— Насколько это возможно.
Женщина лениво выбрала с полки баночку с лепестками роз, разглядывая ее содержимое.
— Мне известно, что вы столкнулись с Драко в Калифорнии.
Гермиона пожалела, что он не уточнил, в каком качестве говорил о ней. Было ли это мимолетное упоминание или романтическая история.
Отрывисто кивнув, она ответила:
— Я провела там два месяца.
Голубые глаза впились в нее, когда Нарцисса повернулась к ней лицом.
— Если вы позволите мне быть откровенной, мисс Грейнджер, я нахожу, что мне очень любопытно узнать о сложившейся ситуации, — между ними повисло напряженное молчание, пока Гермиона ждала уточнения от женщины, переминаясь с ноги на ногу. — Драко никогда не проявлял ни к кому такого интереса.
Осознав, что она заламывает руки, Гермиона заставила себя вытереть вспотевшие ладони о джинсы.
— Он мне тоже очень интересен, миссис Малфой.
Нарцисса долго смотрела на нее, прежде чем слегка кивнуть.
— Хорошо. Мерлин знает, что мальчик и так уже достаточно натерпелся.
Сделав глубокий выдох, Гермиона выдохнула:
— Я знаю, — почувствовав облегчение от напряжения, она слегка улыбнулась. — Он вырос прекрасным человеком.
Что-то мелькнуло в голубых глазах Нарциссы, и ее плечи слегка опустились.
— Я рада это слышать. Я старалась дать ему побыть одному, но иногда мне не по себе. И я волнуюсь. Я рада, что вы его видели, и, судя по тому, что мне говорили, вы хорошо к нему относились.
Ее голова склонилась набок, и Гермиона стиснула руки.
— Он просил передать вам, что у него все хорошо.
Женщина кивнула, и губы ее дрогнули в подобии улыбки.
— Я рада это слышать, мисс Грейнджер. Но я не могу не удивляться — как это так получилось, что он в Америке, а вы здесь, разговариваете со мной?
В горле у Гермионы застрял тугой комок, и она почувствовала, как на ее губах заиграла вымученная улыбка.
Прежде чем она успела заговорить, Нарцисса продолжила:
— Я должна идти, мисс Грейнджер. Но, возможно, мы скоро встретимся за чашечкой чая.
Справившись с пылким кивком, Гермиона сказала:
— И, пожалуйста, зовите меня Гермиона.
— Гермиона, — женщина повторила это слово, словно проверяя, как оно звучит на ее губах, прежде чем кивнуть. — Я пришлю вам сову. Приятного дня, Гермиона.
Моргая и чувствуя себя немного ошеломленной, Гермиона смотрела, как женщина выходит из магазина в вихре мягких голубых одежд.
***
Все тело затрепетало, когда Гермиона сняла трубку старого радиотелефона в родительском доме. Она знала, что Драко не особенно любил разговаривать по телефону, учитывая, что их общение в Калифорнии всегда оставалось коротким.
Но это был один из самых простых способов общения, и Гермиона взяла у бакалейщика телефонную карточку, рассчитанную на дальнее расстояние.
Сжимая карточку в руке, Гермиона набрала номер, во рту у нее пересохло от нетерпения. Сглотнув, она набрала его номер и подождала, пока раздастся глухой гудок. Дважды. Трижды.
Затем щелчок, долгое молчание и приглушенное:
— Алло?
Его голос был мягким, но одновременно с этим жестким. Гермиона откинулась на спинку дивана, чувствуя, как в уголках ее глаз появляется влага.
— Драко.
— Привет, — еще одна пауза, пока Гермиона теребила нижнюю губу, и он добавил: — Как ты?
— Нормально. А ты? — Гермиона не могла избавиться от неловкого чувства и выдавила из себя яркую улыбку, надеясь, что это придаст ей силы.
— Я в порядке, — на другом конце провода раздался глубокий вздох. — Я скучаю по тебе, — он замолчал на мгновение, пока Гермиона ждала, колеблясь. — Вчера вечером мы ходили на день рождения Михаэля, и ты знаешь, как они все ведут себя в клубах. Я просто хотел, чтобы ты была рядом.
Подавив рыдание, которое угрожало вырваться из ее горла, Гермиона кивнула, несмотря на то, что он не мог ее видеть.
