- Его душа принадлежит мне, - заявил Мирак, поглощая трепещущие потоки. - Ты хоть раз пытался представить, как это, наверное, больно - когда душу вырывают из тела?
Мне не надо представлять, подумал Джон. Я это знаю.
- Моя сила растет, - удовлетворенно сказал Мирак и исчез.
Нелот недовольно глянул на оголившиеся драконьи кости и прицокнул языком:
- Это не должно было убить его. Лишь ослабить…
- Он уже был ослаблен, - мрачно объяснил Джон. - Мираком.
- Стало быть, древний жрец действительно стал высовывать нос из Обливиона, - прищурился Нелот. - Хочешь не хочешь, а приходится верить собственным глазам… Ладно, идемте. Аптека сюда сама не явится.
В грибах колдун повел гостей в одну из круглых дверей, где снабдил бутылочкой, а бутылочку - пояснениями:
- Щит молний, - глаголил Нелот, - не просто их обезвреживает, но и переводит потенциал в полезную энергию. Судя по этой железяке со странным навершием и общему уровню образованности, ты не маг, а простой мечник, так что вот тебе конкокт, который после поглощения разрядов придает выносливости.
- О, о, - оживилась Серана, - это же усложненный состав. Стандартный предусматривает три ингредиента…
- Тут их шесть, - гордо заявил Нелот. - Дарю.
Распрощавшись с эльфом, они вышли из грибов и двинулись в усыпанную пеплом пустошь. Вымученная радость окончательно покинула Серану (а Джона и не посещала с момента смерти дракона) и она спросила:
- Так что все-таки там было?
- Он даст мне третье Слово Силы в обмен на тайны скаалов, - мрачно ответил Сноу. - Я обещал поговорить со Сторном. Посмотрим, что он скажет… Но сейчас, - сказал он, уставившись на дымящую Красную Гору на горизонте, - лично мне ситуация кажется очень скверной.
- Почему? То есть, - спохватилась она, - я знаю, что она скверная. Просто… ты узнал что-то конкретное?
- Ну, - протянул он, все еще глядя на столб пепла над горой, - у меня была одна идея… а теперь… я даже говорить здесь не могу. Я и думать-то боюсь. Как я успел узнать, наш разум - не самое надежное место.
- Достаточно надежное, если он все еще не выяснил тайны скаалов, - резонно высказалась Серана.
- А ты права, - приободрился Сноу. - Но все же мудрый совет не помешает. Нам надо вернуться и поговорить с Партурнаксом.
И, задрав голову к небу, он крикнул:
- Дюрневир! Вультурьйол!
========== Глава 30. Запретное слово ==========
Драконы явились на зов, для порядка поворчали, но потом без дальнейших проволочек переправили их в Скайрим. Правда, под конец пути Вультурьйол, ничего не объясняя, сошел с прямого курса и утащил негодующую Серану к Арье и монахам, пока Дюрневир нес Джона прямо на вершину Монавен. Сноу нечасто подбирался к дому Партурнакса со стороны неба и сейчас подумал, что белый дракон выглядит отсюда умилительно крохотным.
- Ну что, у нас наметился прорыв? - сощурил глазки старый мудрец.
- Возможно, - заосторожничал Джон, соскакивая со спины Дюрневира на ровный чистый снег. Уже не разглаживает ли его тут Партурнакс каким-нибудь специальным Криком?..
- Херма-Мора что-то ему наговорил и теперь он у нас весь такой загадочный, - нажаловался подоспевший Вультурьйол. - Даже в голову к себе не пускает.
- Да, он много чего наговорил и, кажется, сам того не желая, проболтался, - кивнул Джон. - Он сказал, что драконы все держат при себе и мало чем делятся.
Партурнакс продолжал улыбаться, но что-то в его улыбке изменилось. Джон даже не мог сказать, что именно, и решил, что задумываться над этим сейчас ни к чему.
- Скажите, - продолжил он, - для чего вообще были созданы Драконорожденные? И почему мы поглощаем ваши души? Я никогда не хотел такого. Да и не мог - пока не появился в Скайриме, где вас то и дело приходится откуда-нибудь спасать.
Партурнакс возвел глаза к солнышку и умильно проворковал:
- Папа, и где же ты нашел нам такую прелесть? Просто умница-разумница!
- Ну, хоть кто-то похвалил, - проворчал Сноу. - Кстати, я из Вестероса. Думал, вы знаете.
