Стажировка должна была продлиться год, после которой ей настойчиво предлагали поступить в Гринготтс в качестве полноправного разрушителя проклятий.
Но такими темпами она даже не будет квалифицирована, если не начнет учиться использовать магию.
Письма Драко продолжали приходить без перерывов, в среднем, по одному в день, но не всегда совой. Она стала посылать некоторые из своих писем через международное почтовое отделение в Диагон-аллее, чтобы избавить свою сову от столь долгих перелетов.
Они договорились поговорить по телефону в ближайшие выходные, и Гермиона была в восторге. Он не сумел обеспечить себе доступ к каминной сети, но после трудной, одинокой недели она с нетерпением ждала хотя бы звука его голоса.
Гермиона также планировала встретиться с Дафной и Тео за ланчем в субботу, и к тому времени, когда наступила пятница, она была более чем готова к двум дням вдали от Гринготтса и оценивающего взгляда Сесила.
Когда она вернулась в родительский дом, ее уже ждала сова, одна из почтовых птиц Пасадены, и вскоре она уже разворачивала короткое послание, предвкушая волну, концентрирующуюся у нее в животе.
Гермиона
Я скучаю по тебе.
Драко
К несчастью, не сумев сдержать разочарования из-за этой единственной фразы, отчаяние захлестнуло ее сердце. Гермиона прижала записку к груди и опустилась на диван, на глаза вновь навернулись слезы. Письмо разорвало хрупкие нити ее возбуждения.
***
— Странно снова видеть тебя здесь, — задумчиво произнесла Дафна, вертя в пальцах соломинку.
— Наверное, какая-то часть меня ожидала, что ты останешься в Калифорнии.
Рядом с Дафной сидел Тео, чьи брови поползли вверх, но он промолчал, откусывая кусок сэндвича.
Вздохнув, Гермиона тревожно забарабанила пальцами по деревянной поверхности стола.
— Я обдумывала это, — нахмурившись, она посмотрела на Дафну. — Я действительно так думала. Но…
— Но ты не была готова отказаться от всего, над чем упорно работала, ради обыкновенного летнего романа, — с понимающей гримасой предположила Дафна.
— Да, — Гермиона почувствовала, как ее плечи поникли, и она глубже погрузилась в кресло. — Думаю, это была основная причина, — откусив один из крекеров, она задумчиво жевала, глядя перед собой. — Наверное, я все еще сомневаюсь, правильно ли я поступила.
Тео сделал большой глоток из своей кружки.
У нее мелькнула странная, мимолетная мысль, что теперь, когда Хогвартс закончился, она проводит слишком много времени с бывшими слизеринцами.
— Я, например, — сказала Дафна, нарушая молчание, — рада, что ты вернулась. И вы с Драко все еще поддерживаете контакт, верно? Вы еще не расстались?
— Нет, — в груди у нее что-то сжалось. — Мы не расстались.
Промокнув губы салфеткой, Тео сцепил пальцы на груди и пристально посмотрел на Гермиону.
— Ты заставишь его попотеть, верно? Я имею в виду, я знаю Драко уже давно, и я никогда не видел его таким из-за девушки.
Сглотнув, Гермиона прищурилась, чтобы сдержать угрожающую влагу на глазах.
— Спасибо, Тео.
— Если ты действительно этого хочешь, — добавила Дафна, переводя взгляд на Тео. — Лично я немного удивлена, что Драко не стал бороться за то, чтобы ты осталась с ним. Или нет?
Покачав головой, Гермиона резко выдохнула.
— Нет. Он сказал, что не собирается просить меня остаться.
Дафна удивленно подняла брови.
— Я так и думала.
Та же мысль, что терзала ее до сих пор, всплыла в голове, и Гермиона нахмурилась.
— Наверное, я думала, что и он тоже не хочет. Как ты думаешь, что это значит?
Дафна пожала плечами.
— Даже не знаю. Но у меня сложилось впечатление, что ты ему небезразлична.
— Глупцы, — перебил его Тео, качая головой. — Вы оба.
Оскорбленная Гермиона сердито посмотрела на него.
— Прошу прощения?
— Смотри, — наклонившись вперед, Тео оперся локтями о стол. — Я знаю Драко с самого детства, и порой он может быть настоящим эгоистом. Если бы он хотел, чтобы ты была рядом, поверь мне, он бы попытался уговорить тебя остаться.