— Жаль, что меня там не было, — тоска сжигала ее под ложечкой. Она пожалела, что не смогла провести вечер с остальными. — Ты собираешься сегодня на пляж?
В Калифорнии было еще рано. Они договорились о нейтральном времени, учтя разницу в часовых поясах между ними.
— Мне на работу в два, — его голос звучал смиренно.
Даже несмотря на банальность разговора, его тихий голос был успокаивающим бальзамом для ее измученной души, и ее глаза затрепетали, закрывшись при звуке его глубокого тембра.
— Очень жаль, — выдохнула она и добавила: — Вчера днем в аптеке я столкнулась с твоей матерью.
Резкий выдох.
— Как она там?
— Она выглядела прелестно, как всегда, — она замолчала, вспомнив свой короткий разговор. — Я не знала, насколько она была осведомлена о наших отношениях, но она хочет встретиться за чаем.
В его голосе послышался тихий смешок.
— Это хорошая новость.
Улыбка задержалась на ее лице, когда тишина вновь поглотила линию.
— Если хочешь, я устрою тебе портключ на свой день рождения, — предложила Гермиона.
Последовало напряженное колебание, прежде чем он вздохнул.
— Если хочешь, Гермиона. Тебе не нужно так скоро брать отпуск после стажировки.
— Но я хочу тебя видеть, — прошептала она.
— И я умираю от желания увидеть тебя, — она нутром почувствовала это повиснувшее «но», жалея, что не видит его лица. — Но твоя стажировка очень важна — даже если сейчас она так скучна.
Слезы снова защипали ей глаза.
— Тогда я активирую портключ только после того, как закончу. Там еще будет рано, и я смогу вернуться на следующий день.
Она не думала, что его комментарий прозвучит так обескураживающе, но Гермиона почувствовала, как что-то внутри нее завяло, и ее энтузиазм по поводу этой идеи растаял, когда она произнесла эти слова.
— Я хотел бы увидеть тебя в твой день рождения, — наконец сказал он. — Но только если это не помешает твоему обучению. В противном случае мы отпразднуем, когда ты сможешь нормально продержаться несколько дней, хорошо?
— Да, — пробормотала она, шмыгая носом. Она не была уверена, заметил ли он это, но звук его голоса понизился.
— Гермиона… — она прижала трубку к лицу, как спасательный круг, и сильно прикусила нижнюю губу. — Мерлин, как бы мне хотелось быть с тобой.
Глубоко вздохнув, она призналась:
— Я хотела бы быть в Калифорнии, — собравшись с духом, она добавила: — Возможно, мне не следовало уезжать.
Она услышала, как он рассмеялся, и представила себе его кривую усмешку.
— Ты пожалеешь, что не была здесь, когда там станет холодно.
Улыбка озарила ее лицо, прогнав часть меланхолии, которая охватила ее с тех пор, как она ушла от него.
— Я уверена, что так и сделаю — тебе надоест, что я так часто навещаю тебя.
— Я не могу дождаться, — его слова снова отрезвили ее, и Гермиона растянулась на диване, глядя на потолок. — Но я знаю, как важна для тебя твоя карьера, и я никогда не хотел мешать тебе заниматься тем, что имеет для тебя большое значение.
— Ты имеешь для меня значение, — выдохнула она, — большее, чем любая стажировка.
На линии снова повисла долгая пауза, такая долгая, что Гермиона взглянула на трубку, чтобы убедиться, что ее не отключили. Послышалось какое-то шарканье, и он выругался себе под нос, пробормотав:
— Подожди секунду.
Звонок был отложен прежде, чем она успела ответить, что-то сжалось у нее в животе. Но Драко вернулся через несколько минут и сказал:
— Михаэль хочет пойти позавтракать.
Ее сердце сжалось при мысли о том, что придется так скоро попрощаться, и к этому добавилась боль от мысли, что он будет проводить время с их друзьями. Это почему-то казалось гораздо более реальным, чем ее собственное существование в Лондоне. Ей удалось выдавить из себя:
— Звучит отлично.
— Я сказал ему, что скоро встречусь с ними там. Лиза передает привет.
— И ей привет, — прошептала она, и в уголках ее глаз снова появились слезы. — Ты не должен этого делать. Тебе лучше пойти.
Он заколебался, вздыхая.