- Он даже шутить начал, как мы, - обрадовался Вультурьйол.
- Так я прав? - не отставал Джон. - Мы существуем для того, чтобы сражаться в Обливионе? И вытаскивать оттуда вас, если застрянете? Ведь само имя Мирака, первого Драконорожденного, означает Верный Проводник.
- В целом прав, - подтвердил Партурнакс и остальные драконы нехотя, стесняясь, закивали. - Обливион особенно враждебен именно нам. Впрочем, не все Довакины поглощают души. Драконорожденные императоры поддерживали драконьи огни, которые не давали Обливиону захватить Нирн. Но их линия прервалась со смертью Мартина, который принес себя в жертву и призвал Акатоша для борьбы с прорвавшимся сюда Дагоном. Все это было крайне грустно, но восстановленный барьер пока держится… - Партурнакс помолчал и тяжело повторил: - Пока держится.
Джон поразмыслил над сказанным, сочувственно вздохнул, а потом вернулся к больному вопросу:
- Когда-то Херма-Мора открыл Мираку третье Слово, дающее власть над драконами. Он обещал то же самое и мне - в обмен на кое-какие знания. Но если он знает это Слово, почему сам не использует его против вас?
- Потому что не может, - засмеялся Вультурьйол. - Он, конечно, Принц Даэдра, но в чем-то он менее одарен, чем, скажем, ты.
- Это правда, - кивнул Партурнакс, увидев, как на лице Сноу возникла скептичная гримаса. - Например, как и большинство других даэдра, он способен выловить из твоей головы только негативные мысли и воспоминания. А благодаря барьеру Принцы не могут пройти в Нирн в своей истинной форме, даже если их призывают. Ты же видел Сангвина. Его способности здесь сравнимы разве что со способностями одаренного мага, не более того. Поэтому Принцам нужны служители, исполняющие их волю.
- Что ж, это… утешительно, - поразмыслив, сказал Джон. - Правда, вот Шеогорат…
Партурнакс нервно тряхнул крыльями.
- Лучше не думай о Шеогорате, - сказал он недовольно. - Вообще никогда о нем не думай.
- Э-э… ну, я постараюсь, - растерянно промолвил Сноу, который немедленно начал испытывать потребность побольше разузнать о Безумном Боге и всех его загадочных делах. - Так вот, возвращаясь к Херма-Море… Как я уже упоминал, он жаловался, что вы все держите при себе. Но если он готов отдать третье Слово - то, что способно подчинить даже вас! - всего лишь за тайны скаалов, - покачал головой он, - то что же он отдаст за тайны, скрытые в душах драконов?
- Ничего, - хмыкнул Дюрневир.
- Ничего, - согласился Партурнакс, - потому что думает, что так или иначе ты отдашь их сам. И, если ты подчинишься ему, у тебя просто не будет выбора.
- Мирак не подчинился, - напомнил Сноу. - Боюсь представить, сколько душ он поглотил, но, вероятно, все они до сих пор при нем.
- Мирак был гораздо старше и опытнее тебя, когда связался с Херма-Морой. А ты, уж прости, дитя наивное и часто держишься на чистом упрямстве. И идеализме. Не обижайся.
- Да ладно, это же правда, - пожал плечами Сноу. - Я, собственно, вот что хотел обсудить… У меня была одна мысль, как победить Мирака. Но он в Апокрифе и, пока он там, я не могу с ним сражаться.
- Просто из любопытства, - вкрадчиво спросил Дюрневир, - что же это за мысль такая? Каким оружием ты собрался бить нашего искушенного жреца?
- Он посмеялся надо мной, - хмыкнул Джон. - Ему показалось глупым и забавным то, что я стал спасать Алдуина, а не поглотил его, получив силу и знания. Он сказал, что сам мог бы победить Алдуина давным-давно, но избрал другой путь. А мне показалось, что он слишком много о себе мнит и к тому же лжет.
- Хакон, Феллдир и Гормлейт действительно предлагали ему союз, - повел крылом Партурнакс.
- И он отказался? - скептично спросил Джон. - “Другой путь” звучит, конечно, солидно, но, думаю, он просто не в состоянии постичь Драконобой. Он же битком набит душами, он бы просто погиб.
- Стало быть, Драконобой, - хмыкнул Вультурьйол. - Изящно.