Эти слова кружились в голове Гермионы, не совсем укладываясь в ее голове, и она состроила гримасу, глядя на него через стол.
Махнув рукой, Тео продолжил:
— Посмотри, как война обернулась для него. Он рисковал жизнью, чтобы защитить свою мать, потому что она была единственным человеком, о котором он заботился больше, чем о себе, — откинувшись назад, он напряженно смотрел на Гермиону. — Я думаю, он отпустил тебя потому, что любил достаточно сильно, чтобы желать тебе самого лучшего, как бы это ни значило для него.
Дафна прищелкнула языком, глядя на Тео с чем-то похожим на восхищение… или желание. Чувствуя себя неловко, Гермиона заерзала на стуле. Затем Дафна обернулась, приподняв бровь.
— В этом есть смысл.
Гермиона поперхнулась.
— Неужели?
Допив последнюю пинту пива, Тео удовлетворенно вздохнул.
— Конечно, в этом есть смысл. Я только удивляюсь, что он не погнался за тобой, будь проклята угроза тюрьмы.
Отодвинув тарелку, Гермиона почувствовала, как сжимается ее сердце, и внезапно ей стало трудно дышать.
После ланча с Дафной и Тео, Гермиона побродила по Диагон-аллее, после чего зашла в аптеку, чтобы пополнить запасы. В голове у нее все еще крутились слова, которые произнес Тео, и хотя она не была уверена, что вообще верит в них, не понимая, как к ним относится.
Перед отъездом из Калифорнии ей много раз приходила в голову мысль, что она, возможно, была влюблена в Драко, но у нее было так мало опыта в этой области… Да и она уезжала, просто не было времени слишком много думать об этом.
Но она уже начала сомневаться, что здравый смысл вообще не играл никакой роли в этой ситуации. Скорее всего, между ними действительно было что-то серьезное.
Ее глаза наполнились слезами, когда она вспомнила, как Драко смотрел на нее, как он целовал ее, заставляя взять портключ домой.
Его мягкие, прерывистые слова, когда он сказал, что не сможет удерживать ее.
Стажировка была совсем не такой, как она надеялась, отношения с Гарри и Роном казались чахлыми и неловкими, и Гермиона начала спрашивать себя, не было ли возвращение домой глупой идеей.
Она никогда не была такой девушкой. Из тех, кто отказывается от своих надежд, мечтаний и амбиций ради парня, который улыбался ей и говорил приятные вещи.
Но Драко был не просто парнем. Их прошлое изобиловало спорами и борьбой. Они научились принимать и понимать друг друга, и он стал тем человеком в ее жизни, которого она никогда не представляла.
И она скучала по нему до глубины души.
Жизнь казалась яркой и наполненной, когда он был рядом с ней, даже работая на совершенно бессмысленной работе на карнавале.
С ним Гермиона чувствовала себя живой.
Это чувство почти притупилось до призрачного следа в сравнении с тем, каким оно было в Калифорнии, и она не думала, что это было лишь из-за смены климата. Потому что причина этой искры все еще была на другом конце света.
Дыхание вырвалось из ее легких, когда она рассеянно повернула за угол и столкнулась с кем-то, ее глаза расширились от удивления и ужаса, а рот ошарашенно приоткрылся.
Нарцисса Малфой смотрела на нее сверху вниз, выражение ее лица было холодным и оценивающим.
В груди у Гермионы все сжалось, пока она обдумывала всевозможные варианты. Но хотя желание бежать было сильным, она собрала все свое мужество и сумела кивнуть.
— Здравствуйте, миссис Малфой.
— Мисс Грейнджер, — выражение лица Нарциссы было каменным. На ней были надеты струящиеся элегантные одежды бледно-голубого цвета, а волосы были собраны в идеальную прическу. Гермиона чувствовала себя неловко и неуместно по сравнению с ней. Губы женщины дрогнули. — Надеюсь, вы в порядке.
Резко вздохнув, Гермиона открыла рот, чтобы подтвердить это утверждение, но поднявшиеся брови Нарциссы заставили ее остановиться. Она вспомнила, как Драко упоминал, что говорил о ней с матерью. После продолжительной паузы она сказала: