себя чувствуешь?

— Хорошо, — ответил Лютик, посмотрев на него. — Тут уж точно ничего плохо случиться не сможет.

Ламберт улыбнулся. Да, он разделял это с ним.

— С Вальдо как дела?

Лютик растерянно повел плечом.

— Общаемся… Но Лютик начинает понимать, что всем трудно с ним общаться…

— Что? — он вскинул бровь, посмотрев на него краем глаза. — С чего такие мысли?

Лютик опустил взгляд и шмыгнул.

— Вальдо много чего Лютику рассказывает, сам Лютик — ничего не может… Лютику сложно поддерживать какие-то темы. Даже с тобой.

— Мы, вроде, чудесно разговариваем. Разве не так?

— Так, но ведь мы обсуждаем состояние Лютика. С Лютиком трудно говорить…

— Это он так тебе сказал? — нахмурился Ламберт.

— Нет! Вальдо очень добр к Лютику! Он никогда не был к Лютику так добр, как сейчас.

Ламберт облегченно выдохнул и кивнул. Ну, по крайней мере, ситуация не такая уж и плачевная, как ему подумалось с самого начала.

— Тогда с чего такие мысли?

— У нас часто… затягивается пауза, потому что Вальдо что-то говорит, а Лютик… молчит. Не знает, что сказать… А когда переписываемся… Лютик подолгу не знает, что написать, и Лютик может отослать только эмодзи… При этом Лютик хочет общаться, но Лютик… не знает, как… — растерянно проговорил он. — С врачом таких проблем совсем нет… Но это потому что она что-то спрашивает, и Лютику есть, что ответить… Так выходит…

Ламберт тяжело выдохнул и кивнул. Определенно, он понимал и Вальдо, и Лютика.

Немного времени назад Ламберт был как и Вальдо — его пугала мысль долго находиться с Лютиком, потому что он очень мало говорил, и в какой-то момент ты начинаешь чувствовать неловкость за то, что не можешь ничего сказать.

И понимал Лютика, который два года был в рабстве, не жил нормальную жизнь, с которым никто не разговаривал.

Лютик же просто не знал, что обсудить, что рассказать. Свое прошлое обсуждать он не мог толком — больно. Свое собственное состояние было для него темой интимной, он мог говорить на эту тему только с врачом или немного с Ламбертом — если к этому располагала ситуация, а Ламберт был с ним максимально аккуратен и нежен.

Лютику сложно, и винить его в этом нельзя.

Так же, как и нельзя винить Вальдо в том, что он не может говорить не переставая.

Ламберту лишь повезло, что их диалоги кое-как вяжутся — Лютик просто увидел в нем родительскую фигуру, смог разглядеть поддержку и помощь, поэтому кое-как, но раскрывался ему. О своем состоянии, настроении, даже сам просил посмотреть с ним фильм.

Прогресс был, но этот прогресс нельзя было переносить на Вальдо — у них совершенно разные ситуации.

— Лютик, но ты ведь знаешь, что в этом нет ничей вины, да?

— Да. Лютик знает, — тяжело выдохнул Лютик, опустив взгляд и поджав губы.

— Просто нужно время, не торопи ситуацию. Все со временем придет в норму, но это будет не легкий процесс. Даже после моей знакомой я не гарантирую, что твоя жизнь снова станет светлой и прекрасной.

— Не станет…

— Лютик, — Ламберт тяжело выдохнул. — Хватит уже этого. После тебе станет намного легче, все твои псих травмы сами собой рассосутся, тебя перестанет дергать, ты сможешь нормально общаться с людьми, ну и все такое. В конце концов, я буду рядом. Как-нибудь уж поставлю тебе на ноги, пристрою и никуда не уйду от тебя, пока ты умолять не будешь, чтобы я дал тебе построить свою личную жизнь без меня.

Лютик смято улыбнулся, но в целом он выглядел… помятым и расстроенным. Поникшим. Будто бы слова Ламберта его скорее сильнее расстроили, чем успокоили или расслабили.

Ламберт вскинул бровь.

— Что-то не так?

— Все так… — только пролепетал Лютик и снова посмотрел в окно.

Все не так, — понял Ламберт, но лезть не решился, а то хуже сделает не дай Бог.

Он прекрасно понимал, что была причина, почему Лютик был уверен, что лучше не станет, будто бы проблема была не только в том ужасе, что он пережил.